© Евгений Батраков, 2021
ISBN 978-5-0053-6556-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ПОВЕСТКА
Солнце, словно объевшись наркотиков,Прётся бешено на горизонт!..Нам впервые с тобой не до готики,Не до царства скульптур и Джоконд…
Этот день наш последний, наверное… Время чувства развеет, сотрёт… Так пускай же любовь наша первая Не изменит нам и не соврёт!..
Ты стоишь… Растрепалися волосыИ слезинки застыли в глазах…Хочешь что-то сказать, но… нет голоса…Лишь платочек теребишь в руках…
А вагоны уже передёрнулись!.. Паровозный крик в горле застрял… Ну, прощай!.. Ну, прощай и задёрни ты То, что я… обещал…
о. Шумшу
ВАЛЬС «ФОНАРИ»
Мы идём и идём по аллее,
А вокруг фонари, фонари,
Словно тысячи Прометеев
Нам огни зажгли до зари…
Мама дома наверно волнуется —
Потерялась младшая дочь!
Ну, а улицы, улицы, улицы
Хороши! И такая ночь!..
Город спит, город спит, город спит.
Отцветают уж сотни огней,
Но в глазёнках твоих всё летит
Этот вальс, этот вальс фонарей…
1972 г.
«Я словно сегодня…»Я словно сегодня проснулся:Хожу, удивляюсь с утра…Курчавой березки коснулся,Погладил блеск топора…В диковину кошки и птицы,И хмурые люди, и псы…Быть может, мне все это снится?Бывают же, глупые сны? Бывают! Бывают. Бывают… И дни рождения тоже. Дни, когда вспоминают. Когда свою жизнь итожат…Мне холодно… Или страшно?Иль стыдно за слабость свою?Треть века, как день вчерашнийПрошла незаметною…1977 г.
Я словно сегодня проснулся:Хожу, удивляюсь с утра…Курчавой березки коснулся,Погладил блеск топора…В диковину кошки и птицы,И хмурые люди, и псы…Быть может, мне все это снится?Бывают же, глупые сны? Бывают! Бывают. Бывают… И дни рождения тоже. Дни, когда вспоминают. Когда свою жизнь итожат…Мне холодно… Или страшно?Иль стыдно за слабость свою?Треть века, как день вчерашнийПрошла незаметною…
1977 г.
«Плыли тени, пятна плыли…»Плыли тени, пятна плыли,Сумрак вязок, – мрачен сон…Нервы выли, нервы ныли,Истекал в подушку стон:Стой ты, Смерть, повремени-ка!Смерть, родимая, постой…Я уйду, уйду без крика,Я уйду без слез с тобойТолько дай мне разобраться,Только дай мне разглядеть:отчего ж, как ни старался,Смерть, я должен – помереть?..С необласканной душою,С нерастраченным теплом…Я уйду, уйду с тобою,Знаю, время истекло…Но ответь мне, стерва, прямоНа один всего вопрос.Я пришёл от чрева к яме,Но по терниям без роз.Что же, жизнь – всего дорога?Но дорога ведь не жизнь?!..– Жизнь – иллюзия порога, —отвечала Смерть. – Ложись…1973—1982 гг.
Плыли тени, пятна плыли,Сумрак вязок, – мрачен сон…Нервы выли, нервы ныли,Истекал в подушку стон:Стой ты, Смерть, повремени-ка!Смерть, родимая, постой…Я уйду, уйду без крика,Я уйду без слез с тобойТолько дай мне разобраться,Только дай мне разглядеть:отчего ж, как ни старался,Смерть, я должен – помереть?..С необласканной душою,С нерастраченным теплом…Я уйду, уйду с тобою,Знаю, время истекло…Но ответь мне, стерва, прямоНа один всего вопрос.Я пришёл от чрева к яме,Но по терниям без роз.Что же, жизнь – всего дорога?Но дорога ведь не жизнь?!..– Жизнь – иллюзия порога, —отвечала Смерть. – Ложись…
1973—1982 гг.
