Я проснулся, глянул на часы: 12 часов дня, суббота. Впрочем, день недели меня интересовал меньше всего. Я был вольным работником – хотел, работал; не хотел – не работал. На жизнь у меня хватало. Всё как-то удачно складывалось. Не поступив в институт, я был призван в армию. Со своими способностями, о которых, как я думаю, военкомат знал ещё до призыва, я попал в часть специального назначения. Учебка выбила из меня всю гражданскую дурь, приучила к дисциплине, а ряд специальных программ, которые я изучил, научил меня обращать внимание на мельчайшие детали, сохранять полный контроль в сложных ситуациях и быстро принимать решения. Потом были командировки в «горячие точки».
Пролетело два года. Моя невеста Лара прождала меня неделю, а за время моей службы успела дважды выйти замуж. Сначала за моего друга Сашку, который поступил в строительный институт и гордился тем, что скоро станет инженером. Однако, будучи студентом, он не мог обеспечить Ларе ту жизнь, которую она хотела. Она бросила его и вышла замуж за успешного бизнесмена, которого быстро подчинила своей воле. Он владел сетью модных бутиков, но вскоре Лара, имея экономическое образование, фактически взяла управление бизнесом в свои руки. Я же остался на сверхсрочную службу, связанную с постоянными командировками.
Тут сюрприз преподнесла мама: она вышла замуж за француза и уехала в Ниццу. Мне в наследство досталась двухкомнатная квартира в центре города, в аварийном доме. Вскоре дом решили снести, и мне предложили переселиться в новый район, в современную трёхкомнатную квартиру. Благодаря связям и помощи друзей отца, я получил квартиру на шестом этаже двенадцатиэтажного дома. Сашка, первый муж Лары, чувствуя себя виноватым за то, что увел её у меня, организовал евроремонт в моей новой квартире. Его новая жена Алла, дизайнер по образованию, предложила три варианта дизайна. Я, однако, не стал принимать их жертву и полностью оплатил все работы, включая изготовление мебели на заказ.
Ангел-хранитель, казалось, продолжал оберегать меня. На втором курсе заочного обучения я начал писать компьютерную программу, которую совершенствовал два года. Благодаря связям нового мужа мамы, её купила солидная британская компания за миллион евро, предложив мне работу. Теперь я мог вообще не работать, если бы захотел. Вот так всё сложилось к этому дню.
Я окончательно проснулся, сделал зарядку, умылся и открыл холодильник. Вспомнились строки Юрия Визбора:
И граф встаёт. Ладонью бьёт будильник,
Берёт гантели, смотрит на дома
И безнадёжно лезет в холодильник,
А там зима, пустынная зима.
Холодильник был пуст, и я отправился в супермаркет. Через 20 минут я уже бродил между полок, толкая перед собой тележку. В магазине я заметил красивую женщину, которую уже видел раньше. Она жила в соседнем доме, и я не раз замечал её в окно. С ней была девочка лет пяти. Они стояли у полок, выбирая что-то подешевле. Я невольно услышал их разговор:
– Мама, смотри, какие вкусные конфеты! Давай возьмём?
– Настенька, у нас не хватит денег.
– А давай не будем макароны брать? Тогда хватит.
– А что мы есть будем? Конфетами не наедимся. Вот скоро я пойду работать, получу зарплату, и тогда купим тебе целый килограмм таких конфет.
– Но тебя опять не примут, как в прошлый раз. А меня уже и в садик не берут, потому что мы должны.
– Примут, я постараюсь. И с садиком вопрос решим.
Женщина при этом сильно кашляла. Я посмотрел на конфеты, которые приглянулись девочке, выбрал сорт получше и положил в свою тележку. Поняв, что они берут дешёвые продукты не от хорошей жизни, я собрал ещё один пакет: масло, колбасу, сыр и другие продукты. Подойдя к кассе, я увидел, что у них не хватает денег. Тогда я предложил кассиру:
– Посчитайте и мои продукты, я за всё заплачу.
– Нет, не надо, – заговорила женщина. – Я не могу принять такую жертву.
– Это не жертва, – возразил я. – Мы соседи. Подождите меня на упаковке, и мы всё уладим.
Расплатившись, я подошёл к столу для упаковки и разложил продукты в два пакета. Она пыталась отказаться, но я настоял. Мы вышли из магазина и направились к нашим домам. Я шёл впереди, рядом семенила Настя, а её мама постепенно отставала. Проходя мимо детского сада, Настя сказала:
– Вот мой садик, вон моя группа. Только сегодня выходной.
– Ага, – подхватил я. – Завтра тоже выходной. А через месяц Новый год, и будут каникулы.
– Неправда, в садиках каникул не бывает. А папы у меня нет, я с мамой вдвоём.
– Ну, про садик ты права, каникул не бывает.
Я обернулся к её маме:
– Кстати, меня зовут Сергей. Живу в том доме, в 316 квартире на шестом этаже.
– Меня зовут Алёна, – ответила она, кашляя. – Как только будут деньги, я с вами рассчитаюсь. Мы живём вон в том доме, подъезд 2, квартира 218.
– Алёна, во-первых, не спешите. Я не обеднею. Во-вторых, давайте уже перейдём на «ты».
– Спасибо, что проводили. Тут мы дойдём сами.
– Нет, я доведу вас до подъезда. Мне полезна прогулка.
Ещё в магазине я заметил мужчину, который следил за Аленой и Настей. Теперь он шёл за нами, но, войдя во двор, свернул к стоянке и сел в машину. Я разглядел ещё одного человека в салоне. Доведя Алену до подъезда, я вручил ей пакет с продуктами. Она пыталась возражать, но я поставил пакет в коридор и ушёл.
На следующее утро меня разбудил настойчивый звонок в дверь. На пороге стояла Настя в распахнутой куртке, с заплаканными глазами.
– Мама заболела. Она сказала, что встанет, сварит мне кашу, но не встаёт. Я её будила, а она не просыпается.
Я мгновенно собрался, подхватил Настю на руки и побежал к ним. Во дворе я заметил, что машина с теми двумя мужчинами всё ещё стоит на стоянке. В квартире Алёна лежала на диване в ступоре, с высокой температурой. Я вызвал «Скорую помощь», представившись её мужем, чтобы ускорить процесс. Врач диагностировала пневмонию и сказала, что Алену нужно срочно госпитализировать. Я отнёс её в машину «Скорой», а затем вернулся за Настей.
