Глава 12
Кортеж не спеша ехал в точку назначения, почти бесшумно скользя по гладкому покрытию без единого шва или чего-то подобного, либо подвеска скрывала все неровности, придавая средству передвижения некий люксовый класс. Просторный салон был выполнен из приятного телу гладкого светло-коричневого материала в дырочку. За рулём сидел статный мужчина и украдкой с интересом разглядывал Рендела в зеркало заднего вида.
Аккуратные пёстрые дома пастельных тонов с закруглёнными углами, небольшими карнизами и непрозрачными окнами радовали глаз. Город утопал в зелени деревьев, кустарников и цветов. Здания располагались на достаточно большом отдалении друг от друга так, будто землю местные жители не экономили и считали необходимостью разъединять строения разнообразными зелёными насаждениями. Но уже через несколько минут бросалось в глаза, что этот город будто скопированный и вставленный огромное количество раз шаблон — настолько он был однообразен, что без каких-либо средств ориентирования на местности добраться из одной точки в другую было бы проблемой.
Консул Шерп молчал, но чувствовалось, что его одолевает желание завязать разговор, но что-то — волнение или запутавшийся клубок интересующих вопросов — заставляло его молчать и делать над собой попытки заговорить с гостем издалека.
— Как хорошо вам известна история Верайшик? С момента заселения или много позже? — прервал молчание Рендел.
— О... пропало лишь около тысячи лет, что ушли на пребывание в первобытном состоянии.
— То есть после Войны Крови вы не смогли сохранить цивилизацию?
— Да. Пока спутники работали, мы смогли переместиться с пятой на шестую планету, но вскоре система управления была уничтожена. Что или кто это сделал, нам неизвестно, но мы буквально вернулись в первобытное состояние. Впрочем, у тебя будет возможность пообщаться с более компетентными людьми по этому поводу.
— Я на это надеюсь. Человечество заинтересовано в получении знаний и вашего опыта преодоления кризисных ситуаций.
— Вскоре ты сможешь брать информацию из Инфосферы, и тогда изучить наш мир не составит труда.
Только сейчас Рендел осознал, что за то небольшое время с момента знакомства консул будто вновь научился говорить.
— Здесь люди не общаются голосом, — поведал Спиц.
— Когда мы сможем подключиться к Инфосфере? — обратился Рендел к Спиц.
— Я не уверен, что ваш мозг вообще сможет каким-либо образом адекватно воспринимать из неё информацию. Само её строение не подходит к нейроинтерфейсу и оболочке, что позволяет взаимодействовать с парами частиц. Местная создана эволюцией, наша — искусственно.
— Будем надеяться, что тебе или кому-то удастся создать «прокладку» для взаимодействия.
— А человечество, как оно пережило разделение цивилизации? — спросил консул, но тон предполагал лишь тезисный, а не развёрнутый ответ.
— На пять тысячелетий застряло в одной галактике, уничтожило Землю, реакционно откатилось на несколько тысячелетий назад в своём социально-экономическом устройстве, потеряло технологию мгновенного перемещения посредством «Звёздных Врат», стагнировало технический и социальный прогресс, но в конечном итоге преодолело затяжной кризис. Теперь я нахожусь на Верайшик, — как и желал консул, ответил Рендел. Тот в ответ благодарно кивнул. — А какова причина вашего неосвоения космоса? — в лоб спросил Рендел.
— В этом нет необходимости, — коротко ответил консул и отвернул голову, уставившись в окно.
Ответ смутил Рендела.
— Можете пояснить свои слова или в другое время и другие люди?
Консул повернулся. Выражение лица стало строгим, если не сказать злым.
— Отчего же. Вы изменили природу человека ради продолжения бесконечной экспансии, словно вирус или бактерия, приспосабливающаяся и старающаяся по возможности не убить носителя, дабы продолжить свою жизнь, но уже в другой особи. А иногда выходит обратное, и особь погибает, унося с собой в могилу и причину своей смерти, что не смогла перекинуться дальше. Мы же изменили природу человека ради остановки и настоящей жизни. Наша цель: гармония с природой и с самими собой. Ваша — бесконечное самовозрастание. Временно вы контролируете себя, но что будет далее? Вы не задумывались, что произойдёт, столкнись человечество с внеземной цивилизацией, что попытается вас уничтожить? Или с другими людьми, что создали похожие на ваши конструкции? Не думали о возникновении конкурентной борьбы, что выйдет за рамки цивилизованного общения, превратив вас обратно в варваров, уничтожающих себе подобных? — Консул говорил резко, будто чужим голосом и словами. — Вся история человеческой цивилизации — это синусоида, где число «пи» есть сумма страданий отдельных её представителей. Сейчас вы в верхней точке или приближаетесь к ней, но что будет завтра? Сколько раз люди откатывались в развитии и снова поднимались вверх? Неужели не настал день, когда необходимо сделать остановку в восхождении и просто двигаться в бесконечность на одной высоте?
