Глава 2
Антон еще никогда не бывал в квартире Свиридовых и слегка волновался. Он знал, что Ольга живет с отцом, а ее мама несколько лет назад переехала в Германию.
Квартира Свиридовых оказалась невероятно просторной, с высокими потолками, большими окнами и модным ремонтом. Чувствовалось, что здесь живут состоятельные люди. Антон удивился, увидев в квартире даже девушку-служанку, она бойко накрывала на стол в гостиной.
Из соседней комнаты вышел Ольгин отец. Высокий, степенный, с густой шевелюрой и большим хищным носом. Взгляд обжигающий, будто лазер. Он улыбнулся и протянул большую широкую ладонь:
– Игорь Сергеевич.
– Антон.
Ольга пробормотала:
– Я пока переоденусь.
Девушка быстро выпорхнула из гостиной.
Антон присмотрелся к служанке. Симпатичная, курносенькая, наверняка чуть старше Ольги. Девушка поймала его взгляд, чуть заметно улыбнулась и старательно придвинула стулья к столу.
– Мария, поужинаешь с нами? – спросил Ольгин отец.
– Спасибо, Игорь Сергеевич, сегодня не смогу, – покачала головой девушка. Она снова бросила взгляд на Антона и быстро вышла из гостиной.
Игорь Сергеевич кивнул на стул:
– Присаживайся, дорогой.
Антон присел и посмотрел на старинные фрески на стене.
– А что это?
– Это я еще в молодости коллекционировал…
Игорь Сергеевич с удовольствием потер ладони и открыл пузатую бутылку французского коньяка:
– Не возражаешь?
Антон кивнул и еще раз осмотрел комнату. Гостиная огромная, как вся его квартира. Кроме старинных фресок, на противоположной стене висели две большие картины с морскими пейзажами, а возле декоративного камина старинные напольные часы с латинскими золотистыми буквами. Странная напыщенность, будто хозяин дома интерьером показывает, что он далеко не пролетарий и простачок. Антону сразу вспомнился телевизионный репортаж, как за взятки задержали крупного чиновника-полицейского и показали его дом с золотыми унитазами и кроватями с балдахинами. Как ни крути, любит в России зажиточный народ эту цыганщину. Вот и Игорь Сергеевич, вроде солидный мужик, зачем ему эти понты из девяностых…
Ольга почти бесшумно вошла и присела рядом с Антоном. Она успела переодеться в черный восточный халат и выглядела просто обворожительно.
– Дочь, может немного вина? – предложил Игорь Сергеевич.
Ольга покачала головой:
– Только сок.
– Оля у меня совсем не пьет, – улыбнулся Игорь Сергеевич.– Как на выпускном в школе перебрала, с тех пор больше ни капли…
– Это моя твердая жизненная позиция, – кивнула Ольга.
Антон и сам знал, что за полтора месяца знакомства Ольга ни разу не притронулась к спиртному. Он и сам равнодушно относился к выпивке, просто сегодня решил немного выпить за знакомство, а заодно снять лишнее волнение.
Как только выпили по рюмке, Игорь Сергеевич осторожно спросил:
– Чем в жизни занимаешься, Антон?
– Работаю программистом.
– В хорошей фирме?
– В «Бейке». Продажа компьютеров и комплектующих. Оптовая закупка оргтехники из Китая.
– Понятно… – вздохнул Игорь Сергеевич.– А есть еще какие-то увлечения? Хобби?
Антон пожал плечами, размешивая вилкой салат с устрицами.
– Иногда по выходным с друзьями в пейнтбол гоняем. А еще я начинающий блогер.
– Блогер? – улыбнулся Игорь Сергеевич.– И какие же, стесняюсь спросить, темы твоих блогов?
– Социальные. У меня канал на «Ютубе». Называется «Правдоруб Лайф». Почти сорок тысяч подписчиков.
– Интересно… И какую же правду ты рассказываешь?
– Например… о зажравшихся чиновниках и их любовницах. О коррупции во власти… да много разных тем. Можете сами посмотреть, я выпустил уже восемнадцать роликов…
– Разве у нас в стране не существуют Законодательные Органы, которые контролируют деятельность чиновников и административной власти? Почему именно ты решил взяться за эту стезю?