Дома я покормил девочку и решил разобраться с теми, кто следил за Аленой. Подойдя к машине, я сел сзади и приставил пистолет к голове одного из мужчин.
– Кого вы тут пасёте без моего разрешения?
– Ты нам не нужен.
– Кто нужен и в чём дело?
– Это долгая история.
– У меня есть время.
Он рассказал, что Алёна удочерила Настю, дочь погибшего сына местного криминального авторитета по прозвищу Князь. Князь хотел забрать Настю, но Алёна сопротивлялась. Чтобы сломить её, он создал вокруг неё «вакуум». Не давал работать, отпугивал потенциальных женихов. Теперь они следили за ней, ожидая, когда она сдастся.
Я получил адрес Князя и вернулся домой. Теперь предстояло решить, как защитить Алену и Настю от этой угрозы.
Мне многое стало понятным. Дома я одел Настю, переоделся сам, составил список необходимых товаров для неё и для Алёны в больнице, и мы поехали по магазинам.
В магазине Настя увидела большую куклу и не отрываясь смотрела на неё. Перехватив её взгляд, я попросил продавца завернуть нам и эту куклу. На что Настя, взяв меня за руку, шёпотом сказала:
– Папа Серёжа, она же очень дорогая.
– Ну, ты же её заслужила, маме помогла. Так что бери.
Настя схватила куклу, её глаза светились от счастья, и она сказала:
– Не надо её в коробку, я так понесу.
Вечером, около 19:00, мы приехали в больницу. Там пришлось немного подсуетиться, но нас пропустили к Алене, которая уже пришла в себя и порывалась уйти домой. Мы прошли на третий этаж, накинув белые халаты, и оказались в конце коридора, где стояла койка, на которой лежала Алёна. Мне, конечно, это не очень понравилось. Подойдя к ней, я увидел, как она слабо улыбнулась, увидев Настю с куклой, и попыталась сесть, но сил у неё явно не было. Поэтому я сказал:
– Лежи, не вставай!
Посадил Настю на стул возле кровати и сказал:
– Сейчас подойду.
Я пошёл на пост. Там выяснил, кто лечащий врач Алёны. Мне повезло – она была на дежурстве и находилась в ординаторской. Зайдя туда, я увидел уставшую женщину в белом халате, которая заполняла бумаги. Я представился как муж Алёны и спросил, как у неё дела. Выслушав поток упрёков в мой адрес (что я не жалею жену), я узнал, что она болеет серьёзно, и врач скорой помощи поставила верный диагноз. Я спросил, нельзя ли перевести Алену из коридора в нормальную палату. Врач пояснила, что больница переполнена, много пациентов с простудными заболеваниями, и свободны только VIP-палаты, но они дорого стоят.
– Куда внести деньги и сколько? – спросил я.
Она назвала сумму за сутки и сказала, что деньги можно отдать ей, а она сама внесёт их утром в кассу. Не раздумывая, я отсчитал нужную сумму за месяц, приложил сверху 500 евро и сказал:
– Вот деньги. То, что сверху, – это ваше, только переведите её немедленно. И скажите, какие лекарства ей нужны. Составьте список, я завтра всё принесу.
После этого я вернулся к Алёне. Она по-прежнему лежала и что-то говорила Насте. Я подошёл, улыбнулся и сказал, что её должны перевести в нормальную палату. И действительно, вскоре подошла медсестра с каталкой и сообщила, что Алену переводят. Чтобы не утруждать её перекладыванием с койки на каталку, я взял её на руки и сказал медсестре:
– Показывайте, куда нести? И возьмите её пакеты с одеждой и продуктами, которые мы принесли.
Нести было недалеко. Мы вошли в боковой коридор, где находилась небольшая одноместная палата, оборудованная современными средствами медицины, с телевизором и кнопкой вызова. Я аккуратно положил Алену на кровать и укрыл её одеялом.
Алёна пролепетала:
– Спасибо. Мне так неудобно, и за Настю я так боюсь.
Настя ответила:
– Ой, мама, а за меня-то чего бояться? Мне папа Серёжа вот новые сапожки купил и курточку тёплую, она в гардеробе осталась. И ещё много чего в машине лежит. И куклу.
– Сергей, может, кукла была лишнее? Я же с тобой не рассчитаюсь.
– Ну вот ещё, это же такой восторг у неё вызвало.
– Скажи, а в эту палату как я попала? Ведь это дорого.
– Ты меня обижаешь. И потом, о деньгах не думай. Выздоравливай быстрее, и всё наладится. Завтра, после детского садика, я с Настей к тебе опять приеду. В пакете, когда станет легче и окрепнешь, оденешь спортивный костюм. Там же лежит халат, новые ночные рубашки и прочие женские принадлежности, а также массажная расчёска. И не смущайся. Всё это жизнь.
В это время в палату вошла врач и протянула мне список лекарств, которые необходимо приобрести. Я бегло пробежал глазами по списку и сказал:
– Без проблем. Завтра будет.
Следом вошла медсестра с капельницей – наступило время вечерних процедур. Мы попрощались с Алёнкой и поехали домой.
Семь утра. Я проснулся, так как заказал себе это время. Это какое-то отдельное чувство организма, когда человек может проснуться в то время, когда ему надо. Или если наступает опасность, о которой он не подозревает. Проснулся я теперь не один, и заботиться надо было не только о себе. Потихоньку прошёл по коридору, заглянув по дороге в гостевую комнату, где спала Настя, обняв куклу.
Прихватив ночной горшок, я прошёл в ванну, вымыл его, умылся, сделал перед зеркалом несколько энергичных движений, как будто сделал зарядку, и отправился на кухню. Там я налил 200 граммов молока, разбавил 200 граммами воды, кинул щепотку соли и сахара, поставил на плиту. Пока грелась вода с молоком, я насыпал в чашку 5 столовых ложек сухой манной каши. Видя, что жидкость начинает закипать, взял венчик и начал мешать, одновременно всыпая манку из чашки. В это время в кухню вошла сонная Настя с куклой. Взобравшись на мягкий угловой диван, она спросила:
– А что ты там готовишь? Я ведь в садике позавтракаю.
