Глава 2. Слишком эклектичные комментарии
В субботу неделю спустя, после ночи, посвященной интервью с журналистом из будущего, Саша проснулась почти свински поздно. В телефоне не было никаких уведомлений, Оля ушла на пары, в окно лилось февральское солнце, а небо выглядело синим-синим. Идеальное утро – поваляться в кровати, потом выпить кофе и позавтракать сырниками с курагой. Но чтобы обеспечить подобный завтрак в коридорной общаге, нужно собрать ингредиенты, отправиться на кухню, найти исправную плиту и пожарить сырники на виду всего этажа. Саша потянулась, закрыла глаза и спряталась обратно под одеяло.
Не сегодня. И не завтра. И наверное, даже не в выходные, а просто когда-нибудь. Когда-нибудь дома.
Воспоминание о доме кольнуло, и Саша побыстрее переключила мысли на другое. Скользнула глазами по пустой комнате: как всегда, полный бардак в вещах Оли, идеальный порядок на кровати, столе и тумбочке Ануш и нечто среднее – у самой Саши. Ануш уехала домой до следующей недели, Оля, скорее всего, вернется вечером, так что комната была в полном Сашином распоряжении. Она выбралась из кровати, включила чайник, натянула домашние штаны и, взяв полотенце и щетку, отправилась умываться.
В умывалке тоже было солнечно. Свет, отражаясь от кафеля, слепил глаза. Саша почистила зубы, по привычке не глядя на себя в зеркало, но, вытираясь полотенцем, все-таки бросила взгляд и поймала отражение. Какой ужас!
Лохматая, в перекошенной футболке, с опухшими после сна глазами и следами от подушки на щеке. Голову не мешало бы помыть, да и почистить скрабом лицо тоже: на переносице чешуйки, на подбородке – какая-то шелуха… Саша скривилась и уткнулась лицом в полотенце. Тут же дернулась и убрала его, вспомнив, как Коля рассказывал про прыщи, которые могут появляться от грязных полотенец и салфеток. Он вообще настаивал на том, что полотенца нужно менять каждый день, не веря, что в условиях общаги это нереально. Ну, реально, конечно, но… Но нет. Саша не готова заморачиваться до такой степени. Не готова намыливать руки по тридцать секунд, пить не больше одной чашки кофе в два дня и читать исключительно проверенную временем литературу в угоду чужим представлениям о мире – пусть они и правильнее, чем ее собственные. Не готова и не будет. Потому что никакого Коли в ее жизни больше нет, в памяти остались только комплексы и его нравоучения – но и их скоро не станет.
Саша еще раз умылась и, глядя, как вода утекает в замусоренный слив, решила: пусть ее воспоминания о Коле утекут туда же. В слив. Навсегда. Вместе со всеми мыслями, сожалениями и страхами.
По пути в комнату Саша заглянула на кухню и вытянула из холодильника втиснутую между стенкой и кастрюлей упаковку с вафлями. Она купила их сто лет назад; пленка надорвалась, и краешек вафли слегка размок. Спрятаны вафли были на мрачный день, чтобы съесть сладкого, когда на душе станет совсем грустно. Если раскинуть мозгами, за последние месяцы Саша вообще довольно редко ела сладкое. И в принципе, это пошло только на пользу… наверное. Но сегодня, несмотря на то что день был не мрачным, а, наоборот, очень даже солнечным, Саша решила, что вафли – самое то. Заткнув внутренний голос и мысленно показав Коле фигу, она разорвала упаковку по пути в комнату и с вожделением вдохнула сладковатый запах вареной сгущенки, которой были пропитаны тонкие вафельные слои.
В комнате уже вскипел чайник. Саша налила кофе (теплый, крепкий, совершенно ужасный, восхитительно прекрасный самый дешевый растворимый кофе!), устроилась за столом, надкусила вафлю… В голове словно вспыхнул фейерверк. Ну какая там «Контрсталия», какие «Фатум», сулугуни в миндальной корочке и сырная тарелка! Кофе с вафлями из «Ашана» – вот самый пьянящий аперитив на свете.