Ольга улыбнулась:
– Папа, Антон занимается каналом по соображению совести. Если бы Правоохранительные Органы работали как следует, не было такого бардака в стране…
– Все молодые люди – неисправимые мечтатели и идеалисты, – вздохнул Игорь Сергеевич.– Поверьте, нельзя вот сразу взять и построить идеальное общество. Это Утопия. Тем более в нашей стране, которую бросает то в социализм, то в капитализм… Как говорится, умом Россию не понять. Все равно найдется тот, кто будет воровать, предавать, заниматься откатами и подлогами… и твой канал, Антон, это слабый крик утопающего в безбрежном океане. Или это приносит тебе хороший доход?
– Не все же измеряется деньгами. Ну, бывают донаты… Но Оля все правильно сказала – я занимаюсь этим по соображению совести. Я вообще считаю справедливость – необходимым фундаментальным условием для строительства зрелого гражданского общества.
Игорь Сергеевич вздохнул:
– Романтик… Послушай, Антон, а ты никогда не думал, например, об образовании? И в конце концов, заняться чем-то более серьезным? Например, открыть свое дело?
– Пап… – укоризненно произнесла Ольга.
Игорь Сергеевич снова разлил коньяк. Не чокаясь, он молча выпил.
– Вообще-то я планирую в следующем году заочно поступить в Политехнический, – вздохнул Антон.
– Эх, молодежь… – вздохнул Игорь Сергеевич.– Помню я в девяносто четвертом из армии пришел. Огляделся, а в стране полный бардак и разруха. Да и страна уже совершенно не та. Распался Советский Союз и началась такая карусель… мама не горюй! Поболтался я на гражданке, да и снова в армию подался по контракту, там хоть тогда платили исправно. Вскоре Чечня началась и наш батальон отправили в первых рядах. В мае девяносто пятого меня демобилизовали по ранению. В том же году я Нину встретил, Олину маму, поженились… чем тогда только не приходилось заниматься: таксовал, торговал… уже позже с товарищем строительную фирму открыли… расширялись, искали новые заказы. Ты, наверное, слышал про «Интерстройсервис»?
– Слышал, – кивнул Антон.
– С 2010 года я генеральный директор компании. По штату у нас почти пятьдесят тысяч человек. Филиалы во всех крупных городах России. Монтажники, техники, транспортники… только в центральном офисе две сотни лоботрясов сидит… Оборот компании от шестидесяти миллиардов в год, по рентабельности мы вышли в тридцатку лучших компаний России… – Игорь Сергеевич вздохнул.– Поверь, Антон, я вовсе не хвастаюсь… Я просто рассказываю, что сам сколотил состояние, у меня не было богатого папы или дядюшки…
– Папа, но ведь тебе хорошо помог дядя Лёва, ты сам рассказывал… – упрекнула Оля.
– Да. Мой дядя действительно помог выиграть крупные тендеры еще в девяностых. Тогда он занимал серьезную должность в аппарате президента, но это было всего два-три раза.
– В нашей стране такое большая редкость, – пробормотал Антон.– Чтобы человек самостоятельно поднял бизнес. Как правило, всякий крупный бизнес переходит по наследству или криминальным путем…
– Дети… что вы можете знать про криминал… В девяностые стреляли в подъездах и на автостоянках. Это сейчас в Москве тишь да гладь…
У Ольги в кармане зазвонил телефон и она подскочила:
– Ой! Совсем забыла! Я к Катерине на пятнадцать минут сбегаю!
– В таком виде? – нахмурился отец.
Ольга кивнула и быстро вышла из квартиры.
– Совсем еще дите, хоть и двадцать два… – вздохнул Игорь Сергеевич.– Кстати, а сколько тебе, Антон?
– Скоро двадцать пять.
– Мне кажется, раньше я тебя где-то видел, – задумался Игорь Сергеевич.– Хоть Москва и большой город, но по сути – это большая деревня… Послушай, а кто твой отец?
– Сейчас он обычный охранник. Бывший офицер, майор в отставке.
– Ты один в семье?
Антон помрачнел:
– У меня еще старший брат. Он четыре года назад без вести пропал в Сирии.
– Был военным?
– Почему был… – пробормотал Антон.– Я верю, что Матвей жив. Может он в плену…
– Если ты чувствуешь, что брат жив – значит так оно и есть, – кивнул Игорь Сергеевич.
Они немного помолчали. Хозяин квартиры подошел к фреске на стене.
– Посмотри, Антон.
Антон привстал и приблизился к фреске. Это оказалась древняя застывшая маска из черного дерева, довольно ужасная вблизи.
– Эту маску мне привезли из Судана в 1999 году. Знаешь, многие африканские племена верили, что если съесть сердце врага, то становишься сильнее и могущественнее. А еще обретаешь частичку его души.