– Это понятно, но лёгкий перекус тебе не повредит. А раз ты проснулась, давай умываться, посети туалет, а потом, как я закончу варить кашу, будем делать детскую зарядку. Куклу пока оставь со мной, она за кашей приглядит. Хорошо?
Настя сползла с дивана и пошла в ванну. Послышалось журчание воды – она умывалась. Я продолжал мешать венчиком кашу, которая вскоре загустела и дошла до нужной консистенции. Через 6 минут я снял её с плиты, добавил масло и накрыл крышкой. Манная каша была готова.
В это время в ванной разыгралась целая водяная феерия. Я успел вовремя перекрыть воду, быстро снял с Насти мокрую пижаму и трусики, вытер её банным полотенцем, занёс в комнату, где переодел в сухое, и повёл в зал делать зарядку. Пока я с ней возился, она возмущалась, что кран в ванной непослушный, а душ напал на неё и начал её поливать. Кое как успокоил её, сказав, что поговорю с ними, и они так больше поступать не будут. Для себя я сделал вывод, что на первых порах надо присутствовать при её умывании.
Потом был лёгкий завтрак: манная каша, чай с булочкой, и сборы в детский сад. В детском саду, расположенном в 50 метрах от дома, я выслушал нотацию от воспитательницы о том, что за дочкой надо следить: своевременно обновлять ей одежду по сезону и вовремя оплачивать услуги детского садика. Я сказал, что мы случайно потеряли счёт на услуги, и попросил выписать новый, пообещав оплатить его сегодня. Попрощавшись с Настей, я отправился на квартиру Алёны и Насти, ключи от которой были у меня. Машина с наблюдателями по-прежнему стояла на стоянке. Ещё вчера я связался с Александром и Аллой и предложил их фирме работу по ремонту трёхкомнатной квартиры.
В ожидании супругов я пересмотрел все три комнаты. Жили они небогато, ценного ничего не было. В дальней комнате лежали счета ЖКХ и уведомления о том, что за неоплату им скоро отключат свет. Одежда Алёны, висевшая в шкафу, вышла из моды лет пять назад. Постельное бельё было чистым, но уже нуждалось в замене. Вообще в комнатах было чисто, чувствовалась заботливая женская рука. Окна были помыты. Холодильник каменного века, стоявший на кухне, не работал. Продуктов в нём не было. То, что я купил для них, лежало на незастеклённом балконе. Единственное, что удалось найти, – это фотоальбомы и документы об удочерении, различные свидетельства об окончании учебных заведений, свидетельства о смерти, как я понял, родителей Алёны и её сестры. Я сложил найденные документы и фотографии в большую сумку, и в это время пришли Сашка с Аллой. Они спросили, что будем делать. Я обозначил фронт работ: замена всей электропроводки вместе с электроплитой, замена всех систем отопления, кранов в ванной и на кухне, замена унитаза и раковин. Полная отделка потолков, оклейка стен обоями в комнатах. Кафель в ванной, туалете и на кухне. В общем, капитальный ремонт. А по окончании – замена всей мебели на ту, которую они могут предложить, предварительно согласовав со мной эскизы. Ремонт нужно делать с учётом того, что здесь живёт ребёнок – девочка пяти лет, у которой своя комната. Сроки – до 25 декабря. Сашка только и сказал:
– Офигеть.
– Что, это нереально?
– Ну почему, всё реально, но дорого.
Я сказал:
– Аванс, который назовёте, перечислю сегодня. Если вы подсчитаете, сколько всё это стоит, то могу сегодня и рассчитаться полностью, поскольку знаю вас, то вы меня не подведёте.
Мы ударили по рукам, и я ушёл, оставив им ключи от квартиры.
Вернувшись домой, я через интернет оплатил все долги Алёны по ЖКХ и детскому садику. После этого я оделся в лёгкую полуспортивную одежду, не стесняющую движений, вышел на улицу, завёл машину и поехал на встречу с Князем.
Князь, личность полулегендарная. Его знали все и боялись. Он держал в городе целый ряд сомнительных заведений. Многие бизнесмены отстёгивали ему за возможность жить и работать спокойно. И надо сказать, он обеспечивал это спокойствие. Неоднократно судимый, Князь, занимаясь криминалом, старался всегда оставаться в тени. Своих «работников», попавших в тюрьму, он щедро поддерживал в «зоне» и обеспечивал нормальную жизнь их семьям на воле. Подступиться к нему было сложно, но я не зря просидел полночи в интернете.
Не спеша проехал мимо дома Князя, оценил систему охраны и убедился, что её незаметно преодолеть нельзя. Только в детективах можно проникнуть на охраняемую территорию с заднего двора, в жизни это далеко не так. Поэтому развернул машину, на которую повесил липовые номера, подъехал к калитке и позвонил.
– Кто там?
– Человек. Мне нужно срочно переговорить с Князем.
– Тут такого нет.
– Значит, с хозяином этого дома.
– По какому вопросу?
– Это я сам ему скажу, но думаю, ему будет достаточно интересно.
Наступила тишина. Минуты через три щёлкнул замок, и дверь открылась. Я прошёл по тропинке, меня никто не встречал. Из углового домика вышел мужчина и показал рукой на дверь основного дома. Поднявшись по крыльцу, я вошёл в дом, прошёл прихожую и попал в зал, где за накрытым столом сидел мужчина. С правой стороны на столе у него лежал пистолет. Я его сразу узнал, поскольку видел его фотографию в интернете.
– Ну и что мне будет интересно? – спросил он.
Я решил особо не наглеть, чтобы не нарваться с ходу на пулю. Тем более я слышал, как следом за мной кто-то вошёл и стоит чуть сзади, слева от меня, а ещё один находился за шторкой. Поэтому я спокойно сказал:
– Я буду говорить без лишних ушей.
– Среди моих людей предателей нет.
– Знаю. Но, как известно, предатели как раз и появляются среди близких и родных людей. Вот среди врагов предателей нет.
– Философ?
– Нет, не философ. Просто пришёл к умному человеку, немало повидавшему на своём веку и, благодаря своему уму, достигшему определённого положения.
Князь ответил в тон мне:
– И до сих пор живому, потому что не верил бреду незнакомых людей. Тем не менее, все испарились, а ты присаживайся.