ПАССИЯ И КОНТРАБАНДАО, мисс! Любви язык – язык любви!И слов поток – лишь лишний шум.Сердец и душпослушайзвукИ ты поймёшь, мой нежный друг…Не надо слов,Моя любовь…Моя любовь,Не пустословь…В тени дубрав,В объятьях трав,Моя любовь,Не нужно слов…Пусть унесёт нас то мгновеньеВ волшебный, сказочнейший мир!..А я тебя, под птичье пенье,Тебя, мой ангел, мой кумир,Стихов букетами осыплю!..Вином гармоний напою…Вот только жвачкувыплюнь, выплюнь!..И мне скажи: «Люблю! Люблю…»март 1977 г.
О, мисс! Любви язык – язык любви!И слов поток – лишь лишний шум.Сердец и душпослушайзвукИ ты поймёшь, мой нежный друг…Не надо слов,Моя любовь…Моя любовь,Не пустословь…В тени дубрав,В объятьях трав,Моя любовь,Не нужно слов…Пусть унесёт нас то мгновеньеВ волшебный, сказочнейший мир!..А я тебя, под птичье пенье,Тебя, мой ангел, мой кумир,Стихов букетами осыплю!..Вином гармоний напою…Вот только жвачкувыплюнь, выплюнь!..И мне скажи: «Люблю! Люблю…»
март 1977 г.
ПУСТЫНЯ В ПЕСЧИНКЕБежит работник без оглядки,Как белка в вёртком колесеИ свято верит: «Всё в порядке!»И твердо знает: он, как все!И нет раздумий и сомнений,И нет претензий и обид:Он не начальство ж и не гений,И не огромен аппетит…Бежит работник… Время – тает…Уж и до пенсии чуть-чуть…Живёт ли или изживаетСебя он, чтобы отдохнутьПод сетью серою морщинок,Под грузом хворей долгих лет?..В пустыне жизни – тьма песчинок!В иных песчинках – тьмы портрет…июнь 1981 г.
Бежит работник без оглядки,Как белка в вёртком колесеИ свято верит: «Всё в порядке!»И твердо знает: он, как все!
И нет раздумий и сомнений,И нет претензий и обид:Он не начальство ж и не гений,И не огромен аппетит…
Бежит работник… Время – тает…Уж и до пенсии чуть-чуть…Живёт ли или изживаетСебя он, чтобы отдохнуть
Под сетью серою морщинок,Под грузом хворей долгих лет?..
В пустыне жизни – тьма песчинок!В иных песчинках – тьмы портрет…
июнь 1981 г.
РАЙ НА БОЛОТЕПробегает мой век мимоИ манит, и зовёт с собой…Все дороги уходят, уходят к Риму,А моя вникуда… А моя – не с тобой… Мне не нужно забав в суете каждодневной. Я забыл, как улыбкой лицо ворошить… Я читаю досье на Лягушку-царевну, Я по сказкам учусь, как на свете мне жить…Оборвалась струна верыИ повис без петли я сам…В неживой и пустой атмосфереЯ не жду – я ищу чудеса… Мне не нужно любви суетливой и прежней. Я устал улыбаться и в меру, и в такт, Быть заботливым, нежным, быть покорно-прилежным И считать поцелуй за свершившийся факт…Расцветающий сад тесен…Сад опутан расчёта тьмой.Вне закона родник чистых песен,И вне песен поющих весёленький рой!.. Надоело ходить не касаясь земли каблуками И фальцетом вытягивать патоку фраз!.. Пусть меня повезут на рассвете казённые сани Пусть рогожею мёрзлой я буду застелен от глаз…Ничего. Ничего… ВекаМне довольно. Я пожил. Я жил…Коли смог я уйти человеком,Значит скотскую жизнь я свою искупил!..Полуостров Камчатка,25 ноября 1981 г.
