Глава 5. Где ты, мистер Президент?
Люди обретают то, чего желают – и теряют к этому интерес.
Атмосфера главы:
Hole – Violet;
The Pretty Reckless – You;
GnuS Cello – A Thousand Years;
Nickelback – Lullaby.
Оставив Эшли дожидаться пострадавшего Лоя (она сама вызвалась), мы с Итаном сбежали на улицу. Честно говоря, я не обрадовалась такой компании, потому что понятия не имела, о чем вести с ним беседу.
– А ты опасная, – щелкнув пару раз зажигалкой, усмехнулся Итан, – мстишь незамедлительно…
Он неспешно выпускал дым, почти не размыкая губ, и ждал реакции на моем лице. Встретившись глазами с нарушителем спокойствия, я выдавила виноватую улыбку и развела руки чуть в стороны. В этот раз я решила задержать взгляд: видимо, немного освоилась. В голубых глазах Итана стали заметны серые оттенки, и кожа лица слегка порозовела от уличной прохлады. Темно-каштановые волосы до плеч покачивал разыгравшийся бриз, а одна прядь спáла ему на переносицу. Она так и просилась, чтобы ее заправили. Да, наверное, у Venture поклонниц хоть отбавляй с таким-то соло-гитаристом. У Уилла, оказывается, существует конкурент. Осознав, что слишком долго любуюсь лицом Итана, я сконфуженно опустила глаза и решила больше не играть в гляделки. А то вдруг он подумает, что я, как маленькая наивная девочка, обомлела от его, не буду врать, привлекательной внешности. Нет уж!
– Я, правда, не специально, – начала оправдываться я, – но благодаря твоим пояснениям и моей газировке, надеюсь, Лой больше не будет так принижать басистов!
С затянувшегося холодным серым полотном неба мой взгляд упал на Эшли, сидящую нога на ногу на диванчике за стеклом закусочной. Подруга что-то быстро печатала в телефоне. Блин, вот бы Эш сейчас посмотрела на меня и подала знак…
– Ты его не знаешь, – задумчиво произнес Итан и сразу же перевел тему разговора: – Cлушай, Никки, а вас тоже вышвырнули с субботы?
Меня заинтриговала фраза Итана про Лоя; а друг ли он ему вообще, вдруг они и не друзья вовсе?
– Да, Джас сегодня сообщил.
– Дерьмово, – игривый настрой Итана резко сменился озабоченно-серьезным.
Он свел брови и потер переносицу, прикрывая глаза. Мышцы челюсти напряглись, еще больше выделяя острые скулы Итана.
– Почему вечно этот ублюдок, управляющий «Ringoo», предупреждает за неделю? Не преткнешься никуда за такой короткий срок…
Отчасти я понимала негодование Итана, потому что для многих это основной заработок. Отмена выступления означает лишение денег, на которые рассчитывают музыканты. Прям как я на обещанные карманные за хорошую учебу. Но у меня, как у Эшли и Мэттью, за спиной пока еще стоят родители, и мы находимся на их иждивении. Поддержать разговор мне не удалось, поскольку своим звонком мама решила напомнить о существовании семьи и установленных обязанностях.
– Итан, извини, – бросила я и нажала на зеленую трубку, отключая оглушающий риф Deep Purple. Я отошла на небольшое расстояние от напряженной рок-звезды.
– Алло, Вероника? – тревожно начала мама. – Где тебя носит?
– Йогу отменили, решили сходить в закусочную с Эшли, – отвечала я маме, стараясь говорить как можно тише, чтобы Итан не услышал мой разговор. – Что-то случилось?
– Да, случилось, – раздражалась мама, – звонила миссис Кларк, спрашивала, почему тебя не было сегодня в школе!
– Я… я все потом объясню… – растерялась я и развернулась к Итану. Он уже не так напряженно, но сосредоточенно исследовал однотонное небо.
– Никаких потом! Ты сейчас же идешь домой! – возмущалась в трубку мама.
– Да, мам, хорошо!
Я недовольно вздохнула, понимая, что дома ждет неприятный разговор. Но, с другой стороны, это избавляет от дальнейшей неловкости в компании с Лоем и от пристального взгляда Итана, к которому уже начала привыкать. Он, кстати, молча пообщавшись с небесами, снова с непонимающей улыбкой наблюдал, как я нервно кусаю губы и, забыв про почти догоревшую проклятую сигарету в левой руке, расхаживаю взад-вперед, внимая маминым упрекам. Ее ведь не устроил мой ответ, потому что «сейчас» – это не просто «вот-вот», а «прям сию секунду».
– Мам, уже иду, – ответила я и положила трубку, дослушав ее неодобрительный монолог. Итана же позабавило мое недовольное лицо. Но в его улыбке не чувствовалось издевки. Это больше походило на реакцию взрослого человека, наблюдающего за тщетными попытками маленького ребенка попасть мячом в баскетбольное кольцо. Так же улыбался отец, когда у меня не получалось, и я, насупившись, брела за мячом. Честно, до сих пор через раз попадаю.
