Прозрачный дом

«Вот здесь, среди гулагов и снегов…»

Вот здесь, среди гулагов и снегов,
Кипела жизнь, под нею в поруганье
Талант блестел, как рифма под ногами.

Он выдернул его и стал скрести
Людей вокруг им. Без судебной дрязги
Словами стал их отскребать от грязи.

И нержавейкой стало откровенье
О тех, кто искренне воспринял этот грех,
Грех неповиновенья.

А я хотел узнать, кто может разъяснить,
Варлама черный стыд и красный Аввакумов,
Нарым, Освенцим, Бабий Яр, и Хиросиму, и Голгофу.