Пробегает мой век мимоИ манит, и зовёт с собой…Все дороги уходят, уходят к Риму,А моя вникуда… А моя – не с тобой…
Мне не нужно забав в суете каждодневной. Я забыл, как улыбкой лицо ворошить… Я читаю досье на Лягушку-царевну, Я по сказкам учусь, как на свете мне жить…
Оборвалась струна верыИ повис без петли я сам…В неживой и пустой атмосфереЯ не жду – я ищу чудеса…
Мне не нужно любви суетливой и прежней. Я устал улыбаться и в меру, и в такт, Быть заботливым, нежным, быть покорно-прилежным И считать поцелуй за свершившийся факт…
Расцветающий сад тесен…Сад опутан расчёта тьмой.Вне закона родник чистых песен,И вне песен поющих весёленький рой!..
Надоело ходить не касаясь земли каблуками И фальцетом вытягивать патоку фраз!.. Пусть меня повезут на рассвете казённые сани Пусть рогожею мёрзлой я буду застелен от глаз…
Ничего. Ничего… ВекаМне довольно. Я пожил. Я жил…Коли смог я уйти человеком,Значит скотскую жизнь я свою искупил!..
Полуостров Камчатка,25 ноября 1981 г.
Л. И. Брежневу«Звёзд» понадавали — прекрасно!Подняли, выше некуда, роем…И без прессы теперь уж ясно:Небо наше ты!.. Да – ночное…
«Звёзд» понадавали — прекрасно!Подняли, выше некуда, роем…И без прессы теперь уж ясно:Небо наше ты!.. Да – ночное…
«Остановок двести…»Остановок двести рассыпано по улицам…На каждой остановке человек по двести!..Вот бы всем нам вместе всерьёз нахмуриться,Да пройти по улице по одной с песней?!..Так, чтобы рядом, рука в руке,Чтоб душа в душу и – нараспашку!Хватит!Влачить нас на поводке!Довольно строить рай на бумажках!..Лжекоммунисты попрятались в «Волгах»,Укрылись за бронь лакированных «чаек».Им не видны мы, стоящие долго!Им не нужны мы, «стадо фуфаек»!..
Остановок двести рассыпано по улицам…На каждой остановке человек по двести!..Вот бы всем нам вместе всерьёз нахмуриться,Да пройти по улице по одной с песней?!..
Так, чтобы рядом, рука в руке,Чтоб душа в душу и – нараспашку!Хватит!Влачить нас на поводке!Довольно строить рай на бумажках!..
Лжекоммунисты попрятались в «Волгах»,Укрылись за бронь лакированных «чаек».Им не видны мы, стоящие долго!Им не нужны мы, «стадо фуфаек»!..
«Народ и партия – едины!..»«Народ и партия – едины!»Со стен трактуют анонимки.Едины, как две половины?Как целого две половинки?!Ну что ж, об этом горы чтива —На все лады пропета суть:Единство – противоречиво.Оно борьбы, не мира путь.А раз едины половины,То значит, противоположны!И невозможно быть невинным,Коль узы мира — невозможны!23 июля 1981 г.
«Народ и партия – едины!»Со стен трактуют анонимки.Едины, как две половины?Как целого две половинки?!Ну что ж, об этом горы чтива —На все лады пропета суть:Единство – противоречиво.Оно борьбы, не мира путь.А раз едины половины,То значит, противоположны!И невозможно быть невинным,Коль узы мира — невозможны!
23 июля 1981 г.
ЗИМА В НОВОМ ГОРОДЕПавшим во времена культаБыло тихо… Да было непросто.Наступила пора холодов…И легли ледяные коростыНа глаза миллионов домов.И ослепшие здания немо,Напряженно сквозь бельма смотря,Утопали в тумане проблемыУходящего прочь Октября…А потом засвистало средь зданийИ в квартиры ворвались ветра!..Где-то слышалось чьё-то рыданье, —Где-то чудилось сквозь гоготанье:«Насовсем…До весны?..До утра?..»Ледяные узоры под звезды,Под колючие снежные звёздыНебо прятало… Падала тьма…И лежали, как мёртвые гнёздаСредь сугробов слепые дома…26 сентября 1981 год
Павшим во времена культа
Было тихо… Да было непросто.Наступила пора холодов…И легли ледяные коростыНа глаза миллионов домов.И ослепшие здания немо,Напряженно сквозь бельма смотря,Утопали в тумане проблемыУходящего прочь Октября…А потом засвистало средь зданийИ в квартиры ворвались ветра!..Где-то слышалось чьё-то рыданье, —Где-то чудилось сквозь гоготанье:«Насовсем…До весны?..До утра?..»