Он указал на стул в конце стола. Человек за моей спиной беззвучно исчез, так же без шума из-за ширмы вышел второй со стволом в руке и ушёл в дверь за спиной Князя. Князь приказал:
– Говори!
Я сел на указанный мне стул и, не спеша, чтобы он видел, достал ручку и листок бумаги, на котором написал «Настя», а вслух сказал:
– Есть предложение по реализации ветеринарных препаратов, а также средств защиты растений и удобрений. Рынки очень интересны и работают не только на всю Россию, но и на весь мир.
Князь, прочитав послание, вернул мне лист и ответил:
– И что там интересного? Ты что, типа, специалист по сельскому хозяйству, агроном и ветеринар в одном флаконе? Впрочем, пойдём ко мне в оранжерею, посмотришь, как зимой цветут у меня цветочки. И что им надо. Но если совет будет неверный, тобой и удобрю оранжерею.
Он встал, пистолет со стола исчез в его кармане, и двинулся к ещё одной двери. Я пошёл следом. Миновав несколько поворотов, мы вошли в оранжерею. Там он сказал:
– Тут нет микрофонов, знаю точно. А вот в доме ФСБшники и МВДшники нашпиговали всё солидно, даже в дальнике два нашли. Тут мы одни. Зачем пришёл? Или кто-то тебя послал?
– Никто не посылал. Но ты слывёшь человеком умным и понятливым. Скажи, жену свою ты любил?
– У меня нет жены. И не было.
– Да, я знаю. Официально не было. Но ты любил ту женщину, что погибла в катастрофе и оставила тебе сына десяти лет?
– Кому это интересно?
– Хорошо, следи за моей мыслью. Жена погибла в автоаварии, виновных нет. Вернее, виноват водитель машины, который её вёз, но и он погиб. Сын садится на восемь лет из-за разборки, в которой принял участие. Причём у ментов были все доказательства его причастности, и даже нашёлся ствол, который он, как вроде бы, скинул. Его девушка, родившая ему дочь, погибла при переходе улицы, успев оттолкнуть коляску с ребёнком. Машина оказалась в угоне, убийцу не нашли. Но, похоже, что-то не сработало, и твой сын был убит в зоне. Как я знаю, убийцу тоже не нашли. И это всё – близкие тебе люди. И, как я понимаю, твой сын что-то понял, и потому его заставили замолчать. На очереди Настя. Стоит ей появиться в твоём доме – начнётся охота на неё. Кто-то из твоего окружения, близкий человек, зачищает всё вокруг тебя, делает тебе больно. Причём давно, если учесть, что цепочка смертей началась с твоей жены, а это было очень давно. Да, я понимаю, что она не жена, но памятник из мрамора, который ты поставил ей, а потом рядом и сыну, о многом говорит. И вообще, ты давно уже не молод. В случае твоего ухода начнётся передел созданной тобой империи твоими ближайшими помощниками. Лишних при разделе они не потерпят. Как, впрочем, и твои конкуренты, с которыми ты «по-братски» поделил город. Эти вообще волки – они не пощадят никого. Вот и решай: отбирать Настю у Алёнки и обречь, или оставить их в покое и сделать всё, чтобы ничто не указывало на твоё родство с ней, и дать ей спокойно жить.
Князь задумался. Затем сказал:
– В сказанном тобой что-то есть. Но мне надо всё это обдумать. В связи с гибелью моих близких я поручал провести расследование. Но его проводили мои люди. А, как ты сказал, предатели появляются и существуют только среди своих. Их не бывает среди врагов. Ну, на то они и враги. Я дам тебе телефон. И запомни: если я или кто-то однажды позвонит по нему, и чтобы ни говорил я по телефону или тот, кто позвонит, – бросай всё, хватай Настю, ну и свою Алёнку, и прячься. Куда – мне не говори и никому не говори. Если позвоню, это будет значить только то, что пришла беда. Что касается нашей связи, когда надо будет, к тебе подойдёт проверенный человек и даст телефон для разговора со мной. А теперь до свидания. Твоё предложение по ветпрепаратам и средствам защиты растений и удобрениям меня не интересует. Скажу так: этот рынок давно уже поделён.
Мы зашли в дом. Там Князь из сейфа достал телефон в упаковке с зарядным устройством и передал мне, отметив что-то в записной книжке, которую тут же спрятал в сейф. Я вышел на улицу и прошёл к калитке, которая открылась при моём приближении. Сев в машину, проверил регистратор, а также скрытые системы фиксации, поскольку не хотелось, чтобы мне сделали какую-либо подлость. Отъехав в укромное местечко, сменил номера, повесив подлинные, и спокойно возвратился домой, но по дороге проверял, нет ли за мной хвоста.
Уже на подъезде к дому зазвонил телефон. Звонил старинный друг, с которым мы прошли огонь и воду. Он имел доступ к различным дефицитным лекарствам и сказал, что весь перечень, который я заказал, сбросив ему поздно вечером список в WhatsApp, уже скомплектован. Я мог забрать лекарства у него. Поскольку забирать Настю из детского сада было ещё рано, я развернулся и через полчаса был у друга. Забрал лекарства, рассчитался и сразу поехал в больницу к Алёнке. Передал лекарства, хотел зайти к ней, но она спала. Медсестра посоветовала не беспокоить её. Я поехал домой и до 16:30 занимался домашними делами. Затем сходил в детский сад за Настей. Счастливая, она одевалась и лепетала без умолку, но вдруг, став серьёзной, спросила:
– А мы к маме пойдём?
– Конечно, пойдём. Ты уже соскучилась?
– Да, я соскучилась. И я яблоко ей взяла, нам давали на полдник. Оно вкусное, и ей понравится. А ещё у нас будет утренник, будут давать приз за лучший костюм. Только у меня нет никакого. Мама бы что-нибудь придумала.
– Ну, это ты зря. Яблоко надо было съесть, а маме я купил и апельсины, и яблоки, и гранаты, и бананы. Ты умная девочка, мы маме их отдадим, а сами есть не будем, даже если она предложит. Пусть сама кушает, ей витамины нужны. И нам я купил, но всё это оставил дома. А насчёт костюма на утренник – ну, мама не может нам помочь, придумаем сами.
