Птицы на проводе

Повесть «Птицы на проводе»

Часть 1. 1

– Давай немного быстрее, опаздываем же! – крикнула Оля и пробежала первая через турникет, не оглядываясь. Такая у нее привычка – никогда не оглядываться.

Я никак не мог найти билет в кармане, снова и снова выворачивал содержимое наизнанку. Оля запрыгнула в вагон, машинист пробубнил следующую остановку…и о, чудо – билет наконец-то вынырнул из кармана.

Протиснувшись сквозь толпу, запрыгнул в вагон и начал искать глазами Олю.

– Артём! – она помахала мне рукой и показала на место рядом, приглашая сесть около нее.

Оля прислонилась головой к моему плечу и закрыла глаза. Я тоже попытался уснуть, но в вагоне было душно, словно в парилке. Электричка готова была расплавиться. Решив открыть окно напротив, привстал с сиденья, чуть отодвинув Олю, и встретился глазами с девушкой, заходившей в вагон из тамбура. «Еще одна опоздунья», – посмеялся я про себя и протянул руки к окну. Форточка с легкостью поддалась мне, впустив в вагон свежий морозный воздух.

Девушка остановилась напротив нас и смотрела по сторонам в поисках свободного места. Мне стало неловко перед ней, и я, взглянув на Олю, сделал вид, что не заметил недовольную гримасу на ее лице, – уступил опоздунье место.

Прежде чем сесть, девушка сняла с себя пуховик и поддеву к нему. «Хм, не один я ношу поддевы», – отчего-то обрадовался я. Девушка все больше захватывала мое внимание.

Она постоянно поправляла сбившуюся на бок длинную челку, убирала ее подальше за ухо. Ее жесты были робкими и слегка встревоженными, мне показалось, что она чем–то огорчена.

Усевшись, она достала ноутбук из красивого кожаного рюкзачка и принялась за работу в WORDe. Я отметил, что у нее прекрасные длинные пальцы: один из них украшен небольшим шрамом, а еще один зажат обручальным кольцом. Именно «зажат», такое сравнение показалось мне более подходящим. Девушка никак не выходила из моих мыслей, и я начал рассматривать узор замерзшего стекла, чтобы не думать о ней. Вскоре мы подъехали к конечной станции.

Оля молча вышла из вагона на ледяную платформу, даже не надев шапку и перчатки. Я шел следом, пытаясь не упустить из вида попутчицу в поддеве.

– Пока! – Оля, посмотрела на меня как–то странно и отрешенно, – до вечера!

Я махнул Оле на прощанье ладонью, и тут же забыл о ней, увидев, как недавняя попутчица пробирается к турникетам в город.

Обычно я спускаюсь сразу в метро, но сегодня последовал за незнакомкой по улице.

Догнал ее у здания вокзала, и не придумав ничего лучше, пошел рядом. Наши шаги измеряли расстояние до метро в унисон, словно мы давно и близко знакомы.

Вскоре она заметила меня и улыбнулась.

– Привет! – услышал я свой голос…

2

Спешка. Бежим. И так каждое утро. Как в комедии с неудачным сценарием актеры вынуждены играть роли клоунов, глупых и рассеянных, бегающих по кругу под музыку из «Бенни Хилла». Кричу, не оборачиваясь:

– Давай немного быстрее, опаздываем же!

Запрыгиваю в вагон, занимаю сразу два свободных места, не теряя надежды поспать в дороге.

Артём появился из тамбура, когда электричка тронулась с места. Стандартно и ожидаемо. После бессонной ночи глаза слипаются, хочется поскорее их закрыть. Артём наконец-то пробирается ко мне, и веки, словно пудовые гири, отпускаются вниз.

И тут же поднимаются вновь.

Артём решил приоткрыть окно, привстал с места. Замечаю, что он переглядывается с милой блондинкой, вошедшей в вагон. «Началось» – словно пчелиное жало вонзается в голову мысль, уголки губ ползут вниз, сердце скручивается в узелок и становится каменным.

«Спокойствие, Оля, только спокойствие», – говорит во мне кто-то голосом уставшего Карлсона…но поздно – Артем уже уступил блондинке место.

Закончив церемонию со снятием модного пуховика с поддевой, блонди достала ноутбук и принялась за работу.

Годы научили меня, что в человеке в первую очередь нужно смотреть не на одежду. На руки. Артемка, кстати, перенял мою привычку. Вот и сейчас я перехватила его взгляд на её руках. Длинные острые пальцы, словно крючки, изогнулись над клавиатурой, цепляя буквы. Шрам на мизинце, выступающие вены, костлявые запястья.

