© М. Гиршовский, 2021
ISBN 978-5-0055-5921-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
142857369
1. Отсутствуют комментарии, посвящения, время написания и эпиграфы, кроме необходимых в качестве непосредственного содержания текста или если без комментария никак.
2. Расположены стихи в случайном порядке, разбивка на части тоже случайная. Книгой в том смысле, в каком обычно имеется в виду, эта книжка является, только потому что все тексты одного автора, и цельная она в той же степени, в какой можно сказать о цельности автора, моей.
3. В нескольких случаях заменил обсценную лексику отточиями. Зачем? Почему? – Кто знает?
4. Мне не удалось найти место в книжке нескольким текстам, которые мне нравятся. Я их ткнул, куда попало.
5. Есть здесь и тексты, которые очевидно, что не стихи.
6. Предисловие из ЖЖ 142857369 (Тексты здесь уже не все, а только те, которые понравились):
«объявление
– здесь все мои тексты, которые вспомнились и которые сочинились в период виртуальной жизни, т.е. много позже того, как шла работа поэзии в организме.
– Сперва заносил, пытаясь как-то сохранять хронологию, потом перестал. Теперь заношу по мере возникновения.
– Включая всё зарифмованное, что не забыл.
– Всем – привет!»
Вой***
Книжку я собираю потихоньку с названием «Вой».
У меня всё вой, но книжка же из букв, а не какое-нибудь там «аудио».
Если вслух, то слышно, что всё – вой.
А буквы – дело такое, специальное.
Вот, такая васия, вот, такая мишия.
Вот такая чушия, вот такая тишия.
Трудная задачия, а не плачу я.
Вот такая штукия, вот, сижу да вою я над своею долею.
А ведь честно-честно я доволен долею.
Почему же вечно я то трублю, то вою?
***
Как можно видеть, название изменилось.
ВОЙВойНе волчийА мойСвистНе разбойничийМойВойКружит медленноПадаетЛистИ плывёт по воде в ЛетеЭто моральА смотрюВокругИ вокругБездна и дальИ тишина оглушает слухЛетоГде-то грохочет трамвайВ памятиБольше негдеПо самые стёкла в водеВ Лете—Вой, не волчий, а мой.Свист,Не разбойничий. Мой вой.Кружит медленно, падает листИ плывёт по воде в Лете.Это мораль. А смотрю вокруг —И вокруг бездна и даль, и тишина оглушает слух.Лето, где-то грохочет трамвай —В памяти, больше негде, по самые стёкла в водеВ Лете.
ВойНе волчийА мойСвистНе разбойничийМойВойКружит медленноПадаетЛистИ плывёт по воде в ЛетеЭто моральА смотрюВокругИ вокругБездна и дальИ тишина оглушает слухЛетоГде-то грохочет трамвайВ памятиБольше негдеПо самые стёкла в водеВ Лете—Вой, не волчий, а мой.Свист,Не разбойничий. Мой вой.Кружит медленно, падает листИ плывёт по воде в Лете.Это мораль. А смотрю вокруг —И вокруг бездна и даль, и тишина оглушает слух.Лето, где-то грохочет трамвай —В памяти, больше негде, по самые стёкла в водеВ Лете.
«Волны – не волны, просто лёгкая дрожь верхней губы…»Волны – не волны, просто лёгкая дрожь верхней губы.Улыбнуться пытаюсь, попытка – не пытка.А получится если, о, если бы!
Волны – не волны, просто лёгкая дрожь верхней губы.Улыбнуться пытаюсь, попытка – не пытка.А получится если, о, если бы!
СНЫМычи и плачьсреди удач-Спи тихонько тихоДедушка Миха—В минуте сейчасЖизнь в вечность слилась—Мотив кружится тихоДедушка Миха—Листья стаейКружась опадаютВ танце спускаясьШуршанье стихает—Мыч да плачЗвук удач
Мычи и плачьсреди удач-Спи тихонько тихоДедушка Миха—В минуте сейчасЖизнь в вечность слилась—Мотив кружится тихоДедушка Миха—Листья стаейКружась опадаютВ танце спускаясьШуршанье стихает—Мыч да плачЗвук удач
«Можно научиться и плавать, как кораблик, будучи тяжелее воды?..»Можно научиться и плавать, как кораблик, будучи тяжелее воды?Можно научиться и летать, как птичка, будучи тяжелее воздуха?Можно ли, нельзя ли – а всё разно всему.И по-разному.
