Стражи Пандемониума

© Да Сильва С., текст, 2018

© Издательство «Союз писателей», оформление, 2018

1. Холи

Эта история случилась почти в самом конце весны две тысячи двадцать третьего года. В головокружительном приключении события резко сменяли друг друга, не давая очнуться ни на минуту. Но обо всём по порядку. Я заменила реальные имена иностранными: книга может попасть в руки недоброжелателей. Да, увы, они никуда не исчезли. Но в том-то и смысл, чтобы поддерживать равновесие между добром и злом, между двумя мирами. Чем я сейчас и занимаюсь. Нас не очень много, но вместе мы в силах противостоять злу, а главное – охранять проход в иной мир.

В конце апреля, когда погода относительно устоялась, к нам в Россию пришёл неофициальный праздник, который обычно отмечают в Индии, – Холи, праздник красок. Мы с Марией, лучшей подругой, надели заношенные белые майки, накупили разноцветных пакетиков и около четырёх часов вечера поехали на набережную Москвы-реки, где был построен целый торговый ряд с огромными домиками, напоминающими фанзы. При чём тут фанзы и праздник Холи? Хрен его знает! Этот вопрос я оставлю любителям железной логики. Если уж им так трётся, пусть организаторов и третируют. А нам надо было порыться на прилавках с индийскими штучками, покидаться друг в друга краской и сделать много фото.

Мы пришли задолго до начала, но тут уже было много народу, который явно приехал если не ради праздника, то хотя бы ради торговли.

– Класс! – восхищалась подруга. – Здесь так много всего, аж глаза разбегаются! Я готова купить всё!

Мария, моя ровесница – нам обеим по шестнадцать, – была там одной из самых красивых. Подросток с кукольным лицом в обрамлении слегка волнистых длинных волос с подстриженной чёлкой, которое не нуждалось даже в капле косметики. Её пряди цвета спелой ржи выгодно оттеняли карие глаза и скромные алые губки. Она, как и я, была в белой майке, голубых шортах и бежевых сапожках на низком каблуке.

Мария играла на рояле и всерьёз занималась пением, а в свободное время читала любовные романы.

– Давай сначала определимся, что нам действительно нравится, – улыбнулась я.

Мы подошли к прилавку с украшениями, чтобы приглядеться к нескольким. Кстати, вон та рыжая девушка в зеркале, с карими глазами, короткой стрижкой с чёлкой и красным ободком в волосах, которая примеряет длинное ожерелье с деревянным слоником, – это я. Да. Собственной персоной. Представлюсь, пожалуй: Эмили, хотя вообще-то меня зовут Эмилия – в честь отца, Эмиля. Я вся в него. И внешне, и характером: такая же рыжая, непослушная, упрямая и целеустремлённая. Правда, цель свою пока что не нашла.

– Тебе очень идёт! Особенно будет классно с красной майкой! – заметила Мария.

Да, львиная доля моего гардероба – красного цвета, но сегодня ради праздника пришлось сделать небольшое исключение. Мария примеряла практически всё, и я еле оттаскивала её от прилавков; пик восторга пришёлся на лавку с одеждой в этническом стиле. Чёрт, лучше бы мы подождали на набережной…

– Смотри! – воскликнула подруга, приложив к телу футболку молочного цвета с каким-то египетским орнаментом.

– Да, тебе очень идёт! Ладно, разрешаю взять эту, – сдалась я.

– Ура! – вскрикнула Мария и с выражением полнейшего счастья на лице крутанулась вокруг своей оси.

Мне нравилось видеть её такой. И очень хотелось когда-нибудь увидеть её невестой моего троюродного брата.

Мы купили ещё несколько украшений, всяких штучек, наделали фото, прежде чем услышать, как под музыку диктор начал собирать людей. Подошли поближе к набережной, чтобы охватить взглядом всё. У берега, в самом низу, столпилось много молодёжи. По реке плавал огромный надувной слон, плевавшийся красками.

– Кстати, мой брат собирался приехать, – вдруг сказала я.

– Почему ты молчала?! – возмутилась Мария.

– Я думала устроить тебе сюрприз…

– Ах ты проказница! Решила меня одурачить? – в шутку вспылила подруга, запустив краской из пакетика.

– Вовсе нет! Да и вообще, ты дурашка! – развеселилась я, бросив в неё красный и оранжевый порошки.

– Это я-то дурашка? – усмехнулась Мария, снова распылив краску, на этот раз жёлтую.

– Да, ты!

