Мария Лазаревская
Незнакомая мелодия
В далекие-далекие времена жил среди племени охотников искусный музыкант. Он пришел неведомо откуда и всегда носил тюрбан из канги с синими узорами. Днем он не проявлял ни великой доблести, ни удали, ни силы. И казалось, будто среди прочих он самый последний, кого назовут мужчиной. Но вечером юноша прикладывал к губам флейту из тростника, и она говорила сперва своим голосом, потом чужим, а там и на разные голоса. И племя слушало ее, как околдованное, и не только у молоденьких девушек, падких на внешнюю красоту, выступали слезы. Мужчины и женщины видели героев историй, рассказанных флейтой, как наяву. Даже старейшины не стеснялись вытереть глаза. Музыканта могли бы счесть колдуном, но он всегда отказывался от такой чести и говорил, что все дело в флейте. Других умельцев извлекать звуки из стебля тростника в племени не было, и потому юноше верили.
Но однажды на стоянку забрел одинокий путник. Он склонил свою голову в тюрбане из канги с красными узорами, а потом протянул встретившим его мужчинам все свое оружие в знак того, что не станет им пользоваться, и кроме копья и палицы охотники увидели такую же флейту, как у их музыканта.
– Этим я могу вселить радость в ваши сердца, – сказал гость. – Позвольте показать вам свое умение.
И заиграл на флейте так, что мужчины стали потихоньку притопывать и покачивать головой, и вот уже сбежались детишки и стали весело прыгать вокруг, а там и женщины начали свою пляску прямо у хижин. Хозяйки бросили свои горшки с недоваренной едой, девушки смотрели на пришлого музыканта так, как раньше на своего, и так же смущенно отводили взоры, если ему случалось повернуться в их сторону. Все племя отдалось танцу, как еще прошлым вечером отдавалось тихой печали. И вдруг музыка оборвалась.
– Еще! – раздались голоса.
– Сначала дайте мне место у костра и немного еды, – ответил путник. – Иначе я упаду от изнеможения, да и вы тоже.
Весь вечер продолжался пир в честь музыканта, а на ночь его устроили в лучшей хижине. Девушки до утра не спали, вздыхая о нем, и если бы он захотел, ему отдали бы любую без выкупа.
А того юношу, что играл грустные песни, потихоньку выгнали в лес. Потому что кто же захочет поплакать, если можно поплясать? Кроме того, было понятно, что музыканты – не колдуны, и их можно не бояться.
На следующий день гость собрался в дорогу.
– Разве ты не хочешь остаться у нас? – спросило племя.
– Зачем? Вы прогнали Печаль, значит, нет у вас места и Радости, – ответил музыкант. – Пойду догонять брата.
Говорят, где-то оба юноши встретились. И великое счастье настало тому племени, к которому они пришли. Вы это племя сразу узнаете: их тюрбаны – из канг с красно-синими узорами.