Можно научиться и плавать, как кораблик, будучи тяжелее воды?Можно научиться и летать, как птичка, будучи тяжелее воздуха?Можно ли, нельзя ли – а всё разно всему.И по-разному.
«Избавляюсь я от грусти…»Избавляюсь я от грусти,Написав её в стихе.И надеюсь так и ты…Пишешь грустно очень часто.
Избавляюсь я от грусти,Написав её в стихе.И надеюсь так и ты…Пишешь грустно очень часто.
ЛИМЕРИКИ 1
Там в селе имя Блинные КучиБалабол Америго ВеспуччиГоворил мол уж лучшеЗдесь евреем, чем дучеНу, и в ров его тоже до кучи
Там в селе имя Блинные КучиБалабол Америго ВеспуччиГоворил мол уж лучшеЗдесь евреем, чем дучеНу, и в ров его тоже до кучи
2В Смоленской области ШумячиВсе шумячане сплошь хомячатИ окосев от чачиДо полной кукарачиРжут и играют в Танин мячик
В Смоленской области ШумячиВсе шумячане сплошь хомячатИ окосев от чачиДо полной кукарачиРжут и играют в Танин мячик
«Нет ни смерти ни бессмертия…»Нет ни смерти ни бессмертияНи времени в пространствеНе в лодке в клети плыву по ЛетеНе через вдоль такое ЗдравствуйтеОберегаюсь от волны песка а плеск теченияСбивает с ритма одного в другой естественныйИ в воду руки опустив сложивши вёслаДышу и слушаюЗдесь ветви на ветру проводят пренияШурша листвойИ всякий лист шевелится имея мнениеИ все по-своему по-разномуВоды касаются потом блестятТе нижниеА кто на солнышке трепещет сухоВерхниеВода прозрачная вода прохладнаяКогда светло здесь деньА темнота здесь просто ночь без метафизикиИ здесь здесь всегда сейчасДышу и Здравствуйте
Нет ни смерти ни бессмертияНи времени в пространствеНе в лодке в клети плыву по ЛетеНе через вдоль такое ЗдравствуйтеОберегаюсь от волны песка а плеск теченияСбивает с ритма одного в другой естественныйИ в воду руки опустив сложивши вёслаДышу и слушаюЗдесь ветви на ветру проводят пренияШурша листвойИ всякий лист шевелится имея мнениеИ все по-своему по-разномуВоды касаются потом блестятТе нижниеА кто на солнышке трепещет сухоВерхниеВода прозрачная вода прохладнаяКогда светло здесь деньА темнота здесь просто ночь без метафизикиИ здесь здесь всегда сейчасДышу и Здравствуйте
АББАТ ФАРИАПроходят десять лет за десятьюИ снова десятьВ замке ИфПо столько не живутУсловия не теЕда питьё бритьёВсе видели киноЗачем искать статьюИ снова десятьИ ещёВсе то же что в утробе
Проходят десять лет за десятьюИ снова десятьВ замке ИфПо столько не живутУсловия не теЕда питьё бритьёВсе видели киноЗачем искать статьюИ снова десятьИ ещёВсе то же что в утробе
«Хорошо быть бедным…»Хорошо быть беднымХорошо богатымХорошо быть скромнымХорошо развратнымЭто слово хорошоОчень по душеПотому что хорошоЭто вообще
Хорошо быть беднымХорошо богатымХорошо быть скромнымХорошо развратнымЭто слово хорошоОчень по душеПотому что хорошоЭто вообще
«Не проходит молодость бесследно…»Не проходит молодость бесследноПосле осложняет старость жизньНет лекарств но лучше не боисьИ без осложнений тазом меднымОтошлёт в бардо предприсанный круизСам себе назначь предназначеньеВремя место близкий круг друзейФильтр сам подбери для всех вестейСколько сил есть продолжая бденьеТот кто с Богом тот и есть еврей
Не проходит молодость бесследноПосле осложняет старость жизньНет лекарств но лучше не боисьИ без осложнений тазом меднымОтошлёт в бардо предприсанный круиз
Сам себе назначь предназначеньеВремя место близкий круг друзейФильтр сам подбери для всех вестейСколько сил есть продолжая бденьеТот кто с Богом тот и есть еврей