— Аккуратнее, — предостерег Спиц.
— Не понимаю, какой смысл делить бесконечный космос двум цивилизациям, что смогли приспособиться в нём существовать? — спросил Рендел.
— Минимум три внеземных цивилизации люди истребили или довели до такого состояния, что они исчезли. Считай геноцид, но в масштабах куда более значительных, чем во время зарождения единой планетной цивилизации на планете Земля.
— Мы многое не понимаем о том времени и целях, что преследовали люди, — пытался парировать Рендел, но осознавал, что не имеет весомых аргументов.
— Цель — поиск Совершенной Крови. Средство — массовое размножение в надежде на случайность. Результат — немыслимых масштабов экспансия. Окончание — страдание миллиардов, — будто рубил с плеча консул, уверенно отчеканивая фразы.
— Но сейчас мы жёстко контролируем рождаемость. Сейчас, фактически, человек не способен к естественному размножению и к вынашиванию плода. К тому же какова была истинная цель поиска Совершенной Крови — так и осталась для нас загадкой.
— Соблюдение законов развития — вот истинная цель.
— Поясните, — попросил Рендел, не понимая, что имел в виду консул.
— Синусоида, восходящая вверх — экспансия и развитие. Резкий спад — война. Медленное падение — стагнация. В данный момент времени — вновь подъем.
Рендел не понимал, отчего консул так жёстко отзывается об истории человечества, но ясно видел, что данные фразы и слова тот прокрутил в голове не один десяток раз, пока они не нашли нужные уши.
— Но удерживая, вы лишь теряете. Человеку необходимо развитие, желание открывать, видеть, ощущать новое. Это то, что и делает нас теми, кто мы есть.
— Значит, мы уже не люди. Хотя формально так оно и есть. Мы симбионты.
— Значит, ЕП действительно существует? — спросил Рендел.
Консул немного сузил глаза, делая вид, что не понимает вопроса.
— Что значит — симбионт? — дополнил Рендел.
— Результат эволюционного приспособления к планете. Симбиоз с существом, обладающим разумом, но клетки этого разума разбросаны по планете. Оно будто её — планеты — сознание. Некое подобие человеческого мозга, но клетки не нуждаются в физических связях, передавая друг другу информацию волнами, — ответил консул.
Спиц сказал:
— Волновая природа взаимодействия. Осталось выяснить физику процесса.
— Какова природа волн? — спросил Рендел, понимая, что данная информация позволит приблизить возможность приобщиться к инфосфере собственным сознанием.
— Нереальная с точки зрения вашей физики, но реальная с точки зрения вселенной, — коротко ответил консул, хитро улыбаясь.
— А точнее возможно рассказать? Нет, если это составляет какую-либо тайну, то я не буду настаивать.
— О, я уже сказал, что вскоре тебе станет доступна инфосфера, а она общая для всех. А длина промежутка времени до наступления данного момента сугубо на вашей совести.
Ренделу не понравилась манера, в которой ответил консул. Они будто стали друзьями, что знают друг друга с детства и провели не одну тысячу часов за личными разговорами.
Свободный исследователь кивнул принимающей стороне, и они отвернулись каждый к своему окну, до конца поездки не проронив ни слова.
Автомобиль выехал на обширное, свободное от высоких деревьев, но засаженное невысокими кустами пространство. Ровно в середине стояло четырёхэтажное округлое здание пирамидальной формы. Бледно-серый цвет придавал ему некое чувство отторжения и неприязни. Если это было место, в котором решались судьбы мира, то окрас выбран явно неверный, подумал Рендел.
Некоторое время они неспешно ехали по кольцу, затем повернули вправо и по ровной дороге добрались до бледного строения. Автоматическая дверь пропустила их внутрь, и по крутому спуску делегация спустилась на уровень закрытой парковки.
— Наша остановка. В зале для совещаний всё уже готово, и ожидают лишь нас.