– Ты же в курсе, что с твоим рингтоном можно оказаться за дверью музыкального магазина? – поинтересовался Итан.
– Аха, – сдержанно рассмеялась я и развела руки, – да, в курсе, но чисто технически риф играла не я!
Итан усмехнулся на мои оправдания.
– К сожалению, мне придется вас троих покинуть…
– Родители требуют?
– Ага, – вздохнула я.
– Тебя подбросить? – Итан, не переставая уверенно улыбаться, небрежно указал на черный мотоцикл, припаркованный рядом с закусочной.
– Нет, спасибо, мне тут недалеко, – отказалась я. Еще мне не хватало лишних вопросов от родителей. Для них я была только с Эшли. Да и вообще, мы знакомы полтора часа. Быстро разблокировав телефон, написала Эшли сообщение об уходе.
– Ну, как знаешь, – испачкав асфальт пеплом, произнес Итан и подмигнул мне.
Я постучала в окно Эшли и показала ей на свой телефон, чтобы она прочитала.
– Приятно было познакомиться, – обратилась я к Итану с неуверенной улыбкой.
– Еще увидимся, Никки, – он сделал акцент на моей кличке, оценивая взглядом, и направился в сторону мотоцикла.
Видимо, Итан не хотел быть третьим лишним и решил удалиться.
Перейдя дорогу, я повторно залезла в смартфон, чтобы проверить уведомления. Так, одно вложение от Джаспера, десять сообщений от мамы (догадывалась об их содержании) и пятнадцать незамеченных от Мэттью. Друг разыскивал меня с самого утра.
Расписание предметов в этом триместре у нас почти полностью совпадает с Мэттью, в их число входят наши «любимые» математика и естественная наука. Ни в одном, ни в другом мы не блистаем, но очень стараемся. За последний тест миссис Кларк нам поставила по «B». Мэттью после урока выбежал в коридор, размахивая листком, и выкрикнул на всю школу: «Да, детка, я трахнул эту математику!»
После друга вызвали в кабинет директора, провести разъяснительную работу о запрете на использование бранных слов в стенах храма науки, но это совершенно не омрачило безудержную радость Мэтта. Он выскочил из кабинета и, не обратив никакого внимания на наши с Эшли обеспокоенные лица, крепко зажал нас в объятьях.
– Девчонки, мы обязаны это отметить! – заявил он, задрав голову к потолку, и расплылся в своем удовлетворении. – С меня канадский глоток!
Мы с Эшли переглянулись и синхронно залились смехом от эмоций друга. После одобрительно кивнули и дружной компанией направились за обещанными коктейлями к Джасперу в магазин.
Если опираться на выкрикнутую фразу Мэттью, то сегодня они с математикой поменялись местами.
В те субботу и воскресенье мы сидели у Мэтта и решали задачи, чтобы хоть как-то разобраться. Эту неделю, поверив в себя после последнего теста, решили отдохнуть, и, видимо, рано поддались волне внезапного успеха…
Небесная пелена уплотнилась и приняла более темный графитовый оттенок. Соседские домишки из-за освещения потеряли былую яркость, а некоторые вовсе скрылись в листве деревьев, казавшейся днем насыщенно-изумрудной. Сейчас же кроны цвета, близкого к болотному, дрожа на ветру, таинственно шелестели. Кто-то в борьбе с приближающимися сумерками зажигал фонари на крыльце и светильники в комнатах. Моя семья оказалась в их числе, и я, завидев свой дом в десятке ярдов, нехотя брела по улице, словно на свечение маяка. Понимая, что меня ждет на том маяке – коробка Сэма и неприятный разговор с родителями – я всячески пыталась замедлить шаг, вглядываясь в пейзаж и прокручивая сегодняшний день.
Джаспер посоветовал окончательно избавиться от Оливера радикальным методом – очистить телефон от совместных фотографий и заблокировать его во всех социальных сетях. Друг утверждал, что в таком случае у меня не будет соблазна прочитать или ответить на новое сообщение, тем самым снова себя распалить, цепляясь за прошлое и надеясь на иллюзорное будущее. Еще Джаспер чуть ли не в приказном тоне настаивал на моем присутствии на пятничной вечеринке у него дома, якобы я живу в сувенирном стеклянном шаре со Статуей Свободы, который наконец треснул, и предстоящая тусовка – повод доломать его. В последнем Джас был прав, и сегодняшнее знакомство с соло-гитаристом Venture вскрыло мою полную отрешенность от окружающего мира. Мне до сих пор немного стыдно за то, что я не обращала никакого внимания на людей, делящих со мной сцену и закулисье.
А вот с первым я не могла полностью согласиться. Отношения с Сэмом – это полтора года моей жизни, полтора года воспоминаний, полтора года эмоций, которые просто надо взять и вырвать, как лист из тетради. А может, эти полтора года и есть вся моя тетрадь, что тогда?
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.