«В мусорных пакетах стихи стихи…»В мусорных пакетах стихи стихиА было поэты в наволочках ихВремена другие в пластике всёНатурально-шёлковое своёЖизнь в пласмассовых кружевахА всё тоже самое АхДыхание вдох выдох и крикМычание задохнись ритмПтичка-невеличка цвик-цвикА по-русски это живи-живи
В мусорных пакетах стихи стихиА было поэты в наволочках их
Времена другие в пластике всёНатурально-шёлковое своё
Жизнь в пласмассовых кружевахА всё тоже самое Ах
Дыхание вдох выдох и крикМычание задохнись ритмПтичка-невеличка цвик-цвикА по-русски это живи-живи
ЧЕРТИ НА КОНЧИКЕ ИГЛЫЕсли я умру, то не от ковида.Мне не надо для этого повода.Да и вовсе совсем никогдаНе уйду я отсюда туда,Где ни солнышка, ни попы твоей,Ни тепла, ни влаги хоть смей, хоть не смей.Где ни болей, ни прочей смертной херни,Хоть смотри, не смотри, глаза отверни.Так что к чёрту – привит, не привит, лопухНа дорожку нагло выбросил листИ в любую погоду кайфует за двух,Грязен – чёрт с ним, и чёрт с ним – чист.Просто выдох и выдох без вдоха,Есть как есть – это разве плохоВ теле времени потеряться вместеИ в дразнилке смешной в тили-тесте.
Если я умру, то не от ковида.Мне не надо для этого повода.
Да и вовсе совсем никогдаНе уйду я отсюда туда,
Где ни солнышка, ни попы твоей,Ни тепла, ни влаги хоть смей, хоть не смей.
Где ни болей, ни прочей смертной херни,Хоть смотри, не смотри, глаза отверни.
Так что к чёрту – привит, не привит, лопухНа дорожку нагло выбросил лист
И в любую погоду кайфует за двух,Грязен – чёрт с ним, и чёрт с ним – чист.
Просто выдох и выдох без вдоха,Есть как есть – это разве плохо
В теле времени потеряться вместеИ в дразнилке смешной в тили-тесте.
«Помер Максим…»Помер Максим,Условный рефлекс укрепя.Ну, мне таоистские бессмертные давно понятнее максимов.Насколько я даос,А насколько человек морального кодекса?Ать-два левой.Свиная кожа остаётся.Я верю,ВерюВ нити основы линий жизниИ в танцующий между ними уток.И никакой позолоты.
Помер Максим,Условный рефлекс укрепя.
Ну, мне таоистские бессмертные давно понятнее максимов.
Насколько я даос,А насколько человек морального кодекса?Ать-два левой.
Свиная кожа остаётся.
Я верю,ВерюВ нити основы линий жизниИ в танцующий между ними уток.И никакой позолоты.
«Пока мы их помним, они есть…»Пока мы их помним, они естьДля нас.Для себя они есть,Пока они помнят.Были.Помнили.Когда жизньЛинией,Помни.
Пока мы их помним, они естьДля нас.
Для себя они есть,Пока они помнят.
Были.Помнили.
Когда жизньЛинией,Помни.
КУПЕЛЬВоду для ванночки грели на керосинкеКуйбышев был Самарой только в кругу друзейКруг был еврейским но и не толькоСтрана Россия типа ЭсЭсЭсЭрНаверно дитя плескало воду на кухне на полОно же смеялось родная стихия водаМокро тепло вода и любовь шлёпайИ смейся беззубо ты шлёп и вода шлёп на полИ улыбаются все шесть лет как прошла война
Воду для ванночки грели на керосинкеКуйбышев был Самарой только в кругу друзейКруг был еврейским но и не толькоСтрана Россия типа ЭсЭсЭсЭр
Наверно дитя плескало воду на кухне на полОно же смеялось родная стихия водаМокро тепло вода и любовь шлёпайИ смейся беззубо ты шлёп и вода шлёп на полИ улыбаются все шесть лет как прошла война
«Читаю стихотворение…»Читаю стихотворениеИ слово «искр»(не вылетает больше искр)Не читаю, а читаю «гимнастёрку» (кого? чего?),И уже вижу только одно —Кровавую кучу изуродованных гимнастёрок,Из которых мы и я будем извлекать всё,От ткани которых мы будем отделять все.Мама рассказывала, их – классы и школыПосылали на фабрику делать это.Бывшая эта фабрика стояла в квартале от еврейского кладбища,когда мы хоронили папу.А теперь вижу деревья и много зелени на кладбище.Это тоже рефрейминг.