Мы сели в машину и поехали с Настей в больницу. Поскольку меня там уже знали, а Алёна лежала в VIP-палате, проблем с посещением не возникло. Мы вошли к ней. Она не спала, увидев нас, присела на кровати. Алёна была одета в спортивный костюм, который ей очень шёл. Волосы были аккуратно расчёсаны, лёгкий, не совсем здоровый румянец делал её очень привлекательной. Но, поскольку температура не спадала, она пока мало вставала – только при необходимости, а большую часть времени спала. Этому способствовали и лекарства, имевшие снотворный эффект. Алёна рассказала, что ей ставят капельницы, а сегодня принесли ещё кучу препаратов – уколы и таблетки. Начали новый курс лечения. Она обрадовалась фруктам, которые я принёс, и хотела накормить Настю, но та стоически отказалась, сказав, чтобы мама ела всё сама, потому что там витамины, а они ей нужны.
Незаметно пролетело два часа, и мы засобирались домой. На выходе из больницы я увидел «кренделя», который вёл скрытое наблюдение за Алёной и Настей. Ранее я допрашивал его в машине. Он помахал мне рукой, подзывая к себе. Я с Настей подошёл, он протянул мне телефон, сказав:
– С тобой хотят поговорить.
– Алло.
Мне ответил Князь:
– Привет. Слушай, мы так и не познакомились, ты мне даже имя своё не сказал. Впрочем, это может быть и к лучшему. Я хочу встретиться с тобой и увидеть племянницу Настю, само собой, в режиме тайны. Ты знаешь торговый центр на Владимирской? Там есть детское кафе с игровой площадкой. Приезжай сейчас туда, я буду тебя ждать.
Он положил трубку. «Крендель» сказал мне:
– Ты знаешь, нас сняли, и больше мы за тобой, Алёной и Настей не наблюдаем. Спасибо за то, что никому не сказал про меня.
На этом мы с ним расстались. Я с Настей сел в машину и поехал в торговый центр, где мы прошли в детское кафе. Купил ей пирожное с лимонадом, себе взял кофе и сели в уголке. Настя быстро расправилась с пирожным, отпила лимонад и попросилась на детскую площадку. Я отпустил её. Только она отошла, как на её место сел Князь. Я заметил его раньше, как только мы вошли в кафе. Он со стороны внимательно наблюдал за Настей и мной. В руках у него был объёмный дипломат. Он сказал:
– Вынужден признать, вероятнее всего, ты прав. Возле меня всю жизнь сидит крыса, которая устраивает пакости, из-за которых страдаю я. Теперь я сам начал поиски, и выяснить, кто это, вопрос непродолжительного времени. И совершенно точно ты прав в том, что я стар, и скоро мне придётся оставить дела. Тогда да, начнётся передел. А это всегда кровь. И мне не поднять и не защитить Настю. К тому же она девочка, а сына для такого наследства, как у меня, больше нет. Алёну больше не будут преследовать. А тебе я верю. Вот дипломат. В нём полтора миллиона евро наличными. Рассчитайся с теми, кого нанял сделать ремонт в квартире. Миллион отдашь Насте после 18 лет. Недолго осталось, но я могу не дожить. А всё, что в чемодане сверху, – это компенсация Алёне за неудобства, причинённые ей. И скажи ей, что за смерть сестры тот, кто организовал, ответит. И пусть простит меня. Какие планы у тебя с Алёной?
– Пока никаких планов. Сегодня я просто друг. Но скажу честно, она мне нравится, но ухаживать пока не получается – она заболела. И даже не знаю, как она на всё отреагирует.
– Ты парень настойчивый, видный, у тебя всё получится. Голова у тебя есть. Телефон мой выброси. А теперь прощай, а то моя охрана с ума сойдёт.
Князь встал, прошёл немного вперёд и посмотрел на детскую площадку, где Настя пыталась справиться с хула-хупом. Кольцо было велико, и оно ей никак не поддавалось. Я помахал ей рукой, взял дипломат и Настину куртку, прошёл на площадку. Мы поехали домой.
Постепенно жизнь входила в свою колею. Я втянулся в то, что жил не один, и у меня появилась ежедневная забота о пятилетнем ребёнке, которого нужно было кормить, оберегать, умывать, обеспечивать совместный досуг, сопровождаемый обучающими играми. Время забирали и ежедневные посещения Алёнки в больнице. Иногда я забегал к ней дважды в день, но обязательным для меня было вечернее посещение с Настей. Лекарства делали своё дело, и Алёнка постепенно приходила в норму. Когда она набрала немного сил, то стала рваться домой. Чтобы Алёна была немного ближе к нам, я купил два современных смартфона: один для Насти, а второй для Алёнки. Я выполнил все необходимые настройки, установил программы для отслеживания их местонахождения и активации устройств удалённо в случае необходимости. В один из дней мы пришли с Настей к Алене в больницу, и я сделал им подарок, вручив смартфоны. Сказал краткую речь:
– Девочки, чтобы я всегда мог вас найти, а вы меня, дарю вам чудеса современной техники, которые могут многое: фотографировать, снимать видео, искать в интернете всякую всячину, переписываться с друзьями. Для Насти, которая уже освоила букварь и научилась читать, это особенно полезно. А главное – можно общаться в любое время. Дарю вам смартфоны.
Алёна в ответ сказала:
– Спасибо, Серёжа, но мне стыдно. Я ведь и кнопочным телефоном никогда не пользовалась, а тут смартфон.
Пришлось провести для них урок по пользованию смартфонами. Надо сказать, Алёна освоила его быстро, а у Насти получалось так, будто она с ним родилась. Смущаясь, Алёна спросила:
– Сколько стоит это чудо техники?
– Алёна, это подарок, который к тому же обеспечит небольшую надежду на безопасность твою и Насти. Он всегда поможет мне быстро сориентироваться и прийти к вам на помощь в трудную минуту. А про деньги не думай, это мой подарок.
О том, что дома шёл капитальный ремонт, она не знала. Не говорил я этого и Насте. Но однажды Настя, глядя в окно, прибежала ко мне и сказала, что у них в комнате горит свет и какие-то дядьки что-то делают на балконе. Пришлось её успокоить:
– Пока мамы нет, там делают небольшой ремонт и утепляют балкон. Чтобы тебе с мамой было теплее жить зимой.
– А ты что, с нами жить не будешь?
– Ну, это уже как мама решит. Но мы об этом подумаем, когда она выпишется из больницы.