Игорь Сергеевич посмотрел на собеседника таким холодным безжалостным взглядом, что Антон невольно отшатнулся.
– Что-то в тебе есть, парень… но я прямо скажу – Оля не для тебя. Я всем сердцем желаю, чтобы она жила в достатке и роскоши, никогда ни в чем не нуждалась. Все что сейчас между вами – это просто молодость. Игра флюидов, гормоны, легкая влюбленность… Стоит ли тратить на это драгоценное время?
У Антона от гнева заходили желваки. Он почувствовал что щеки слегка порозовели.
– Думаете, мне нужны ваши деньги?
Игорь Сергеевич смотрел на Антона холодным взглядом рептилии.
– Послушайте, Игорь Сергеевич, я люблю Олю, мы и без вас сможем себя содержать…
– На твои жалкие девяносто тысяч в месяц?
«Интересно, откуда он знает, сколько я получаю? Я даже Ольге никогда об этом не говорил…» – задумался Антон.
– Я человек прямой, и потому говорю тебе честно, в глаза: моя дочь достойна лучшего и она это получит… Антон, поверь, чем быстрее ты забудешь об Ольге, тем будет лучше для вас обоих…
Антон заскрежетал зубами. Он быстро направился к прихожей.
– Не дури, Антон. Поужинай с нами… – пробурчал Игорь Сергеевич.– Не порть Оле вечер!
Но у Антона внутри все кипело. Он сорвал куртку, обулся и пулей вылетел в подъезд. Такого унижения он никогда не испытывал. На улице Антон поймал такси и поехал домой.
Мама позвонила в полночь. Антон сразу догадался, что-то случилось.
– Антон, привет! Ты сейчас дома?
– Дома.
– Папа только что звонил. Он в городскую больницу попал, на работе что-то произошло…
Антон вспотел от волнения:
– Я ему сейчас перезвоню.
– Лучше сходи, Антон. Я только утром с работы сменюсь, а душа сейчас не на месте. Сам же знаешь отца, молчит как рыба, вдруг что-то и вправду серьезное…
– Хорошо.
До городской больницы пятнадцать минут ходьбы. Антон был в приемном покое гораздо быстрее.
Толстая женщина-врач просмотрела журнал и кивнула:
– Дмитрий Алексеевич Соболев, тысяча девятьсот семидесятого года рождения, поступил сегодня в двадцать сорок с травмой и сотрясением мозга.
Антон нахмурился.
– Не волнуйтесь, – улыбнулась женщина.– С вашим отцом все в порядке. Сейчас нет нужды его беспокоить. Лучше утром приходите.
– С отцом точно все в порядке?
Женщина равнодушно кивнула и уткнулась в экран маленького телевизора.
Антон вышел из приемного покоя и позвонил матери. Теперь отец наверняка будет сидеть дома. Да и хватит работать, пенсия у военных сейчас неплохая, вполне хватает на жизнь. Но все же интересно, что случилось? Отец работает во вневедомственной охране и они охраняют какие-то склады на окраине Москвы. Может произошло нападение? Антон на всякий случай прошерстил новости в интернете, но ничего не нашел о нападении на охранников. Все это очень странно.
Ночью совсем не спалось. Все как-то неожиданно навалилось снежным комом. Неудачное знакомство с Олиным отцом, несчастье с папой…
Оля до сих пор не перезвонили и не написала. Антон тоже решил пока не звонить. Сейчас он больше всего переживал за отца, хотя в приемном покое и сказали, что ничего серьезного.
Антон снова вспомнил старшего брата Матвея. Он пошел по стопам отца, после школы закончил военное училище и вскоре перевелся в спецназ. В сентябре 2020 года Антон видел брата в последний раз, Матвей заехал попрощаться перед очередной командировкой. Жилистый, подтянутый, форма ему всегда была к лицу. Брат обещал приехать к Новому году, но в середине октября он позвонил домой и больше от Матвея не было вестей. Отец долго обивал пороги Министерства Обороны, но никаких следов старшего лейтенанта Матвея Соболева так и не нашлось…
Больше всего переживала мама. Даже по истечении четырех лет Антон замечал, что она частенько доставала из альбома фотографии брата и тщательно перебирала. Иногда мама жалела, что Матвей так и не успел обзавестись семьей.
Отчасти из-за того, что дома Антона тоже тяготили воспоминания о брате, год назад он переехал на съемную квартиру.