Рендел кивнул. Двери автомобиля открылись без посторонней помощи, впустив немного затхлый, влажный и прохладный воздух помещения.
— Нам сюда, — указал консул на небольшую двустворчатую дверь с красивыми металлическими ручками.
— Хорошо, не будем заставлять людей ждать, — сказал Рендел, быстро зашагав в указанную сторону. Консул еле успевал за гостем, делая два шага на один его.
Пара рослых мужчин открыла им двери изнутри, пропустив делегацию в небольшой коридор. Консул и Рендел шли вперёд, а остальные, так же парами, за ними. Во всю длину коридора пол покрывал трёхцветный ковёр, а стены на высоту в полтора метра были окрашены в светло-синий цвет. Квадратные лампы интенсивно излучали белый свет. Приглушённый ковром топот отдавался эхом от стен.
Далее они вошли в просторное прямоугольное помещение, в центре которого стоял овальный стол, на котором, в свою очередь, стоял округлый стеклянный аквариум с сидящим на стуле человеком внутри. Человек не подавал признаков жизни, а его окутывали белые тонкие нити, словно неизвестный паук пытался обернуть свою добычу, но ему не хватило времени или сил. Казалось, что заключённый в аквариуме лишь придремал, склонив голову вниз и оперев её о правое плечо, но что-то подсказывало Ренделу, что тот мёртв.
Консул вежливо отодвинул деревянный стул с высокой спинкой и мягким тряпочным сиденьем. Свободный исследователь сел, придвинувшись ближе к столу. Ножки стула лязгнули по полу, и звук эхом отскочил от стен, немного сконфузив Рендела.
Делегация рассаживалась по свободным местам, и когда последний стул оказался занят, консул встал и торжественно произнёс:
— Рады приветствовать тебя, свободный исследователь Рендел-2 Раст, на всепланетном совете Верайшик. Сегодня мы празднуем знаменательную дату, точнее — начинаем праздновать. Мы ожидали воссоединения с Землёй после первого найденного упоминания о нашем прошлом, и по мере получения знаний оно — желание — всё возрастало. Первый из нас может ощущать то радостное чувство, что испытывают все люди Верайшик, — улыбаясь, произнёс консул своим, не тем, которым он пользовался в автомобиле, голосом. Рендел внимательно слушал, не сводя глаз с аквариума. Первый... то ли они значение вкладывали в это слово, что и люди с Земли. Для него Первый был лишь лучшим среди равных, а не мифическим «божеством» Эпохи Крови, чьё существование так и не подтверждено. И не местный ли Первый сейчас сидит перед ним в аквариуме?
Консул уставился на Рендела, будто ожидая его слов. Тот встал и не менее торжественно произнёс:
— Мне выпала честь приветствовать вас сегодня от всей человеческой цивилизации... — Рендел немного замялся, — Млечного Пути. — Как и вы, все населяющие её люди с нетерпением ожидали встречи с нашими потерянными в веках родственниками. Мы желаем наладить контакт и вместе двигаться в светлое будущее нашего вида.
Произнеся эти слова, в его голове сразу возникло некоторое количество вопросов ввиду нелогичности своего повествования. Люди ли мы в их понимании, и какой в это слово он сам вложил смысл? Нужен ли действительно им этот контакт? И самый главный: одинаково ли «светлое будущее» для них и для нас? Последнее как раз таки склонялось в сторону отрицания, имея в виду ту браваду, которой консул разразился в автомобиле.
— Да, — сказал консул. — За время, что прошло с момента разделения нашей общей цивилизации, понятие «человек» претерпело значительные изменения. Теперь нам необходимо примириться с этим и выработать некие принципы, по которым будет происходить взаимодействие. Первый выбрал тебя именно для этого, и он исходил из твоих умственных способностей. Так, вернёмся к принципам... — на мгновение консул задумался, но следом продолжил говорить, став значительно серьёзнее. Рендел понял, что торжественная часть прошла и настало время серьёзно обсудить насущные вопросы. — Думаю, самый главный — мы уже не один вид. Вы изменились искусственно, оставив от прошлого вида лишь одну оболочку. Мы изменились эволюционно, соединив себя с планетой, но организм как таковой претерпел незначительные изменения, но всё-таки претерпел, и вероятность нашего скрещивания теперь стремится к нулю. Думаю, у нас ещё будет возможность проверить сей факт на практике. Вы согласны?
— Аккуратно, — предупредил Спиц.