– Теплее жить зимой? А летом? У нас ведь в квартире будет жарко.
– Ну, будет жарко – можно открыть балкон, а в случае чего – включить кондиционер. Там поставили точно такой же, как у меня. Видишь большой белый ящик с вентилятором и трубкой, который висит возле вашего балкона? Это ваш кондиционер. Но мы маме ничего не скажем. Это будет для неё подарком за то, что она смогла побороть болезнь.
В день выписки Алёны позвонила Алла и сказала, что она с Сашей ждёт меня на объекте, поскольку ремонт был завершён. Настя была в детском садике, а я быстро оделся и прибежал в соседний дом. Выполненные работы мне понравились, и замечаний не было. Алла, по моей просьбе, укомплектовала квартиру постельными принадлежностями и кухонной посудой. На кухне возвышался двухметровый двухкамерный холодильник. Под одной столешницей вместе с мойкой была смонтирована посудомоечная машина. Очень удачно вписался мягкий угол со столом, не говоря уже о различных навесных шкафчиках. В ванной установили душевую кабину вместо ванны и удачно разместили стиральную машину. Особую гордость Аллы вызывала спальня, где было сделано всё для комфорта женщины, и детская комната.
За день до выписки я объехал магазины женских товаров. Поскольку Алену увезли в больницу в чём мать родила, я, зная её размеры, приобрёл тёплую зимнюю одежду: рейтузы, свитер, зимние сапоги и кроссовки, меховую шапку, шарфик. Кроме того, мне приглянулся женский джинсовый костюм, и такой же я подобрал для Насти.
Оценив выполненные работы, я решил затарить холодильник продуктами и заодно купить долгосрочные продукты: крупы, соль, сахар. Что и сделал. После этого зашёл за Настей в детский сад, и мы поехали к Алёне. Настя, очень гордая своим смартфоном, позвонила по дороге маме и сказала, что мы скоро будем и заберём её. То, что она будет дома, приводило Настю в восторг. Она сообщила шёпотом, чтобы я не слышал, что мама может присутствовать на новогоднем утреннике в детском садике вместе с папой Серёжей, где она будет в новом платье Снегурочки и с короной.
В больницу мы прошли знакомым маршрутом. Я занёс тёплые вещи Алене, оставил там Настю и, не дожидаясь вопросов по принесённым вещам, сказал:
– Пойду с лечащим врачом пообщаюсь, а ты пока переодевайся. Настя тебе поможет. Больничные вещи сложите в пакет, дома постираем.
После этого я прошёл в ординаторскую. Лечащий врач приняла меня благосклонно и рекомендовала свозить супругу в санаторий, где лечат органы дыхания. Недорогие, но качественные санатории она назвала в Беларуси. Сказала, что там нет ширпотреба, обновлена материальная база санаториев, очень грамотный врачебный персонал. Особенно хорошо в этом плане смотрится санаторий «Неман-72» в Гродно. Там рядом река Неман и лес вокруг самого санатория, можно спокойно гулять и дышать свежим воздухом, а также проходить различные процедуры. По органам дыхания там предлагается комплекс лечебных мероприятий, что, несомненно, поможет моей супруге после перенесённой острой пневмонии. Окрылённый новой идеей, я поспешил за Алёной и Настей.
Я вошёл в палату, где лежала Алёна. Она уже надела принесённые ей тёплые вещи. Настя восхищённо смотрела на маму и сказала, обращаясь ко мне:
– Какая же у меня мама красавица!
– Ну, мамы у всех красивые, а наша мама – краше всех.
Алёна задумчиво посмотрела на меня и сказала:
– Нам надо будет серьёзно поговорить, причём о многом. И я уже не знаю, сколько я тебе задолжала.
– Алёна, ну ты опять о пустяках. Никто никому ничего не должен. А поговорить надо.
В палату вошла врач. Мы тепло попрощались с ней и пошли к машине. В машине я предложил съездить в детское кафе в торговом центре и отметить выздоровление Алены. Настя сказала:
– Да, мы поедем!
Алёна возразила, сказав, что хочет быстрее вернуться домой. Решение было за мной, и я его принял. Мы поехали в детское кафе, потому что Настя вела себя очень хорошо и была послушной девочкой. В кафе взяли пепси и пирожные. Настя быстро справилась с угощением и побежала с моего разрешения на детскую площадку играть с хула-хупом. Алёна заметила:
– Интересно, Настя спрашивает разрешения у тебя, а не у меня.
– Ничего страшного. Она хорошая и умная девочка и обращается к тому из нас, кто разрешит то, чего она хочет.
– Похоже на это. Но нам нужно будет поговорить.
– Я знаю, ты мне это в больнице сказала. Дома и поговорим, а сейчас отдыхай и помни: завтра у Насти утренник, на котором она должна быть самой красивой с самой красивой мамой на свете. С Дедом Морозом и воспитателями я уже договорился.
Посидев в кафе ещё около часа, мы приехали домой. Я остановил машину, протянул Алене ключи от двери, сказал, что двери заменили. Сам взял вещи и пакеты из больницы, и мы поднялись на лифте на этаж. Остановились перед дверью, которую Алёна не узнала. Я взглядом указал, какой нужен ключ. Она открыла дверь и вошла в коридор. Включили свет, и Настя первой помчалась по квартире, даже не сняв обуви. В комнатах было темно, и я едва успевал идти за ней, включая везде освещение. Алёна застыла на входе в зал, откуда была видна кухня, и сказала:
– Боже мой, я с тобой всю жизнь не рассчитаюсь.
Я разделся, помог раздеться и ей, отловил Настю, стянул с неё курточку, всё развесил в прихожей во встроенном шкафу. Пока они ходили по комнатам и всё рассматривали, я прошёл в ванну, помыл руки и направился на кухню. Поставил в микроволновку приготовленное заранее картофельное пюре и сардельки, накрыл стол, открыл бутылку сухого вина и позвал:
– Девочки, идите ужинать. В кафе пирожными наверняка не наелись.
Они тут же пришли. Я отправил их мыть руки, после чего усадил за стол. Наложил картофельного пюре с сардельками, налил в бокалы для Алёны и себя сухого вина и провозгласил тост: «За здоровье Алёны!» Выпили, перекусили. Настя, увидевшая большой телевизор в зале, отпросилась посмотреть мультики. Как обращаться с телевизором, она знала – научилась у меня дома. Когда Настя вышла, Алёна предложила:
– Давай поговорим.