Может и хорошо, что Матвей не успел обзавестись семьей… Да и четыре года – это довольно большой срок. Но Антон в душе верил, что Матвей наверняка жив, рано или поздно он обязательно отыщется…
Утром Антон позвонил на работу и выпросил у шефа отгул. Он быстро позавтракал и направился в больницу. Молоденькая дежурная медсестра, которая хотела казаться строгой, все же разрешила ненадолго пройти в палату.
В больнице было тихо и слегка мрачновато.
В палате, где лежал отец, оказалось всего две кровати. У стены крепко спал пожилой пациент в полосатой пижаме. Отец сразу приподнялся, увидев сына. Он слегка осунулся и выглядел немного растерянным. Левое плечо перевязано.
– Папа…
– Антоха… Тут мать недавно забегала, харчей на неделю приволокла…
– Как тебя угораздило-то?
Отец вздохнул.
– На вас что, напали?
– Да все нормально. Пустяки.
– Что случилось?
– Шеф халтурку подогнал. Перевезти ценный груз в Подольск. Уже стемнело, и нас будто поджидали на трассе. «Соболь» зажал и вытолкнул на обочину.
– Так вы не на спецмашине ехали?
– На старом «Крузаке», шеф выделил. Как только нас вынудили остановиться, я выскочил и достал пистолет, хотел пальнуть в воздух. Двое в камуфляжах и балаклавах прямо на нас бросились. Тут что-то бахнуло. В плечо будто сразу сотня пчел ужалила, в глазах потемнело и я вырубился. Напарника тоже вырубило. Ему тяжелей пришлось, едва откачали…
– Постой, так из чего стреляли?
Отец вздохнул:
– Что за оружие – пока не ясно, на плече только сильная гематома, врач сказал, сотрясение мозга произошло уже при падении. Но у нападавших был точно не травмат. Думаю в полиции выяснят…
Отец помолчал и задумчиво взглянул в окно:
– Шеф недавно звонил, пожелал скорейшего выздоровления. Но по голосу понял – рвет и мечет.
– А что за груз был?
– Два небольших тяжелых ящика. Что за груз – даже не знаю. Ящики были опломбированы.
Антон внимательно посмотрел на отца:
– Пап, может хватит этих похождений? Увольняйся из охраны, найди работу поспокойнее. А лучше вообще дома сиди.
Отец вздохнул:
– Думаю меня и так уволят. Шеф точно не простит такого промаха.
– Все это очень странно. Если груз действительно был ценный, почему не поехали на спецмашине и почему вас было всего двое?
– Слишком много вопросов, Антон. У меня тоже, кстати, вопрос. А почему ты сегодня не на работе?
– Отгул взял.
– Не стоило так волноваться. Через два-три дня меня уже выпишут. Антоха, серьезная просьба есть. Спустись на первый этаж, там сканворды продают. Возьми парочку, только потолще.
Антон купил журналы со сканвордами, попрощался с отцом и покинул больницу. Чем же теперь заняться в этот неожиданный выходной?
***
Артур сидел в абсолютной темноте, сжимая в руках катану. Удивительно, но лезвие клинка всегда обжигало ледяным холодом. Жизнь мимолетна, подобно капле вечерней росы и утреннему инею, и тем более такова жизнь воина. Совсем недавно ему исполнилось шестьдесят пять. Волосы окончательно поседели, он отрастил небольшую бородку и стал еще больше похож на отца. Но возраст не имеет значения, важен только дух война и его путь.
В коридоре послышались шаги. Ли осторожно приоткрыл двери и слегка поклонился. Артур привстал, осторожно положил катану на стойку, и поправил кимоно.
Ли щелкнул выключателем и зажег тусклую лампу над входом.
– У вас осталось полчаса. Нужно переодеться и пройти медицинские процедуры.
Артур кивнул.
– Это будет необычное и опасное путешествие. Но о вас хорошо отзывались в Синдикате и мы полностью вам доверяем. Постарайтесь сконцентрироваться на задании и не уделять внимания второстепенным задачам.
Ли внимательно посмотрел на Артура:
– Скажите честно, вы хоть немного боитесь?
Артур усмехнулся:
– Чего я должен бояться?
– Вы боитесь смерти?
– Самурай должен прежде всего постоянно помнить – днем и ночью, когда он берет палочки, чтобы вкусить новогоднюю трапезу и до последней ночи старого года, когда он платит свои долги, – что он должен умереть. Вот его главное дело.