– Нет, это ты!

– А кто в него влюблён?

– Ну, влюблена, и что?

– Глупышка!

– А ты-то кто?

– Ну, мы-то знаем, что это наш с тобой общий секрет… – на время остановилась я, взяв её за руки.

– Да, – прикрыла та глаза и улыбнулась.

– Эй, вы! Чего там шепчетесь? – раздался юношеский голос.

Перед нами стоял парень лет восемнадцати. Отросшие до подбородка волосы непонятного – русого или золотистого – цвета с тёмными корнями. Голубая, точнее, уже разноцветная рубашка с короткими рукавами и синие джинсы, испачканные сверху розовой краской.

– Роберт? – удивилась я.

Это и есть мой троюродный брат по леший его знает какой линии, в которого влюблена Мария. Она хотела петь с ним в одной музыкальной группе. Но Роберт явно не спешил с чувствами. Да, он говорил, что, возможно, придёт, но обычно слово «возможно» означало у него «нет».

– Привет, сестрёнка.

Мария остолбенела и зарделась. Правда, румянец на её лице очень кстати скрыла красная краска.

– Какие вы чумазые, – усмехнулся он.

– На себя посмотри! – парировала я.

– Ладно, остынь, рыжая. Или, точнее сказать, лимонка?

– Ты у меня сейчас получишь! – разгневалась я в шутку.

– Ладно, Эми, успокойся, – пыталась остановить меня Мария, но я уже шла на Роберта с пакетиком краски.

Не успела я разорвать пакет, как Роберт потащил меня на асфальт, накрыв своим телом, и увлёк за собой Марию. Откуда-то сверху раздались звуки, отдалённо напоминавшие выстрелы.

– Что это, чёрт возьми, было? – удивился Роберт, поднимаясь на ноги. В воздухе расплывались розовый и жёлтый порошки.

– Может, это часть представления? – предположила Мария.

Я взглянула на асфальт между прилавками, заметив странные тёмно-багровые пятна.

– Не думаю, – ответила я. – Нам лучше уйти…

– Смотрите туда! – вдруг громко сказал Роберт и ткнул пальцем куда-то наверх.

Задрав головы, мы увидели странную фигуру в белом плаще, бегущую по крышам фанзы. Я навела на неё объектив фотоаппарата, приблизив как можно больше. Это была девушка с пистолетом. Да, я не ошиблась! С пистолетом! Я сделала пару мгновенных снимков и посмотрела вслед убегающей фигуре.

– Роберт, Мария, здесь нельзя оставаться! Уходите! – резко сказала я.

– Но как же ты? – испугалась подруга.

– Я догоню! А теперь идите, сейчас же!

Мария и Роберт начали спускаться по лестнице, а я рванула вслед за фигурой в плаще. Наконец я заметила её в соседнем квартале на крыше одного из домов и прицелилась фотокамерой. Но она, будто назло, тут же исчезла из объектива. Не успела я двинуться с места, как кто-то внезапно схватил меня за руку, и мы помчались по закоулкам под свист пуль и хлопки. Я понимала: никто не отдавал себе отчёта в том, что происходило, думая, что это часть представления, а может быть, и вовсе ничего не замечал, увлёкшись праздником. Лишь пару минут спустя я поняла, что меня за собой тащит беловолосая девушка в белом плаще. Та самая, что была на крыше. Мы забежали в какой-то тесный уголок и замерли.

– Когда я дам знак, уходи отсюда, – шепнула незнакомка.

Я взглянула ей в лицо и ошалела: под тонкими бровями сияли сиреневые глаза. Лет ей почти столько же, сколько и мне, а уже бегает по крышам с пистолетом. Кто она такая?

– Не убьёшь меня? – спросила я. Она таинственно улыбнулась и перезарядила пистолет.

– Я наёмница в законе. Убиваю только плохих дядь. А ты попала в эпицентр перестрелки. Зачем меня преследовала? – спросила она.

– Я…

– Ладно, можешь не отвечать. Ну всё! Мне пора! И тебе тоже!

И она, сделав сальто назад, исчезла среди торговых рядов.

– Стой! – крикнула я вслед, но было поздно. Диковинная птица упорхнула.

