Глава 11
– Что с тобой произошло, Инна? Твое нервное, перевозбужденное состояние видно невооруженным глазом. Ты должна сказать мне правду, иначе я просто не смогу тебе помочь! – заявила Ирина, с тревогой глядя на мечущуюся подругу.
Они вели знакомство еще со школы, потом их дорожки разошлись: Инна по своему внутреннему кодексу чести вынужденно поступила зубрить правовое дело, Ирина, повинуясь велению сердца, с головой окунулась в необъятные глубины психологии. По окончании вуза она нашла в Инне идеальный объект для оттачивания приобретенных знаний и навыков. Вот уже не один год они встречались как доктор и пациент раз в месяц, а как подруги – гораздо чаще.
Ирина права: докторам нельзя врать или недоговаривать. По этой причине она потоком членораздельных слов, сбивчивых фраз и сумбурных мыслей «вылила» на Ирину все свои страхи и переживания за этот вечер – самый яркий по эмоциональной нагрузке за весь прошедший месяц.
– … и почему он ошивался на Грязной? Он не был похож на случайного залетного. Неужели он?.. Не может быть!.. – она обалдело воззрилась на подругу, только что осененная своей собственной догадкой.
Спокойные умные голубые глаза Ирины улавливали каждый жест, цепкий ум предугадывал еще не высказанную мысль и выстраивал логическое заключение ее поступкам.
– Тебе хочется верить, что он – мотоциклист, такой же, как ты. Этим фактом вы «роднитесь», становитесь на одну сторону между обычными, среднестатистическими, людьми и… иными, не такими, как все, со своей трагедией в прошлом, по-иному выражаясь. Раз он пришел оттуда, где сейчас Ян, ты неосознанно хочешь стать ближе к нему, а через него и к Яну.
– Не-е-ет… – протянула Инна, в глубине души подозревая, что та права. – Что же делать?
– Тебе нужна защита, – начала с главного подруга. – Ты вынуждена быть сильной и независимой, но внутри тебя живет хрупкая, легкоранимая девочка, которой жизненно необходима надежная опора и сильное плечо. У тебя не было защиты в детстве, нет ее и теперь. Но все твое нутро надрывается криком о помощи! Позволь ему проявить свои качества защитника по отношению к тебе, раз он уже был в этом замечен, – Ирина намекнула на поведение последнего из тюремных рассказов Инны.
Проще сказать, чем сделать. Инне было тринадцать лет, тогда и стоило изгонять ее фобии и странности. Но сироты в интернате выживают как могут, и «скелет» ее проблемы оброс мясом и глубоко засел в подкорке. Теперь же, когда ей почти двадцать семь, избавиться от комплексов, вырваться из паутины привычного, пусть и в корне неправильного, уклада жизни очень и очень непросто.
Проблемы проблемами, а жизнь идет вперед, и подкрался праздник всех мотоциклистов – ежегодное официальное общегородское открытие мотосезона. Как и всегда, разномастные байкеры съезжаются в место построения колонны и дружным рядком, под радостные визги девчонок, одобрительный свист и улюлюканье, под рев моторов и сигналы клаксонов гордо выносят себя на обозрение всему городу, будто объявляя: «Ну, держитесь – мало не покажется!» Несколько сотен участников мотопробега выстроились по двое: сверкающие отполированным хромом низкооборотистые мощномоторные чопперы с матерыми пилотами и бесстрашными подругами в банданах. В противоположность им скоростные и легкие спорт-байки с пилотами в ярких кожаных комбинезонах и легкомысленными веселыми девчонками в мини-всем, искренне куражащимися. Тут же «туристы» необъятных размеров, с колонками и торчащими во все стороны длиннющими антеннами, с креслом вместо седла, на которых восседают приземистые мужички со своими женами. Зубастые эндуристы успевают хоть немного счистить свежесобранную грязь, а крохотные «питы» гоняют среди сборища серьезных моторов, как дети вокруг взрослых. Девушки за рулем любых мотоциклов автоматически вызывают восхищение и попадают в список королев.