Сначала Саша откусывала вафлю маленькими кусочками и пила кофе мелкими глотками, но потом вспомнила: она же одна. Не перед кем притворяться леди. Как хорошо-то. Как, оказывается, хорошо! Саша забралась обратно в кровать, поставила кофе на край стола, чтобы легко было дотянуться, а пачку с вафлями положила прямо на одеяло. Коля был бы в ужасе от такой картины. Но Коли здесь нет. И хватит уже о нем!
Саша улыбнулась, с удовольствием доела вафли и допила кофе. Оглянулась, думая, чем бы заняться. Можно порисовать и закончить хоть что-то из начатого – она давно не выкладывала в группу ничего, кроме скетчей, пора порадовать подписчиков. Можно все-таки выползти на кухню и сварить гречку или приготовить котлеты – что-нибудь на несколько дней вперед, чтобы не заботиться о еде на неделе. Можно пойти погулять – Саша даже через окно почти слышала, как похрустывает, искрясь, снег, как морозно и зябко пахнет, совсем как в детстве, – или просто поваляться до самого обеда в кровати. Можно взяться за домашку, но та-а-а-к не хочется…
Саша удивлялась сама себе: бодрости, покою, веселому настроению. Много раз, когда она думала, что порвет с Колей, ей казалось, что после будет страшно и пусто – если не всю жизнь, то, по крайней мере, очень, очень долго. И вчера, до встречи с Ариной, до клуба все было именно так. Внутри плескалась темная речка, отовсюду дул ветер, Саша чувствовала себя пустой и продрогшей. В ней не было тепла; не было ничего, за что ее можно было бы ценить, любить, просто воспринимать как человека. Просто оболочка. Фон. Ничто – или, с большой натяжкой, нечто. И Саша удивлялась, удивлялась и радовалась, что сейчас все совсем по-другому. Как же меняется жизнь, если продолжать ее жить. Как же быстро, как стремительно может поменяться все.
Она снова выбралась из кровати, но вместо того, чтобы пойти погулять, порисовать или заняться учебой, смахнула со стола крошки и вытерла кофейные капли, оделась – уже нормально: в джинсы, свежую футболку и кардиган, – собрала волосы в хвост и села за ноутбук.
Друзья, у меня очень классная новость. Вернее, классная она пока только наполовину, но вторая половина зависит уже не от меня. Я все-таки собрала документы и характеристику, выполнила тестовое задание и отправила заявку на стажировку в «Эклектику».
Саша задумалась, затегать ли паблик «Эклектики». Решила, что пока это будет слишком самонадеянно – как будто она хочет выпятиться, мелькнуть перед ними лишний раз. Тегать не стала.
Кто следит за моей группой давно, тот знает, что я пробую попасть туда уже не первый раз. В предыдущие два года я не проходила отбор, но в этом году не оставила тестовое задание на последний вечер, а работала над ним больше двух месяцев. Кроме того, мне удалось раздобыть в деканате довольно приятную характеристику, хотя…
Что – «хотя»? Хотя мне пришлось высидеть два часа перед кабинетом декана, а потом упрашивать его дать мне эту чертову характеристику, когда он спешил в столовую? Хотя мне кажется, что там написаны совершенно банальные фразы, которые можно отнести практически к любому студенту? Хотя я снова не отважилась попросить характеристику у кого-то более адекватного и авторитетного, чем декан факультета? Хотя я совершенно не уверена, что этих фраз о студентке Терновой А.Л. хватит, чтобы хоть как-то заинтересовать редакцию?
Все это было правдой, но, само собой, Саша не стала писать ничего подобного.
Кроме того, мне удалось раздобыть в деканате довольно приятную характеристику, хотя это, конечно, не гарантирует, что меня возьмут. Правда, в этот раз я оформила все как следует, чтобы не погореть на криво заполненном титульном листе, как случилось в прошлом году.
