Глава 3. Полная Луна
Вечером того дня Клод играл с Клэр в «Слова». Почему-то у него получились слова «выбор», «сон», «измена» и сейчас он бился над словом «ожидание»: у него были все подходящие буквы, но разместить слово среди других не удавалось.
– О чём ты думаешь, пап? – спросила Клэр. – Ставь скорее своё слово! Только так, чтобы я потом смогла поставить своё слово «труба».
– А если не сможешь? Я вот тоже такое хорошее длинное слово составил, а поставить его некуда.
– Какое слово? Покажи свои буквы.
– Вот посмотри, – и Клод развернул к ней квадратики с буквами.
Клэр с минуту всматривалась в буквы Клода и в слова, уже выложенные на столе.
– Так оно хорошо ставится, вот сюда, – указала она пальцем. – К слову «дом».
– Ага, а ты видишь над ним твой «клан» стоит? К «д» мне три буквы поместить нужно, а здесь только две клетки свободны.
– Почему три? – недоумевала Клэр.
– Потому что «о-жи-да-ни-е», – раздражаясь, сказал Клод, выложив это слово из имеющихся букв и показывая Клэр, что они никак не помещаются в указанное пространство.
– Аааа, – рассмеялась Клэр, – а я говорю про слово «на-деж-да». Его вот сюда можно поставить, как раз между «домом» и «садом».
– Спасибо, дочь, – улыбнулся Клод и протянул ей руку, – дай пять.
Клэр пожала своей маленькой ручкой папину ладонь. Он сжал её руку, потянул к своему лицу и тихонько укусил. Клэр засмеялась. Этот личный способ проявления любви Клод придумал сам. Он считал излишней нежностью целовать дочек, поэтому кусал их за руки, ноги и милые личики, а они в ответ кусали его за большие щёки. И ему, и девочкам очень нравилось это.
Клод поместил слово «надежда» среди остальных выложенных на столе.
«Какая смышленая и мудрая у меня девочка, – думал Клод. – Я совершенно не готов и даже категорически не согласен расстаться с ней и Мари ради малышки Кати».
– Всё, что незрело, не плодоносит, – машинально проговорил он, и сам удивился тому, что запомнил эту несуразную фразу.
– Что ты сказал, пап? – спросила Клэр.
– Только полная луна принесёт долгожданный плод, – снова повторил Клод слова прорицательницы Жюли.
Клэр и рисующая невдалеке Мари рассмеялись.
– Какая полная луна? Ты о чём, пап? – спросила сквозь смех Клэр.
– А ты знаешь, что луна вообще-то бывает разной? Круглой, половиной круга и вообще тонким серпиком?
– Каким ещё серпиком? – удивилась Клэр.
– Ты не знаешь, что такое серп? Серп луны? – смешно круглил глаза Клод.
– Нет. Нам в школе про это ещё не рассказывали, – смутилась Клэр.
– Пока вам в школе расскажут… – махнул рукой Клод. – Как же тебе объяснить? Ладно, давай начнём с луны.
Мари с интересом наблюдала за ними и вслушивалась в их беседу. Клод заметил это и обратился сразу к обеим дочерям.
– Подойдите к окну. Давайте посмотрим на луну. Сегодня ясное небо.
Они подошли к большому окну в гостиной. Клод усадил девочек на широкий подоконник. Показал им тонкий серп луны. Выдохнул теплый воздух на оконное стекло и нарисовал круг.
– Это Луна. Спутник Земли. Вообще-то она всегда круглая, но мы не всегда её видим такой, потому что наша планета Земля загораживает Луну от Солнца, и нам видна только её часть. Как сейчас. Видите, какая тоненькая? – спросил Клод, указывая на реальную луну.
– Угу. Видим, – отозвались дети.
– Такая Луна называется молодой, – и Клод нарисовал рядом с кругом полумесяц. – А вот такая Луна, – он нарисовал полумесяц в другую сторону, – старой.
Дети рассмеялись.
– Вам понятно? – спросил Клод.
– Неа, – продолжали смеяться дети.
Тогда он помог им спуститься с подоконника и стал объяснять про Землю, Солнце и Луну. Сам он изображал Солнце, Клэр сделал Землей и велел ей ходить вокруг него, а Мари стала Луной и пыталась бегать вокруг шагающей по кругу Клэр. И им было совсем не важно, поняли девочки что-то про молодую, полную и старую Луну или нет. Главное, что им было весело и интересно вместе.