Ледяные узоры под звезды,Под колючие снежные звёздыНебо прятало… Падала тьма…
И лежали, как мёртвые гнёздаСредь сугробов слепые дома…
26 сентября 1981 год
МОНОЛОГ НЕСУЩЕГОЯ – тротуар.Существо из асфальтаВ наряде окурков, пыли и плевков.Мои украшения – синяя смальта:Россыпи мелких стеклянных кусков.Я – чёрное средство, идущего к цели.Я – чёрное прошлое многих из вас…О, сколько с моей спины переселоВ кресла машин сверкающих трасс!..Спина моя в трещинах, шрамах и в ранах…И помню я дробь и ломов, и дождей…Однажды приснилась мне фата-моргана —Пустыня! Пустыня без туч и людей!..Ах! если б я мог доползти до покояИ лечь на века в объятия дюн,Забыв, что я средство и дорого стою,Забыв, что затоптан, поверить, что юн…29 ноября 1981 г.
Я – тротуар.Существо из асфальтаВ наряде окурков, пыли и плевков.Мои украшения – синяя смальта:Россыпи мелких стеклянных кусков.
Я – чёрное средство, идущего к цели.Я – чёрное прошлое многих из вас…О, сколько с моей спины переселоВ кресла машин сверкающих трасс!..
Спина моя в трещинах, шрамах и в ранах…И помню я дробь и ломов, и дождей…Однажды приснилась мне фата-моргана —Пустыня! Пустыня без туч и людей!..
Ах! если б я мог доползти до покояИ лечь на века в объятия дюн,Забыв, что я средство и дорого стою,Забыв, что затоптан, поверить, что юн…
29 ноября 1981 г.
СТЕНАПадает снег. Снег. Снег…Льют фонари мёд. Мёд…Слышу я твой смех. Смех…Вижу в глазах лёд. Лёд… Значит, опять пуст. Пуст Мир для меня. Мой мир!.. Слышу шагов хруст. Хруст… Это твоих чувств пир…Вновь осуждён я. Я.Гореть на костре день, ночь.Будут меня, будут меняЖечь языки черной тоскиИ не уйти прочь. Прочь…Но мне пути нет. Нет.В ночь, в эту ночь. Ночь. НочьВслед за тобой. Вслед. Вслед…2 ноября 1981 г.
Падает снег. Снег. Снег…Льют фонари мёд. Мёд…Слышу я твой смех. Смех…Вижу в глазах лёд. Лёд…
Значит, опять пуст. Пуст Мир для меня. Мой мир!.. Слышу шагов хруст. Хруст… Это твоих чувств пир…
Вновь осуждён я. Я.Гореть на костре день, ночь.Будут меня, будут меняЖечь языки черной тоскиИ не уйти прочь. Прочь…
Но мне пути нет. Нет.В ночь, в эту ночь. Ночь. НочьВслед за тобой. Вслед. Вслед…
2 ноября 1981 г.
ОДИН ВЕЧЕРПришла. Ни улыбки, ни слова…Взгляд неровен, взгляд бродит спеша.Спеша изнутри на засовыЗаперлась зачем-то душа.На засовах усталость повислаПаутиною лживой, чужой…Что ж ты, счастье, так скоро прокисло,Забродило, играя со мной?..7 августа 1981 г.
Пришла. Ни улыбки, ни слова…Взгляд неровен, взгляд бродит спеша.Спеша изнутри на засовыЗаперлась зачем-то душа.
На засовах усталость повислаПаутиною лживой, чужой…Что ж ты, счастье, так скоро прокисло,Забродило, играя со мной?..
7 августа 1981 г.
«Глаза – души отдушины…»Глаза – души отдушины.Глаза – язык души…Не скроешь, если скучноСо мною, как в глуши…Я не пойму – почувствую,Не ложь, не чудеса…И всю печаль-тоску твоюПерестрадаю сам.8 августа 1981 г.