Однако я осталась на празднике и смогла её увидеть ещё раз. Она сидела на крыше и кого-то высматривала. Затем в один миг соскочила с места, проехалась вниз и в прыжке кого-то пристрелила. Крутанувшись на фонаре, сделала ещё пару выстрелов и приземлилась на крыше лавки над лестницей, подозрительно уставившись на надувного слона, который плевался краской. Разбежавшись, девушка прыгнула прямо на него, прострелив в нескольких местах резину, и, когда надувное животное начало оседать, перебежала по хоботу на берег. Только потом я заметила, что у моих ног лежат трупы каких-то типов в чёрном.

2. Новенький

Новость о странной перестрелке во время Холи молниеносно вышла в топ. Все только о ней и говорили. Именно с этого сообщения началось утро в нашей семье. Папа, стройный мужчина с рыжими густыми усами, одетый в белую рубашку, курил трубку в кресле перед телевизором и почитывал газетёнку. Я в это время листала снимки на фотокамере.

– А вы ведь, кажется, с Марией и Робертом были как раз на набережной, где всё произошло… – сказал он. Я подавилась какао.

– Нет, всё обошлось. Мы ушли до того, как всё началось.

– Странные дела начали нынче твориться. Ещё и странные события с вызовом Пиковой дамы, – сказал отец, встряхнув газету. – Говорят, на месте происшествия нашли двух подростков, которые пытались вызвать Пиковую даму с помощью карт, и один из них точно убит, если не оба.

– Тебе надо поменьше всякие газеты читать! – раздалось с кухни.

– Дорогая, я уже не молод, чтобы браться за комиксы! – отозвался отец.

– А книги разве вышли из моды? – упрекнула его мама.

– Я Булгакова читал на прошлой неделе!

– А как же Эдгар Аллан По?

– Мертвецы книги не пишут. А всё, что он написал, я проглотил ещё в молодости.

– Как знаешь…

– Что мне всегда нравилось в твоей матери, так это её знание всего, что я читаю, – улыбнулся отец. Я улыбнулась ему в ответ и отпила какао.

– Всё-таки странно. Перестрелка в день Холи. Причём нашли тела агентов, которые даже в базе не числились.

Я сделала вид, что не слышу.

– Но есть слухи о той, кто их всех перестрелял. Девушка в белом капюшоне… Ты её случайно не видела?

– Нет, увы, – соврала я, съёжившись.

– Жалко… Интересно ещё то, что никто из горожан не пострадал. Неужели какие-то преступные группировки решили устроить разборки посреди бела дня в праздничное время?

Посреди папиной фразы я остановилась на фотографии, где была запечатлена девушка в капюшоне. Всмотрелась внимательнее в изображение, но ничего интересного не заметила.

– Слушай, Эмили, купи мороженого. Так хочется чего-нибудь эдакого! – сказал папа.

– Без проблем, – ответила я и пошла в прихожую, чтобы нарыть в кармане куртки мелочь. Вместо монеток нащупала что-то маленькое, цилиндрической формы.

Я выловила предмет из кармана, чтобы рассмотреть. Маленькая гильза от патрона. Но как она попала в мою куртку? Неужели та чертовка подложила? Но зачем? Что вообще происходит? Абсурд какой-то… Я вложила гильзу в укромный кармашек кошелька и пошла за мороженым.

Я долго обдумывала эту историю. Как выяснилось позже, всё оказалось куда сложнее, чем можно было предположить. Проблемы начались, когда к нам в школу пришёл новенький.

– Познакомьтесь, ребята! Тим Тамбовский! – представила классная руководительница рыжего мальчугана, худосочного и в меру высокого для своих лет. – Он доучится с нами оставшуюся половину четверти и останется в нашем классе. Надеюсь, вы поладите! Удачно окончить год, Тим!

Все тепло приняли новичка: держался он скромно, на рожон не лез. Поговорить удалось только на физкультуре, когда мы оба прохаживались по кругу из-за больничных.

– Ну, как тебе у нас? – спросила я.

– Мне нравится. На удивление сплочённый класс – в отличие от того, где я учился раньше, – с улыбкой ответил Тим.

– А что было там?

– Да чёрт-те что… – фыркнул парень, вспоминая о прежней школьной жизни как о чём-то непонятном. – Какое-то время у нас все гнобили одного мальчишку. Когда он однажды сильно поколотил обидчика, вроде бы отвалили, но всё равно держались от него подальше. Девчонки сбивались в группы и соревновались, у кого ноги длиннее и кто худее. Скучные какие-то. А потом неожиданно для меня самого по школе прошёл слух, что я с тем пареньком дружбу вожу, и со мной резко перестали общаться. А я вообще был не в курсе, что происходит. В параллельном классе достали девочку. Правда, все, кто в этом участвовал, потом были исключены из школы и по нашим жёстким законам отстранены от любых занятий ещё на два года, отсидев срок в детской колонии. Родители этих отморозков потом почти год платили девочке деньги за моральный ущерб – по тридцать тысяч в месяц. Правда, после этого репутация школы оказалась подпорчена, и её закрыли. Потому-то я и перевёлся.