Я посмотрела в ее огромные зеленоватые глаза и отвернулась. Блонди явно не та, за кого себя выдаёт.

Оставшуюся четверть часа мы ехали молча.

Вскоре электричка дернулась в последних конвульсиях и двери раскрылись. Мне хотелось на воздух. Я задыхалась. Забыв про шапку и перчатки, с немой толпой выплеснулась наружу.

Пронизывающий февральский ветер привёл меня в чувства, я снова могла говорить:

– Пока, до вечера! – попрощалась я с Артемом, но он не услышал меня. Его внимание было сосредоточено на блондинке из вагона.

Ничего. Нужно бежать дальше. Я отвернулась, устремившись в метро.

Мне сегодня предстоит изучить ещё десяток рук. Посмотреть в десяток глаз. И лишь одному из пятерых откликнувшихся, я скажу: «Да».

Коллеги называют меня «Сканер», часто просят поделиться секретом моего успеха – ведь я не ошиблась ещё ни разу.

Таких как я единицы, мы сразу чувствуем друг друга. Мы родились «сканерами». Нам достаточно посмотреть другому человеку в глаза или подержать за руку – и в нас, как с флешек в компьютер, загружается информация о нем – вся его сущность…

3

– Привет! – Надя смотрела на меня из-под очков, – Что случилось?

Видимо мой растрепанный вид говорил сам за себя.

– Все отлично, детка! – подмигнула я ей и закрыла дверь.

Хотя кого я обманываю? Блонди и Артём не выходили из моей головы. Неужели он отправится за ней следом и пригласит на обед? Как бывало уже не раз. И все-таки, больше всего мне не давала покоя та информация, которую я считала из ее глаз. Артем должен знать о ней правду.

Я бежала от них по переходам метро, бежала по лестнице в офис, а теперь забежала в кабинет и должна думать о работе.

Сегодня мой «сканер» определит нового начальника нашего небольшого коллектива.

Агентство у нас специфическое: мы ищем кадры для транспортировки оружия, секретных документов, и прочих особо важных грузов. Наша компания ежегодно выигрывает государственные тендеры, поэтому мы обязаны соблюдать очень жесткие правила к персоналу.

Требования к фельдъегерям, или попросту говоря – военным курьерам, перевозящим груз, как к космонавтам. Три этапа собеседований, анкеты, тесты, запрос рекомендаций, и прочие важные условия способны пройти не все желающие… Но все эти способы ничто по сравнению с моим личным «сканером», встроенным в мои руки и глаза с самого рождения. Именно поэтому мне нравится работать здесь. Здесь я чувствую себя на своем месте. Здесь мои способности направлены в нужное русло. Отбирая надежных сотрудников, я чувствую, что нужна этому миру, мои способности не пропадают даром, а наоборот приносят пользу.

Я налила кофе в кружку, разложила на столе перед собой резюме, пытаясь угадать характер их владельцев по фото. Это было одним из любимых моих занятий – некая медитация и элемент игры: совпадет ли первое впечатление с настоящей сущностью человека?

Первым в дверь постучался невысокий крепыш – ладонями, размером с футбольный мяч. Несоответствие длины рук с ростом делало его похожим на гориллу.

– Добрый день! – голос у мужчины сильный, уверенный, чувствуется стержень.

Что ж, сейчас проверим насколько он прочный.

– Добрый день! – улыбаюсь я, и протягиваю свою крошечную ладонь навстречу двум мячам.

Иван, так звали мужчину, обхватил мою кисть двумя своими, затряс ими в воздухе. Секунда и… Пусто. Ничего. Не срезонировали. От моих ладоней прошёл холодок, коснулся кончика носа, слегка пощекотав его изнутри, перепрыгнул обратно к собеседнику… и интерес к нему тут же угас. Иван обладал низкой энергией, любил алкоголь, покуражиться в казино, красивых доступных женщин, часто предавал и подставлял людей. Внешность оказалась обманчива.

Жаль, что я не умею видеть это по фото. Я на секунду прикрыла глаза, отгоняя от себя всплывающие картинки из жизни Ивана. Мне ни к чему сейчас тратить энергию напрасно, на очереди еще четверо кандидатов.