О да. Это было эпично. Саша вспомнила, как проплакала тогда до вечера и с отчаянной досадой думала об ошибке еще неделю.
В качестве темы тестового задания я выбрала экологию. По сути, это часть моей курсовой, посвященной экологической журналистике в современном мире. Тестовое задание для «Эклектики» как раз помогло мне взяться за дело и максимально тщательно проработать один из пунктов курсовой. Я даже побывала на мусороперерабатывающем заводе (сделала там кое-какие наброски, выложу их, как только доведу до ума) и обязательно расскажу о своих путешествиях подробней. Но пока – пока мне просто очень радостно, что, несмотря ни на что, я все-таки собралась и сделала это.
«„Несмотря ни на что“ – это, например, на что?» – задумалась Саша. Потом ответила сама себе: несмотря на то, что с Колей все шло вкривь и вкось. Несмотря на то, что мама продолжает упрашивать завязать с журналистикой и вернуться в Кавенецк. Несмотря на то, что у Саши долги по половине предметов, прыщи, мешки под глазами и полное отвращение к мужчинам после того, как она слетела со стипендии из-за престарелого похотливого козла.
Саша разъяснила все это себе – но, разумеется, не подписчикам. Для них она все-таки прикрепила те самые скетчи с завода: рисунки сортировочных автоматов с руками, которыми те перебирают мусор, с глазами, которыми определяют, что тут вторсырье, а что можно отправить в компост, и с хвостами, которыми они щелкают по лбу тех, кто покупает кофе в одноразовых стаканчиках да еще и берет крышку.
Для меня это шаг к дисциплине, уверенности и осознанию того, что я делаю все от меня зависящее, учусь полагаться на судьбу без лишних вопросов, сомнений и самокопаний. А еще, конечно, для меня это шаг к мечте. «Эклектика» – это то место, где я не просто хотела бы стартовать как журналист и медийщик. Это команда, в которой я хотела бы учиться, расти, развиваться, проживать свою профессиональную и человеческую жизнь.
Саша пробежала глазами написанное, вдохнула, выдохнула и закончила:
Как говорится, feci quod potui, faciant meliora potentes. Я сделал что мог; кто может, пусть сделает лучше.
Повторяя про себя эту латинскую фразу, она закрыла ноутбук, посидела с минуту, глядя на отражение веток в глянцевой красной крышке, улыбнулась и встала из-за стола. В животе заурчало; вот теперь уже точно самое время что-нибудь приготовить.
Хорошее настроение держалось почти до вечера. Но потом пришло письмо из деканата насчет прогулов по физкультуре; затем – результаты теста по английскому; после мама скинула какую-то дичь – очередную статью, как журналистку подкараулили за гаражами, избили и облили кислотой. Саша закрыла статью, не дочитав. Просить не присылать такие тексты было бесполезно. Иногда на маму мог повлиять папа, но, к сожалению, он был рядом не всегда. Когда папа уезжал по работе в Питер, мама, видимо, принималась сходить с ума от одиночества и бомбардировала Сашу наставлениями, просьбами быть аккуратней и жуткими статьями о том, что случается с теми, кто ищет правды.
Саша против воли думала об этой статье – про кислоту – и не заметила, как пригорел рис. Затем обнаружилось, что из морозилки пропала ее пачка фарша, потом отвалилась ручка у сковородки. Ручка держалась на соплях еще с сентября, но все равно было обидно, а еще это значило, что придется тратиться на новую сковороду – а Саша в этом месяце и так перевалила за лимит трат, устроив этот дурацкий вечер в клубе вместе с Ариной. Зачем вообще она туда потащилась? При воспоминании о коктейлях во рту до сих пор чувствовался неприятный привкус, а то, что неделю назад казалось таким естественным и верным, теперь выглядело как минимум сомнительным.