Солнце припекало не по-детски, и отсутствие ветра лишь усугубляло удушливую жару. Беркутов заразился всеобщей атмосферой праздника и веселья. Он жадно впитывал каждой клеточкой изголодавшегося нутра дух свободомыслия, раскованности и бешеную пульсацию самой жизни. Вначале. Потом кое-как продвигающаяся колонна заметно подостудила его запал. Черную одежду конкретно так напекало солнце, ему было нестерпимо жарко. В интеграле душно и нечем дышать, а поднять забрало – считай, полные глаза пыли. Мотоцикл перегревался, вентилятор работал непрестанно. Еще кто-то затупил впереди так, что все встали напрочь! Где сопровождающие колонну удальцы в желтых жилетах? Почему не контролируют процесс? Настроение определенно подпортилось.
Зак психанул и поехал сам разбираться, в чем дело, выехав из строя и, так-то, нарушив порядок. Глеб, будучи в курсе несладкого характера друга, ломанулся следом, остальные «мушкетеры» – за Глебом. Через пару кварталов Захар расчухал, в чем загвоздка: на большом перекрестке колонну «разорвал» выехавший на середину драндулет, из которого выскочил чудак и рьяно жестикулировал руками, рассказывая тормознувшим перед ним мотоциклистам, откуда дети берутся.
«Ну почему именно я?» – грустно думала про себя Инна, без удовольствия выслушивая горланящего мужичка, который проклинал всех байкеров и ее, в частности, за то, что пропустил уже миллион зеленых сигналов светофора и его сраная рассада гниет в перегретом салоне, торча во все стороны, пока он ждет. Мотоциклист слева от нее как воды в рот набрал – хоть бы пискнул разок. Нет ведь! Инне самой приходится откусываться от этого горе-дачника. Где же эти чертовы патрульные машины, что перекрывают перекресток при прохождении колонны?! Когда Инна уже отчаялась как-то успокоить и вразумить истеричное создание, порядком устав докрикиваться ему из шлема, подъехал черный спорт-байк. Мужчина спешился и подошел к бунтовщику, на ходу снимая шлем.
– Какого хера сюда вылез?! Тебе по-конски объяснить, что идет колонна?! Сам не догоняешь?! Дергай отсюда, пока тебе в жопу не засадил твои же саженцы по самые гланды! – наорал на перепугавшегося бедолагу Захар. У того сразу спеси поубавилось, и он, прыгнув в колымагу, дал задний ход, убираясь подальше отсюда подобру-поздорову.
Зак обернулся к мотоциклистам и, увидев, на кого блажил «подснежник», разозлился еще больше.
– А у тебя что?! Хуй в зубах застрял?! Видишь, на девчонку наезжают, западло впрячься?!! – обрушил свой гнев на бедного паренька. – Давай, двигай отсюда! – приказал он и раздраженно пошел к своему мотоциклу.
Инна во все глаза следила за его действиями и тихо охреневала: вот это нрав у человека! К такому приближаться-то страшно, не то что защиты просить! Беркутов уже успел подъехать к ней, встав на место паренька, и дернул головой: мол, поехали, че стоишь. Глеб настороженно наблюдал за товарищем, готовый в любую минуту осадить его, начни тот перегибать палку. Но все обошлось, и парни, выстроившись в пары, ринулись догонять остальных.
Капли пота стекали от ушей на шею, бежали по спине, под мышками образовались целые заводи – это сильно выбешивало Зака. Очередная остановка. Жар от перегретого двигателя поднимался вверх, увеличивая температуру и без того горячего воздуха и обжигал лицо, когда он поднял визор.
– Эта пытка когда-нибудь, блядь, закончится?! – не выдержав, рявкнул он в пространство перед собой.
– Первый раз на открытии? – сочувственно спросила Инна.
Она по опыту знала, что все веселье в колонне только кажущееся, искусственно раздутое. Девушка сама бы пропустила этот пробег, но не была в курсе объездной дороги на базу, куда сразу все поедут отмечать открытие и где ей шибко понравилось в прошлом году, а потому непременно хотела туда попасть!
– Прикинь?! – накинулся на нее. – На зоне как-то без этого все живут! – грубо отрезал он.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.