С Николя у него не было таких игр. Когда родился Николя, сам Клод и Жанет, его первая жена, были очень молоды. Клод вообще не собирался так рано жениться и не был уверен, что Жанет – та самая, с кем ему хочется прожить всю жизнь. Но это было так понятно и закономерно: жениться на девушке, с которой ты стал мужчиной и которая ждет от тебя ребенка.
День свадьбы не принес ему счастья. Он будто встал на ступень эскалатора, который едет вниз. А Клод хотел вверх. Он взбегал по ступеням, но они упорно двигалась в обратную сторону, требуя от Клода постоянного напряжения и неимоверных сил. Только с рождением Николя ступени перестали убегать из-под ног. И Клод смог двигаться дальше. Маленький новорождённый мальчик принёс настоящее счастье.
– Я всё-таки дал продолжателя роду Безмане, – с гордостью говорил Клод отцу.
И тот тоже был счастлив: первый из внуков – мальчик.
А сейчас это юноша, он балансирует на канате, и отцовское сердце Клода ликует и болит за него.
* * *
На следующий день после первой встречи с прорицательницей Клод снова заглянул в «Кулисы». В кафе почти никого не было. Он огляделся и сел за тот столик, за которым вчера сидела Жюли, на её место. Заказал себе легкий завтрак и стал изучать вид из окна.
Просто улица. Просто дома, деревья. По дороге ездят машины, по тротуару идут люди. Совершенно ничего примечательного. Клод даже разочаровался, загрустил и, услышав чей-то голос с нотками требовательности, вздрогнул от неожиданности.
– Вы заняли моё место.
Жюли стояла напротив и всем своим видом велела тотчас освободить столик.
Клод внутренне улыбнулся, решив принять вызов, и совершенно серьезно сказал:
– А разве оно ваше? Здесь нет таблички «Кабинет предсказателя» или «Лавка чудес». Зато с этого места открывается чудесный вид из окна. Он меня просто покорил. Теперь я всегда буду сидеть только здесь.
Жюли сощурила глаза, подошла к диванчику, на котором удобно сидел Клод, и села сама, подтолкнув при этом Клода, чтобы он подвинулся и предоставил ей достаточно места.
– Вы правы: вид отменный, – сказала она, не глядя на Клода и убирая всё в сторону со своей части стола. Затем достала из своей холщовой сумки записную книжку, какие-то камушки, браслеты и ещё кучу непонятных вещиц.
Подошел официант, вопросительно посмотрел на неё:
– Двойной, – не поднимая глаз, ответила она.
Официант ушёл. Клод сидел растерянный и ошеломлённый. Его бедро касалось её голого бедра, потому что она опять была в коротких шортах. Клода обдало жаром. И в одну секунду в голове и теле пронеслись воспоминания о всех началах в его жизни: первый поцелуй, первая близость, наэлектризованность тела, воздуха и дыхания, другой первый поцелуй, третий, другая первая близость…
Он даже ничего не успел подумать, как Жюли взяла в горсть камушки, потрясла их в руках, бросила на стол, посмотрела на них, потом на Клода, потом взяла его за руку, развернула ладонью к себе, всмотрелась во что-то, и в итоге сказала:
– Не сегодня и не со мной.
– Что, простите? – не понял Клод.
– Коитус. Будет у тебя не сегодня и не со мной, но, когда будет, подумай обо мне – ток пойдет сильнее.
Клод не знал значения слова «коитус», но постеснялся признаваться в этом.
– В этом деле нужен ток? – удивленно спросил он.
– При мысли обо мне возбуждение будет сильнее. У тебя же в постели с женщинами в последнее время не всё просто с возбуждением, – ответила на это Жюли.
– Вот ещё! – вспыхнул Клод. – С возбуждением у меня всё хорошо.
– Ну-ну, – собирая свои камушки в мешочки, хмыкнула прорицательница.
Клод хотел оскорбиться, а потом вспомнил, что она сказала чуть раньше.
– А почему не сегодня? – насторожился Клод, поскольку рассчитывал, что вечером вынудит Люсьен помириться давно проверенным способом.
– Внезапная поездка, – указала Жюли на ещё не собранные камни.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