Легкость ушла. Спокойствие тоже. Возвращались тоска и пустота. Саша сидела на кровати в сумрачной комнате, глядя, как за стеклом скрывается среди голых деревьев солнце. Обхватив себя руками, она тихонько раскачивалась; кровать скрипела. В комнате было душно, Саша открыла окно, и с улицы потянуло свежестью и прохладой. Тогда она решила, что, может быть, стоит прогуляться, чтобы разогнать хандру. Накинула толстовку, надела куртку, зашнуровала ботинки, разогнулась и вновь встретилась глазами со своим отражением в зеркале на двери.
Было ли виновато освещение, настроение или что-то еще – а может, виновата была сама Саша, – но в этот миг, в полутемной и пыльной комнате, она показалась себе еще более жуткой, чем утром. Неприятной, почти уродливой, какой не казалась еще никогда. Серые темные полукружия под глазами, спутанные, уныло повисшие волосы. Тусклый взгляд и россыпь черных точек на носу. Какие-то борозды на лбу – папа говорит, это оттого, что она постоянно хмурит брови.
Саша оглядела себя полностью. Покрасневшие худые запястья – сухие, сколько ни мажь кремом. Заусеницы на пальцах, криво подстриженные ногти. Живот и бока. Не критично, но как хотелось бы быть стройнее… Заляпанные грязью брюки, старые ботинки, толстовка, выглядевшая такой дешевой, куртка с дырой в кармане…
Саша зажмурилась, выскочила из комнаты, захлопнула дверь и повернула ключ. На ходу застегивая куртку, побежала к лестнице и вышла на улицу – в февральские сумерки, в шум машин, людской гул, в движение и жизнь. Она была такой маленькой в этом районе, во всей огромной Москве; пешкой в хаосе жизни. Но на улице, в отличие от пустой комнаты, она хотя бы была – наравне с другими людьми, спешащими или медлящими. Она была одной из них – незаметной и неразличимой, ничем не выделяющейся из толпы. Отчего-то Сашу успокоила эта мысль, ощущение песчинки, пульсирующей в общем ритме. Она сунула руки в карманы и через пустырь перед общежитием двинулась к заброшенному парку, за которым начинались гаражи, среди которых она так любила бродить.
Стоя на светофоре, Саша проверила уведомления и увидела тридцать лайков к посту про «Эклектику». Подумала: все-таки надо было затегать паблик. Усмехнулась. Ничего-ничего. Вот пройдет на стажировку – и затегает.
Пройду. Обязательно пройду. А не сложится – так пройду в следующем году.
Она подняла голову навстречу ветру. Он разметал волосы и как будто выдул лишние мысли. Саша ускорила шаг, пружинисто ступая, почти побежала знакомой дорогой – через двор многоэтажки, потом в арку, затем через сквер с голыми кустами сирени, вперед и вниз.
В конце концов, если не выйдет с журналистикой – будет рисовать на заказ. Невесть какое искусство, но хотя бы деньги. Тем более в группе такие хорошие отзывы иногда на ее скетчи, бывают даже репосты. Надо зарегистрироваться на какой-нибудь бирже, выложить работы. И может быть, уже сейчас начать искать заказы, собирать отзывы и портфолио.
А если пройдет в «Эклектику» – тем лучше! И вообще, журналистику вполне можно совмещать с рисованием. Говорят, в «Эклектике» сумасшедшие нагрузки у стажеров – ну и что. Саша и сама не знала, откуда в ней эта железобетонная уверенность в том, что она справится. Дайте только устроиться – а уж дальше я развернусь…
Добравшись до крайнего гаража, Саша снова заглянула в свою группу. Ого! Вот и комментарий. И еще какой!
Александра, спасибо за ваше творчество. Мне кажется, на самом деле ваши иллюстрации очень многослойны, в каждой можно найти сразу несколько смыслов. И конечно, эти сортировочные машины прекрасны. Спасибо, что таким оригинальным образом заставляете задуматься о серьезных вещах.
Вот! Вот! Именно так! Именно этого она и хочет добиться – неважно, журналистикой или рисунками.