— Не думаю, что стоит делать столь поспешных выводов о различии видов. Необходимо комплексное исследование для сравнения работы мозга, а уже на его основе что-либо утверждать. Но я с вами согласен — теперь мы перешли на новую ступень развития нас как вида, и я считаю это замечательным для всех, — сказал Рендел.
— Преодоление животного состояния было процессом сложным, но человек может многое, если действительно этого возжелает.
— Если исходить из строения мозга, то ваше взаимодействие с вашей же «инфосферой», — говорил мужчина с круглым лицом и массивной шеей, сидевший левее аквариума и лицом к Ренделу, явно относящийся к числу учёных, — вероятнее всего, мало чем отличается от нашего. Участки мозга одинаковы для всех, если вы, конечно, не вносили каких-либо существенных изменений в него.
— Свободные исследователи имеют самую изменённую структуру мозга среди всех. Нам необходимо участвовать в просчёте траектории перемещения, а человеческий мозг справляется лучше любого вычислительного устройства с вероятностным исчислением траектории, кое и применяется при таких скоростях, — разъяснил Рендел.
Обладателю массивной шеи ответ явно понравился, так как он расплылся в улыбке, и его глаза заблестели.
— Что ты вкладываешь в понятие «структура»? Увеличение величины долей либо нечто фундаментальное?
— Увеличение долей и специфичный анализатор, способный распараллеливать некоторые, точнее необходимые, потоки сигналов и, соответственно, отличный от стандартного нейроинтерфейс, — ответил Рендел.
Мужчина продолжил улыбаться и сказал:
— Это меньшая из проблем. Значит, сигналы нейроинтерфейс собирает напрямую с мозга, как и в нашем случае ЕП.
Рендел мгновенно стал серьёзнее. Надежда, что незваный гость, просочившийся на второй уровень визуализации и буквально замедливший время, существует, оправдалась полностью, хотя он и понимал, что это так и до его слов.
— Мы немного ушли от первостепенных вопросов, — закончил диалог Рендела с обладателем массивной шеи консул. — Верайшик продолжит самостоятельное существование и не готов становиться полноправным членом «старого» человечества. Но, — он сделал небольшую паузу, — мы готовы наладить постоянный контакт с вами. Думаю, корабль, прибывший следом за тобой, обладает такой возможностью?
Рендел получил ответ на первый из первостепенных вопросов, который даже не пришлось задавать.
— Конечно, если вы позволите, специалисты установят передатчик для связи с любым приёмником сигналов. Они же совместно с вами придумают способ интерпретации информации с него в вашу инфосферу.
— Это будет первый шаг, который мы и сделаем.
— Да, согласуем время и место. Время, необходимое на сборы и приземление, минимально, — сказал Рендел.
— Далее, — сказал консул и вновь сделал небольшую паузу, будто привлекая внимание. — Мы никогда не покинем пределов планеты. ЕП не может существовать вне атмосферы Верайшик, и её часть погибает, как и её носитель.
На второй из первостепенных вопросов Рендел получил ответ. Но всё-таки он его не убедил, оставив лёгкий налёт конспирологии на сознании.
— Человечество будет с уважением относиться к вашему выбору и никаким образом не окажет давление с целью какого-либо подчинения или чего-то подобного. Вселенная бесконечна, да и мы давно приспособились к жизни на мёртвых планетах и в космосе, так что потребности в живых планетах не испытываем, благо имеем их достаточное количество.
— Мы рассудили тем же образом, когда обсуждали твоё вторжение, — консул поставил ударение на последнем слове, показывая его двусмысленность. — Да, от лица всех жителей Верайшик приносим свои извинения за вмешательство в сознание. Мы преследовали лишь разведывательную цель, пытаясь изучить твои намерения.
— О, можете не извиняться. Во-первых, это нормальная реакция на неизвестного пришельца из космоса. Во-вторых, мы бы поступили точно так же, то есть прибегли ко всем разведывательным возможностям. В-третьих, я не получил каких-либо повреждений.
— Не стоит врать или лукавить на столь важных переговорах, — застыдил его Спиц.
— Год жизни — ничто по сравнению с происходящими событиями, — парировал его Рендел. — А то, что я не упомянул изменения в строении тела? Данный факт тебя не смутил?
— Фактически, вы всё тот же человек, что и тысячелетия назад, но слегка улучшенный, — ответил Спиц.
— Данное «слегка» есть ложь чистой воды.