Читаю стихотворениеИ слово «искр»(не вылетает больше искр)Не читаю, а читаю «гимнастёрку» (кого? чего?),И уже вижу только одно —Кровавую кучу изуродованных гимнастёрок,Из которых мы и я будем извлекать всё,От ткани которых мы будем отделять все.Мама рассказывала, их – классы и школыПосылали на фабрику делать это.Бывшая эта фабрика стояла в квартале от еврейского кладбища,когда мы хоронили папу.А теперь вижу деревья и много зелени на кладбище.Это тоже рефрейминг.
«На себя смотря со стороны…»На себя смотря со стороныМожно в чашку кофе превратитьсяИ теснятся – сны, не сныЛица, лица, лица…
На себя смотря со стороныМожно в чашку кофе превратитьсяИ теснятся – сны, не сныЛица, лица, лица…
«От жеребца одни уздцы остались…»От жеребца одни уздцы осталисьДа кожа на костяхНет, я не жалуюсь на старостьА память просто: «Ах!»Она всё помнит, что не позабылаЧто дал ей помнить БогА Он ещё такой чудилаЧто просто ох
От жеребца одни уздцы осталисьДа кожа на костяхНет, я не жалуюсь на старостьА память просто: «Ах!»
Она всё помнит, что не позабылаЧто дал ей помнить БогА Он ещё такой чудилаЧто просто ох
«Только носом шмыгнуть успел и – восьмой десяток…»Только носом шмыгнуть успел и – восьмой десятокШелестит круглый год опавшей листвой шаркает шагТоп да топ где ты топ был ли топ я никогда вприсядкуТолько пешком кругами петлял и петляю вперёд я такИду по-своему то туда то сюда шатаюсь без качкиОсобой из стороны в сторону вверх да вниз а вперёдИду хоть сидя хоть стоя и лёжа по клетке Декарта тачкиТолкаю едва корыто держа равновесен на скорости ходДорожки в садике нашем узки уже чем в джунглях тропинкиВьюнок удалось почти извести совсем я от него усталА цветы любил как интересно цветы цветут цветками разных цветовА по-английски все эти слова растут из разных корнейКак же продлить день так чтобы ночь это день и светИ опровергнуть слова переводов об этом твореньиГде же ты корень веры моей что нет никаких таких летТот корень откуда в кости и плоть воплощается мненье
Только носом шмыгнуть успел и – восьмой десятокШелестит круглый год опавшей листвой шаркает шагТоп да топ где ты топ был ли топ я никогда вприсядкуТолько пешком кругами петлял и петляю вперёд я так
Иду по-своему то туда то сюда шатаюсь без качкиОсобой из стороны в сторону вверх да вниз а вперёдИду хоть сидя хоть стоя и лёжа по клетке Декарта тачкиТолкаю едва корыто держа равновесен на скорости ход
Дорожки в садике нашем узки уже чем в джунглях тропинкиВьюнок удалось почти извести совсем я от него усталА цветы любил как интересно цветы цветут цветками разных цветовА по-английски все эти слова растут из разных корней
Как же продлить день так чтобы ночь это день и светИ опровергнуть слова переводов об этом твореньиГде же ты корень веры моей что нет никаких таких летТот корень откуда в кости и плоть воплощается мненье
«Родоначальник селфи Рембрандт…»Родоначальник селфи РембрандтВ культуру празднично обернутИ пьян и Саския пьянаОни трезвы и тем прекрасныА пьяный мир шумит и спитИ сны полистерол и вермутКоторым словом бормотухуНазвали через триста лет с лишкомИ волосы из льнаУ куклы под танком
Родоначальник селфи РембрандтВ культуру празднично обернутИ пьян и Саския пьяна
Они трезвы и тем прекрасныА пьяный мир шумит и спитИ сны полистерол и вермутКоторым словом бормотухуНазвали через триста лет с лишком
И волосы из льнаУ куклы под танком
«Вот жизнь пошла – полцарств как грязи…»Вот жизнь пошла – полцарств как грязи.И князи, князи —Ручки золоты.Купи козу, продай козу.Ты – только ты.А вот меня в толпе меня и сам я не найду.И ты не пробуй.Ну, за одно или за оба?В саду чуть тронь лозу и шлёпни по губам.Дрожит. Целуй. И дышит полукрикИ хриплый полушопот.И все полцарства – на!И золото течёт уже свинцом стекая в сон и в забытьё.И скоро утро.