Да пошел этот Коля. Да плевать на внешность.
Автор комментария прислал и личное сообщение:
Александра, спасибо еще раз за вашу иллюстрацию к работе, которую вы отправили на отбор в «Эклектику». С вашего позволения, я покажу иллюстрацию коллегам. У нас есть несколько человек, интересующихся экологией, и, возможно, они смогут использовать ваши рисунки в целях привлечения внимания. Вы так глубоко погружены в тему, вы так искренне делитесь своими мыслями – это бесценно.
Саша не смогла сдержать улыбки. Набрала в ответ:
Спасибо! Мне очень приятны ваши слова, и я буду очень рада, если мой рисунок послужит хорошему делу:).
Отправила. Автор комментария с забавным ником Sir_Kir попросился в друзья, и Саша добавила, а потом убрала телефон и, пританцовывая, пошла вдоль гаражей – в ожидании, когда вспыхнут фонари. Ей нравилось ловить этот момент. В целом где угодно, но здесь, в тихом тупике за железными стенами, – особенно.
Фонари вспыхнули. Саша увидела свою тень на стене. Склонила голову. Прядь, выскочившая из хвоста, качнулась в круге света почти изящно. Саша сунула руку в карман, достала телефон и открыла «Переиграй».
Двадцать девять сообщений. Почти четыреста лайков. И тьма стикеров – сердечек, цветочков и поцелуев. Что-то внутри поднялось, вспыхнуло и окатило тревожным холодком предвкушения пополам со страхом. Саша закусила губу и открыла сообщения. Прислонилась к стене гаража; сквозь куртку ощутила влажный металлический холод. Принялась листать, чувствуя, как разгораются щеки.
Алекс, фото потрясающее. Как насчет интересненько провести время?
Как здорово, когда девушка выглядит так естественно, когда она прекрасна естественной красотой. Чистота и гармония – большая редкость сегодня.
Секси.
Ты просто огонь.
Ищу кого-то для приятного времяпрепровождения без обязательств.
Привет, шикотушка! Представляю, как мы двигаемся в одном ритме.
Распечатал твое фото и положил на подушку. Хочешь попробовать немного безудержного веселья вместе, м-м?
Ты горячая и опасная, Саша.
Твои скулы и колени обворожительны. Эти округлые формы словно плавная теплая дорога в неведомое. Тропинка к приключениям и разврату.
Ты выглядишь так, будто создана для удовольствия. Хочу быть тем, кто сделает тебя счастливой.
Саша, все сильнее хмурясь, перешла на главную страницу и, подозревая подвох, перечитала информацию о приложении.
«Переиграй». Приложение для быстрых знакомств и долгих историй.
Да, все так. Но вот того, что она прочла дальше, неделю назад, кажется, не было… Или было?
Не время для скучных разговоров и нудных свиданий. Вступай в чаты, обменивайся фото и сообщениями, находи тех, кто разделяет твои фантазии и готов воплотить их в жизнь.
Что? Этого точно не было!
«Переиграй» – место, где ты отыщешь единомышленников, готовых к безудержному веселью и незабываемым приключениям без обязательств.
Приключения без обязательств. Я убью Арину!
Создай профиль, загрузи фото и заполни анкету, чтобы показать, кто ты на самом деле. Наш алгоритм найдет идеального партнера с учетом твоих предпочтений, фетишей и интересов.
Фетиши?! О чем она думала, когда регистрировалась?!
Присоединяйся и открывай мир возможностей и удовольствий. Твоя незабываемая встреча уже ждет в «Переиграй»!
Саша покачала головой, словно пытаясь вытрясти то, что прочитала в описании и сообщениях. Первым порывом было отшвырнуть телефон. Щеки горели, тряслись руки. Она свернула приложение, вытерла экран рукавом и набрала Арину. Та взяла почти сразу – в трубке слышался шум, рев мотора и смех, будто подруга ехала в веселой компании.
– Арина! Что за бредовое «Переиграй»? Там сумасшедшие мутные мужики какие-то!