— Извинения в большей степени, — говорил консул, — относятся к знаниям, что мы получили от тебя помимо информации о намерениях...
— Как я и сказал: извиняться не за что, — перебил его Рендел.
— Хорошо. Нас интересуют, точнее тех из нас, что занимаются наукой, две концепции: Технологическая и Человеческая Сингулярности, — консул произносил последние слова медленно, будто опасаясь, что они будут неверно переведены. Они желают услышать, что это. Ваше сознание, будем говорить, подчёркивало их.
— И вновь я призываю вас быть аккуратным, отвечая на вопрос, — предостерег Спиц.
Рендел ответил сразу, но говорил не быстро, предоставляя себе время на правильные формулировки:
— Технологическая Сингулярность есть возможность переместиться в «антимир», чьё существование научно обоснованно, но сам переход туда осложнён отсутствием Человеческой Сингулярности. Человеческая Сингулярность есть возможность управлять данным кораблём. «Гамма-молекула» — определённый генетический код, что позволит вырастить человека, способного выполнять колоссальное количество вероятностных вычислений с множеством переменных.
— А в чём проблема Человеческой Сингулярности? Я так полагаю, твой генетический код есть результат расчёта, как и искомый? — вновь подал голос обладатель массивной шеи.
— Да, так и есть, все свободные исследователи есть результат расчёта под определённые движительные установки. Что касается Человеческой Сингулярности, то здесь имеются некоторые сложности в виде отсутствия возможности просто усилить те способности, которыми обладают свободные исследователи. Требуется другой подход, точнее неизвестная мутация, что будет усилена либо преобразована до необходимого результата, — ответил Рендел.
— А каким образом вы пытаетесь её найти, если прибегли к плановому размножению? Перебором? — не успокаивался учёный.
— Симуляция и перебор, а также предположительный расчёт. Сложность в огромном количестве вариантов, что тормозят приближение человечества к цели.
Краем глаза Рендел увидел изменившееся лицо консула. Оно выражало скуку, будто он сам себе сказал: «Я так и знал, что именно это и происходит».
— То есть поиск Совершенной Крови вы заменили стремлением к чему-то подобному, но добавили ещё и техническую составляющую, — спросил консул грубым, имевшим место при поездке сюда, голосом.
Рендел будто растерялся:
— Не... Нет. Как я уже говорил: мы не знаем точно, какова цель поиска Совершенной Крови и что это вообще такое.
Справа и слева от аквариума загорелось объёмное изображение куска молекулы ДНК. Изображение было нечётким и отличалось скудной детализацией.
— Мы извлекли это из сервера, что нашли в одном из исследовательских бункеров. Система жизнеобеспечения сохранила в целости и сохранности почти всё, что находилось внутри скалы, и не могло превратиться в пыль за прошедшие тысячелетия, — продолжал говорить не своим голосом консул.
— Это грандиозно, — не скрывал своего удивления Рендел. — Мы исследовали тысячи мест, находя лишь крохи, а вам так повезло!
— Вся полученная информация будет передана человеческой цивилизации Млечного Пути. Мы не просим ничего взамен. Будем говорить — знак начала дружбы, — сказал консул.
— Да, и мы вам благодарны. Будем надеяться, там содержатся многие куски мозаики, что потеряны в веках, — сказал Рендел, продолжая находиться в восхищении.
— Но за неё вы должны дать слово, что ни при каких условиях человеческая цивилизация Млечного Пути не станет вмешиваться в дела цивилизации Верайшик. Мы с вами потомки одного предка, но, как уже было сказано, пути у нас различаются.
Рендела будто ударили по голове. Слова консула казались невозможными. В его миропонимании обратное и не представлялось возможным.
— Цивилизация Земли признаёт ваше право на самостоятельное развитие и ни при каких обстоятельствах не будет вмешиваться в ваши дела. Будет ли получена данная информация либо нет, это никаким образом не повлияет на вышесказанное. Даю вам слово от лица всех людей, чьим представителем сегодня и являюсь.
Консул кивнул, будто посчитал ответ достаточным.
— Если корабль, способный установить связь с Землёй, готов к приземлению, то пусть приземляется близ того, на котором прибыл ты. Там его будут ожидать специалисты, — сказал консул, но уже своим голосом. — Сейчас объявляю перерыв, а затем консультации по направлениям деятельности и до тех пор, пока наш гость не пожелает отдохнуть, о чём он может сообщить в любой момент.