– Да уж, – протянула я. – Вот что бывает с теми, кто не обращает внимания на закон. Именно поэтому у нас такой ерунды не происходит. Все боятся.

– Значит, повезло! Ты тут давно учишься? – спросил Тим.

– С первого класса. Правда, не очень понимаю, что здесь делаю.

– Ещё не определилась, чем будешь заниматься?

– Не-а. Увлекаюсь испанским и танцами, но даже не могу понять, что мне нравится больше… А ты?

– Я тоже пока не знаю… У меня получилось нелёгкое детство, было не до того.

– Ну, сейчас всё нормально? – спросила я.

– Да, всё позади. А вот камень на душе остался…

Мы прошли целый круг и, немного передохнув, отправились шагать ещё один.

На перемене я показала Тиму кафе, оно же столовая, отвела в библиотеку, где мы взяли парочку книг и надолго там застряли. Познакомила его со своим братом Крисом и Марией. Она сказала, что мы с Тимом чем-то похожи и напоминаем ей то ли брата и сестру, то ли мужа и жену. За это мы с Тимом долго гонялись за ней по школе с шутливыми угрозами скормить её каменной голове Флавия Арриана, древнеримского историка и географа, которая стояла в классе изобразительных искусств.

– Мне страшно, давайте уйдём отсюда! – пищала Мария, стоя в кабинете.

– Как можно их бояться? Они же неживые! – сказала я.

– Но они такие жуткие!

– Девушка, которая ходит в гимназию с углублённым изучением истории, боится статуй! Чтоб я сдохла!

– Я всё Роберту расскажу! – топнула та ногой.

– А кто такой Роберт? – спросил Тим.

– Это мой троюродный брат по линии Требичей.

– Вас так много?

– Требичи, Анисенко и Андреевы. Есть ещё какие-то, но я их не знаю, – ответила я. – У меня три брата. Роберт Требич, Макс Андреев и родной брат Крис, его ты уже знаешь.

– Ну и семейка… – протянул Тим. Я на секунду заглянула в его глаза и заметила в них тень грусти. – Ладно, пошли ещё куда-нибудь!

– Пойдём к Анастасии Алексеевне! Это наша учительница по истории, с ней можно выпить чаю. Всё равно перемена огромная.

– История – это так скучно, – зевнула Мария.

– Сказала девочка, которая учится в школе с историческим профилем, – усмехнулась я.

– Можно подумать, ты обожаешь историю! – показала она мне язык.

Я показала ей язык в ответ, и мы помчались в кабинет истории.

* * *

– Пройдёшься с нами? – спросила я Марию, когда мы шли из школы.

– Нет, обещала встретиться с подругой в торговом центре. Но я тебе позвоню! Обязательно! – сказала Мария и упорхнула.

– Ну вот, – надулась я. – Оставила нас одних!

– Да ладно, – бросил Тим.

– Я отомщу тебе, Мария Осиева! – крикнула я ей вслед.

– Да, да, да! – крикнула она, показав мне язык.

– Я всё Роберту расскажу!

– Вот только Роберта не трогай!

– Почему вы постоянно жалуетесь Роберту? – изогнул бровь Тим.

– Потому что мы… Это наш секрет, – улыбнулась я. – У тебя же наверняка тоже есть секреты!

Тим странно вздохнул и грустно на меня посмотрел.

– Да, я… Моя настоящая фамилия – не Тамбовский, – ответил он.

– А какая же? – удивилась я.

– Джейноуз.

– Иностранная?!

– Да, отец родом из Англии, – ответил Тим. – Но живём мы в России уже давно.

– Понятненько, – ответила я, и мы пошли дальше по домам.

– Погоди, а где ты живёшь? – спросила я, заметив, что мы не расходимся уже на протяжении долгого пути.

– В доме на остановке «Клачково», – ответил тот.

– Вот чёрт! Я там же!

– Классно!

– Странно, я тебя никогда не видела, – удивилась я.

– Уж не знаю. Может, потому что жил на первом этаже, – грустно вздохнул Тим.

– Ладно, тогда до встречи! – попрощалась я с новым другом, когда мы дошли до моей квартиры.