После чего рассказала мне свою нехитрую историю, которую я уже практически знал. В конце она сказала:
– Я понимаю, что они пойдут на всё, чтобы забрать у меня Настю, но я не отдам. Тебя они тоже подослали, потому что до этого у них ничего не вышло. Я понимаю, что сейчас загнана в долги, которые мне не отработать, но и телом своим я тебе платить не собираюсь. Хоть ты, наверное, и спланировал сегодня романтическую ночь. Ничего не будет. А потому – уходи.
Слушая её, я видел, что у неё на глазах собрались слёзы, и она вот-вот заплачет. Сказал ей:
– Алёнка, я в тебя влюбился с первой нашей встречи. Настя мне стала как родная, и её, и тебя я никому не отдам. Всё, что было с вами, уже в прошлом. Хотя да, верить этим людям нельзя. В кровать к тебе я не напрашиваюсь, потому что мы должны немного пообщаться, узнать друг друга и только потом принимать решение о совместной жизни. И ничего сегодня я и не планировал.
После этого я поднялся, оделся в прихожей. Настя выскочила из зала и спросила:
– Папа Серёжа, ты куда?
– Как куда? Домой, солнышко. Ты остаёшься с мамой.
– А на утренник ко мне ты придёшь?
– Ну конечно, я же и фотоаппарат возьму, да и платье Снегурочки принесу, оно же у меня дома. Ну всё, счастливо. Если что, звони. Алёна, спокойной ночи.
Не дожидаясь ответа, я повернулся и вышел.
В час ночи я сидел дома за компьютером и занимался рутиной: писал новую программу, идея которой пришла мне в голову совсем недавно. Неожиданно зазвонил мобильный телефон. Мелодия означала, что звонит Настя.
– Алло, Настя, что случилось?
Послышался шёпот Насти в трубку:
– Папа Серёжа, мама помыла посуду, уложила меня спать, сидит и плачет на кухне. Мне страшно.
– Не бойся, я сейчас всё решу. Клади трубку и спи.
Я набрал номер Алёнки:
– Доброй ночи. Извини, что беспокою так поздно, но я вижу, что ты на кухне сидишь, поскольку там свет горит.
– Ну, я ещё не легла спать.
– Зря, надо ложиться. Но раз не спишь, в общем, врач рекомендовала тебе санаторий и предложила белорусский санаторий «Неман-72». Я связался с санаторием по интернету и забронировал нам путёвки, но только после Нового года, с 10 января. Кроме этого, хочу сделать тебе и Насте подарок и встретить Новый год в Праге. Ехать надо через четыре дня. Думаю, мы там отдохнём до 9 января, а потом поедем в санаторий на 24 дня. Там ты пройдёшь полный курс лечения. Ну и мы с Настей процедуры попринимаем. Вопрос, сколько это стоит, мной не рассматривается и не принимается. И вообще, забудь о каких-либо денежных расчётах, между нами. Кстати, в спальне в тумбочке я положил тебе небольшую сумму на мелкие расходы, и это тоже не долг. И вообще, Алёнка, я понимаю, как тебе пришлось тяжело. Но я есть я, и никогда ни с каким криминалом связан не был. Принимай меня таким, как есть.
– Хорошо. А где твои родные?
– Мама вышла за француза, живёт в Ницце. Летом мы втроём её навестим. Отца я не помню, но помню его друзей. Они не были никакими криминальными авторитетами и судимыми. Давай так: завтра отведёшь Настю, зайдёшь ко мне, и я тебе расскажу свою биографию и то, чего ты ещё не знаешь. Потом вместе пойдём к Насте на утренник, а после поедем в детское кафе. Насте там нравится.
Алёна не отвечала, очевидно, взвешивая то, что я ей сказал. Затем она неуверенно ответила:
– Хорошо. В 7:55 я буду у тебя. Спокойной ночи.
Утром я проснулся в 7:00. Сел на кухне, позавтракал и начал обдумывать, какие проблемы могут возникнуть с организацией поездки в Прагу на Новый год. Времени было в обрез. Хорошо, что я заранее додумался сделать паспорт для Насти, и пока Алёна лежала в больнице, через знакомых, не бесплатно, его оформил. Теперь нужно было срочно решать вопрос с шенгенской визой для Насти и Алёны. У меня виза была на пять лет.
В 7:40 из дома вышла Алёна, держа за руку Настю, и они направились в детский сад. Через 15 минут она позвонила в мою дверь. Я помог ей раздеться, провёл на кухню и предложил лёгкий завтрак. Её глаза выдавали, что ночь была бессонной. Сев, напротив, я начал рассказ о себе и своей жизни, предупредив, что от неё у меня нет никаких тайн, и она может задавать любые вопросы. Я рассказал ей о встрече с Князем у него дома и в торговом центре, а также о том, что он передал для Насти дипломат с крупной суммой денег. На что она, вспыхнув, сказала:
– Эти деньги я не приму.
– Нет, Эти деньги не твои, а Насти. По сути, их тебе дал дед на воспитание внучки. Часть суммы – это не подарок, а просьба о прощении и компенсация за то, что ты пережила. Дед раскаивается в содеянном и просит прощения. И помни, его сын любил твою сестру, но всё сложилось не так. Он также просил передать, что человек, из-за которого погибла сестра, будет наказан. И ещё кое-что: я сделал Насте паспорт. Сейчас мне нужен твой паспорт для оформления шенгенской визы. Это нужно сделать сегодня, иначе нас не пустят в страны ЕС, включая Чехию.
– Но я ещё не решила, ехать ли куда-то. К тому же я никогда не выезжала дальше нашего города. А тут чужая страна…
– Поверь, там тоже живут обычные люди, и город очень красивый. И если ты снова заговоришь о деньгах, я просто обижусь.
– О деньгах я говорить не буду. Как ты сказал, у меня есть приличная сумма, и я могу рассчитаться с тобой и сама оплатить поездку в Прагу на Новый год.