– Эй, эй, спокойнее. Какое еще «Переиграй»?
– Приложение! – нервно и чересчур громко воскликнула Саша, с неприязнью чувствуя, как телефон, в котором только что было все это, касается лица. – Где ты заставила меня зарегистрироваться!
– Я тебя нигде не заставляла регистрироваться, Саш. Ты чего?
– На днях! В клубе!
– А-а-а, ты про то. Не парься. По-моему, обычное приложение типа «Тиндера», только повеселей.
– Ты бы видела, что мне там понаписали!
– Да ладно тебе. Не принимай близко к сердцу.
– Ты просто не видела!
В трубке раздался взрыв хохота, где-то рядом зазвенела сигнализация. Саша оглянулась и быстро пошла прочь от гаражей.
– А что там тебе написали? – с любопытством хихикнула Арина.
– Про фетиши… Про мою фотографию… Какие-то странные комплименты, очень сомнительные, я бы сказала…
– Так мы ведь этого и хотели, разве нет? Повысить твою самооценку.
– Арин, там не самооценка! Там явное заигрывание, пошлости, всякое такое!
Арина вздохнула. Шум в трубке стих, и подруга спросила куда более серьезным тоном:
– Саш, с тобой все в порядке? По голосу – так ты там чуть ли не истеришь. Ты где вообще? Тебе опять Коля писал? Он что, рядом?
– Да нет его тут! – выкрикнула Саша, минуя проулок и взбираясь по крутой лестнице к жилым домам. Многоэтажки нависали, вспыхивая окнами, дыхание сбивалось.
– Успокойся, пожалуйста. Это просто приложение. Да, во всех таких штуках встречаются неадекваты, но ведь там и нормальные комменты есть, так?
– Так, – выдохнула Саша, скользя ладонью по ржавым перилам с облупившейся краской.
– Вот и прекрасно. Саш, ты роскошная девушка, пожалуйста, не надо загоняться. Хватит быть такой моралисткой. Чуток раскованности – это ровно то, что тебе доктор прописал.
– Арина!
– Да успокойся ты, – велела Арина. – Успокойся.
Саша пересекла пустырь. У лавочек толпились общажники с другого потока, она машинально кивнула им и понизила голос:
– Я хочу удалить профиль.
Арина тяжело протяжно вздохнула, и Саша почти увидела, как подруга закатывает глаза. Против воли нервно усмехнулась.
– Как знаешь, Саш. Дело твое. Но я бы на твоем месте, – Арина хихикнула, – оставила еще на пару дней. Просто почитать комментарии. Согласись, там проскакивает то, от чего становится приятней смотреться в зеркало.
– Ты что, тоже зарегалась?
– А то!
Прокручивая в голове комментарии в «Переиграй» и слова Арины, Саша не заметила, как оказалась в общаге. Очнулась, обнаружив себя в темной комнате. Оля до сих пор не вернулась, в комнате было душно и тревожно. Телефон жег карман. Саша достала его, проверила почту, надеясь на ответ от «Эклектики». Ответа не было, писем вообще не было никаких. Тогда она проверила группу – несколько лайков и скромный комментарий-стикер.
Убрала телефон. Попыталась сосредоточиться на парке за окном и на плане курсовой. Тщетно. Плюнула и снова открыла «Переиграй».
Ты воплощение спокойной красоты и тихого очарования.
Красотка-фея, ищешь что-то конкретное или открыта экспериментам?
Если ждешь реальных ощущений – это ко мне.
Мне кажется, у нас много общего. Давай познакомимся. Посмотрим, что будет дальше.
Привет, девуля! А ты знаешь, как выглядеть привлекательно!
Не хочу упускать возможность познакомиться с такой музой. Как насчет встречи – для начала виртуальной?
Саша не ответила никому, но решила все же не удалять аккаунт еще какое-то время. Может быть, до утра. Или до завтрашнего вечера. Максимум – день-два, и хватит.