Глаза – души отдушины.Глаза – язык души…Не скроешь, если скучноСо мною, как в глуши…
Я не пойму – почувствую,Не ложь, не чудеса…И всю печаль-тоску твоюПерестрадаю сам.
8 августа 1981 г.
РЕКВИЕМРевностью жизнь жива!
М. Цветаева
Любовь не терпит откровенийИ неудобной немоты.Она жива, пока сомненийНе меньше сладкой маяты.Она жива, пока разлукаИ близость вечная – равны.Жива любовь, пока есть мукаНа грани смерти и весны…Приходят женщины к мужчинамНа жизнь без горя и войны.И веря в счастье без причины,В беду не верят без вины…Идут мужчины без опаскиСвои сердца на век отдать.Они надеются на сказкуКонец которой не создать…Но дни, недели – быстро таютИ время замедляет бег…И вдруг счастливцы замечают,Что между ними – первый снег!..Как много в этом взгляде боли!Как много горечи и слез…Вершины нет… Лишь чисто поле…И счастья нет. И нет уж грёз…
Ревностью жизнь жива!
М. Цветаева
Любовь не терпит откровенийИ неудобной немоты.Она жива, пока сомненийНе меньше сладкой маяты.
Она жива, пока разлукаИ близость вечная – равны.Жива любовь, пока есть мукаНа грани смерти и весны…
Приходят женщины к мужчинамНа жизнь без горя и войны.И веря в счастье без причины,В беду не верят без вины…
Идут мужчины без опаскиСвои сердца на век отдать.Они надеются на сказкуКонец которой не создать…
Но дни, недели – быстро таютИ время замедляет бег…И вдруг счастливцы замечают,Что между ними – первый снег!..
Как много в этом взгляде боли!Как много горечи и слез…Вершины нет… Лишь чисто поле…И счастья нет. И нет уж грёз…
ЖЕСТОКАЯ НЕЖНОСТЬЛюбовь. Любовь – какая радость!Какой прекрасный, яркий сон!..Любовь, любовь – ты море яда,Зловещий погребальный звон…Ты счастья чудные мгновеньяИ горя мрачный, горький век.Ты пища риска, вдохновеньяИ мать раздавленных калек…Непостижима и нежданна…Скажи мне, благо ты иль нет?!И почему ложится в ваннуС желанной бритвою поэт?И почему в петле прозаик,Под пистолетом драматург?Любовь ответила: «Не знаю…Я не палач, а демиург.Я не казню, не истязаю,Не посылаю людям бед.Я лишь их душам, помогаюПрожить хоть миг, хоть пару летВ прекрасном мире вдохновенья,В саду волшебных, чудных слов,Где нет грехов, проблем и мнений,Нет ни пределов, ни оков…Ты не вини – любовь не злая.Любовь не губит – создаёт…Лишь тот, от счастья погибает,Кто счастье губит не своё…»8 сентября 1981 г.
Любовь. Любовь – какая радость!Какой прекрасный, яркий сон!..Любовь, любовь – ты море яда,Зловещий погребальный звон…
Ты счастья чудные мгновеньяИ горя мрачный, горький век.Ты пища риска, вдохновеньяИ мать раздавленных калек…
Непостижима и нежданна…Скажи мне, благо ты иль нет?!И почему ложится в ваннуС желанной бритвою поэт?
И почему в петле прозаик,Под пистолетом драматург?Любовь ответила: «Не знаю…Я не палач, а демиург.
Я не казню, не истязаю,Не посылаю людям бед.Я лишь их душам, помогаюПрожить хоть миг, хоть пару лет
В прекрасном мире вдохновенья,В саду волшебных, чудных слов,Где нет грехов, проблем и мнений,Нет ни пределов, ни оков…
Ты не вини – любовь не злая.Любовь не губит – создаёт…Лишь тот, от счастья погибает,Кто счастье губит не своё…»
8 сентября 1981 г.
Страницаиз54
СкороКнижный режим