Попрощавшись с Иваном, я села обратно за стол допить остывший кофе. Перед глазами тут же возникла следующая анкета кандидата. Борис. Похож на Джорджа Клуни. Высокий, темноволосый брюнет, большие смеющиеся глаза. Фото сделано дорогой аппаратурой, костюм элитного бренда, руки в карманах… что-то в нем есть. Обычно такие мужчины называют себя альфа-самцами и любят во всем быть первыми.

Внезапно, без предварительного стука, дверь распахнулась, и из неё, словно материализовавшись с фотографии, появился Борис. Руки он держал в карманах так же, как и на фото, при этом пристально глядел в мои глаза. Его карий взгляд моментально захватил меня в плен. Я почувствовала будто не я, а он сейчас будет меня собеседовать. Его уверенность граничила с дерзостью.

Не моргая, он наблюдал за моей реакцией, видимо знал, какое впечатление производит на женщин.

Не в силах больше продолжать игру в гляделки, я кашлянула и протянула руку:

– Оля.

Ладонь Бориса накрыла мою.

Кабинет превратился в бескрайнее небо, не видно ни земли, ни горизонта. Я лечу вниз, словно прыгаю с парашютом… вот только не помню, как его раскрыть.

4

«Мила…милая Мила!», – повторял я про себя, глядя в застывший монитор.

Огромные, чуть раскосые, зеленоватые глаза Милы появились передо мной, стоило лишь прикрыть веки. И тут же растворились – возник строгий образ Оли: она укоризненно смотрела на меня, закусив губу.

Я не мог сосредоточиться на работе, уже несколько часов подряд.

Вновь и вновь мысленно прокручивал, словно кинопленку, наше утреннее знакомство с Милой.

Первое что она сказала мне: «Вообще-то, я замужем».

Палец с кольцом, словно острый меч, мелькнул перед моим лицом, защищая свою девичью честь. Тем не менее, это не помешало нам пообщаться и прогуляться до метро. В обмен на ее номер телефона, я обещал не тревожить её по вечерам звонками и сообщениями. Теперь же факт обладания заветным номером не выходил из моих мыслей. Что делать дальше?

Я схватил со стола исписанный лист бумаги, скомкал его и швырнул в стену. Ещё не вечер!

«Проверка связи», – пискнул телефон, сообщение белокурому абоненту было доставлено.

Я отложил его в сторону, встал с кресла, отодвинул жалюзи и начал смотреть, как рабочие разгребают снег во дворе. Февраль почти закончился, но не было даже намека на приближение весны. Ожидание ответа меня утомляло так же, как и нескончаемый снег, лежащий на пути у дворников.

Телефон вновь завибрировал, я пересек кабинет в два шага и схватил его со стола.

Ответила. «Смайлик!».

«Может быть, поужинаем вечером?», – наглею я и замираю в ожидании.

«У меня есть полчаса, после 18», – Мила дарила мне надежду на встречу.

«Это значит – да?», – все еще не верю я своему счастью.

«Да».

Меня переполняли радостные эмоции, словно юного школьника, получившего любовную записку на перемене: хотелось смотреть на нашу переписку бесконечно.

Довольный собой, я сел за стол, придвинул ноутбук ближе, чтобы наконец-то проверить почту. Очередное ежедневное письмо от Оли. Она всегда пишет мне утром, практически в одно и то же время. Механически читаю его. Мои просьбы не писать на рабочую почту, остаются без внимания. Не люблю, когда семейные отношения смешивают с работой. Но Оля верна своим привычкам как никто другой. Ежедневно, один и тот же вопрос в письме.

Мы женаты почти десять лет, неужели она ждёт, что на вопрос как я доехал, я скажу ей что-то новое?

«На метро», – пишу я ей в ответ и удаляю переписку.

Спустя несколько минут раздается звонок телефона. Она. Оля всегда чувствует, что что-то не так. Что я ей скажу? Она все равно узнает.

– Артём, я почти освободилась, встретимся через час у вокзала? – мне показалось, что её голос дрожал.

– Извини, сегодня очень много работы, не жди меня, буду поздно. Ты в порядке? – я проговорил все скороговоркой, боясь, что она разоблачит мою ложь. Хотя ее способности не распространялись на таком большом расстоянии.

– Да. Хорошо.

Она положила трубку, а я ещё долго смотрел на свой мобильный. С экрана мне махала рукой улыбающаяся Оля. Здесь ей восемнадцать, и я люблю её до безумия.

«Пора сменить это фото», – подумал я и вышел из кабинета.