Вот жизнь пошла – полцарств как грязи.И князи, князи —Ручки золоты.Купи козу, продай козу.Ты – только ты.
А вот меня в толпе меня и сам я не найду.И ты не пробуй.Ну, за одно или за оба?В саду чуть тронь лозу и шлёпни по губам.Дрожит. Целуй. И дышит полукрикИ хриплый полушопот.И все полцарства – на!
И золото течёт уже свинцом стекая в сон и в забытьё.И скоро утро.
«Каждое проживаемое мгновение – это узкое горлышко, через которое живущий вливает в бутыль закваску для последующей жизни…»Каждое проживаемое мгновение – это узкое горлышко, через которое живущий вливает в бутыль закваску для последующей жизни.Значит, что?Значит, пусть это будет не бутылка, а мыльный пузырь.А ещё лучше свирель.А ещё лучше мир выдоха и вдоха. И ветер.Скала, продута ветром до дыры.
Каждое проживаемое мгновение – это узкое горлышко, через которое живущий вливает в бутыль закваску для последующей жизни.Значит, что?Значит, пусть это будет не бутылка, а мыльный пузырь.А ещё лучше свирель.А ещё лучше мир выдоха и вдоха. И ветер.Скала, продута ветром до дыры.
НРАВОУЧИТЕЛЬНОСомненья несомненныНе мнимыАксиомы и леммыЯ жив имиМнящий мозг в коробкеИз костейМнит себе робкоБез Со-Вмест-Нос-ТейВ местности толпятсяЧитателиВсяк по-своему пялитсяИ мнитЕму писалося
Сомненья несомненныНе мнимыАксиомы и леммыЯ жив имиМнящий мозг в коробкеИз костейМнит себе робкоБез Со-Вмест-Нос-ТейВ местности толпятсяЧитателиВсяк по-своему пялитсяИ мнитЕму писалося
«Когда читатель сотворец…»Когда читатель сотворец,Выветривается пиздец
Когда читатель сотворец,Выветривается пиздец
ДИПТИХ. ПОДРАЖАНИЕ ЛОРКЕ 1
Иглой условного рефлексаЗдесь сердце к памяти пришитоРастут деревья в криках птицИ в шорохах от гусеницЛуна едва виднаСветло от фонарейИ глушит рост деревьев на стыках рельс грохочущий трамвайКакое летоПод асфальтом мостовая когда-то пыльная как вся СамараБензином пахнет Куйбышев сквозь листьяАмериканских кленовВот-вот они просыпятсяНе надоНадо отпустить тот якорьИ задышатьВ открытые окно и горло лёгкими до днаПростиЯ всё забыл
Иглой условного рефлексаЗдесь сердце к памяти пришитоРастут деревья в криках птицИ в шорохах от гусеницЛуна едва виднаСветло от фонарейИ глушит рост деревьев на стыках рельс грохочущий трамвайКакое летоПод асфальтом мостовая когда-то пыльная как вся СамараБензином пахнет Куйбышев сквозь листьяАмериканских кленовВот-вот они просыпятсяНе надоНадо отпустить тот якорьИ задышатьВ открытые окно и горло лёгкими до днаПростиЯ всё забыл
2Душа на игле перекресткаГде классики футбол самокатыПотом и ларек пивной и вход и выход из баниАх пионерская нежность прикосновений случайныхЯ заварил чаюИ пью потихоньку сдуваяИ ничего не помнюСолнышко на перекрёстке блестит и хрустит в сугробеНи ветерка ни пиваКак хорошо на свете и на свету и во тьме
Душа на игле перекресткаГде классики футбол самокатыПотом и ларек пивной и вход и выход из баниАх пионерская нежность прикосновений случайныхЯ заварил чаюИ пью потихоньку сдуваяИ ничего не помнюСолнышко на перекрёстке блестит и хрустит в сугробеНи ветерка ни пиваКак хорошо на свете и на свету и во тьме
«Куда заводят нас условные рефлексы…»Куда заводят нас условные рефлексыНикто не знаетДаже те кто заведенЕщё не всё но хватитХватит всегоЧто вдаль летит звеня
Куда заводят нас условные рефлексыНикто не знаетДаже те кто заведенЕщё не всё но хватитХватит всегоЧто вдаль летит звеня
Страницаиз108
СкороКнижный режим