– Я ещё не всё сказал. Год назад я разработал компьютерную программу, которую перекупила одна фирма из Великобритании по рекомендации моего отчима. За неё я получил сумму, сравнимую с твоей. Поскольку я веду правильный образ жизни – не пью, не гуляю по кабакам, даже не курю, – мои расходы небольшие, и сумма практически не уменьшилась. Поэтому сейчас ты сбегаешь домой, возьмёшь свой паспорт, а я возьму Настино платье Снегурочки с белыми сапожками и короной, а также фотоаппарат, и мы пойдём на утренник. После поедем в детское кафе.
Через полчаса мы уже сидели в украшенном зале детского сада, ожидая появления наряженных в праздничные костюмы детей. И вот, наконец, они появились. Впереди, гордо подняв голову, шагала Настя. Голубой костюм ей очень шёл, на голове красовалась корона, а на ножках были белые сапожки. Присутствовавшие на празднике фотографы начали щёлкать своими аппаратами. Я, воспользовавшись моментом, сделал несколько кадров, а затем попросил одного из фотографов снять меня с супругой и нашей дочкой в костюме Снегурочки на мой фотоаппарат, презентовав ему 20 евро.
Праздник шёл своим чередом. Дети, как всегда, звали Дедушку Мороза, который опаздывал, потом звали Снегурочку. Но больше всего меня и Алёнку поразила Настя, когда наступил её черёд читать стихи. Она встала под ёлочку на стульчик и, глядя на нас, прочитала:
Мама на папу глядит,
Улыбается,
Папа на маму глядит,
Улыбается,
А день самый будний,
Не воскресение,
И за окошком не солнце, а вьюга.
Просто такое у них настроение,
Просто они
Очень любят друг друга.
От этой любви и легко, и светло.
Мне с папой и мамой
Так повезло!
Закончив, она соскочила со стульчика, подбежала к нам и обняла меня и Алёнку, спросив:
– Вам понравилось?
– Конечно.
И счастливая Настя побежала к Деду Морозу за подарком. Алёнка спросила
– Сергей, это ты её научил этим стихам?
– Честно, для меня это было полной неожиданностью. Можно, конечно, её спросить, но не будем.
После утренника мы поехали сначала к моему знакомому, который был вхож в нужные места, оставили там паспорта Алёнки и Насти. Я забронировал на свой паспорт билеты на самолёт до Праги, и только после этого мы приехали в детское кафе. Я сел боком к выходу, чтобы видеть детскую игровую площадку, Алёнка села рядом. Мы заказали пирожные, кофе и пепси-колу, не спеша начали есть. Настя, как всегда, быстро справилась с едой и спросила, можно ли ей пойти на детскую площадку. Получив разрешение, она схватила хула-хуп и начала его крутить.
В это время сзади, чуть сбоку, раздался знакомый голос из далёкого прошлого:
– Серёжка? Привет! Сто лет тебя не видела!
Обернувшись, я увидел свою бывшую невесту Лару, которая героически ждала меня из армии… целую неделю.
– Привет, Лара. Какими судьбами ты в детском кафе?
– Да я проходила мимо, заметила тебя. У меня тут в торговом центре два бутика. А это твоя супруга?
– Да, знакомься. Это моя супруга Алёна, а на детской площадке наша дочка укрощает хула-хуп.
– Какая взрослая у тебя дочь. Когда ты всё успеваешь? Я слышала, ты на сверхсрочную оставался, и сейчас ещё служишь?
– Нет, уже давно не служу.
– А у нашего двора бываешь?
– Нет, после сноса нашего дома я перестал бывать в тех местах. Впрочем, и ты там давно не живёшь.
– Ну да, как второй раз вышла замуж, так с тех пор и не бываю в этом районе. Да и некогда.
В это время к столику подбежала Настя:
– Папа, помоги мне кольцо покрутить! У меня не получается.
Алёнка встала и сказала:
– Давай, я помогу.
– А ты умеешь?
Алёнка сказала:
– А вот смотри!
И, отойдя от столика, раскрутила хула-хуп, вращая его на талии, сначала в одну сторону, затем в другую, поднимая его на уровень груди и опуская на икры ног. Это было настоящее цирковое представление. Лара заметила:
– Какая гибкая и пластичная у тебя жена. У меня так не получится. Да, многое у меня теперь не получится. И жена у тебя красавица.
– И дочка тоже, А сама как? Дети есть?
– Нет, Серёжка, детей у меня нет. Сначала хотелось пожить для себя. С Сашкой жили – какие дети? Он студент, я тоже. Родители помогали, но это была не жизнь. Потом я познакомилась с нынешним мужем, бизнесменом. У него что-то получалось в бизнесе, но знаний ноль, в экономике он ни бум-бум. Я пригляделась и начала ему помогать. Сегодня нас только это и объединяет. Как мужчина, он для меня ноль, хорошо хоть есть солидный любовник. Вот так и живу. Кручусь по своим бутикам, закупаю товар. Деньги есть, а жизни-то и нет. Понимаю задним умом, что зря тебя не дождалась. Прости, что так поступила.
И тут Лара обратилась к подошедшей Алене:
– Держи его крепче, поверь, лучшего не встретишь. Ну, вот и всё, мне пора. Я ведь бизнес-леди, а у таких всё по минутам расписано. Вот моя визитка, если что, позвони.
Лара встала и пошла к выходу.
– Что это было?
– Это? Позднее раскаяние или реквием по потерянной любви. Она меня целую неделю из армии ждала, а я служил два года. Вот и вышла замуж за Сашку. С ним я тебя ещё познакомлю. А сейчас предлагаю вернуться домой, поужинать. Уже 21:00, и Настя должна спать.
Приехали домой. Я проводил Настю и Алёну до квартиры, попрощался и сказал, что завтра пусть поспят подольше. Я с утра съезжу решать вопрос с шенгенской визой, потом заеду за ними, и мы поедем закупать одежду и всё необходимое для поездки в Прагу, а оттуда – в Беларусь.
И вот, наконец, все хлопоты позади, и мы в Шереметьево готовимся к посадке на самолёт. Алёнка ужасно нервничает, и её можно понять – она впервые летит на самолёте и переживает, как всё пройдёт. Настя, наоборот, летит впервые, но ей очень интересно, и она с нетерпением ждёт посадки, разглядывая через огромные окна самолёты, стоящие на стоянке. Правда, она немного расстроилась, ведь мы решили не брать с собой её куклу. По этому поводу с Настей и Алёнкой мы провели мини-собрание. В ходе него выяснили, что у куклы нет паспорта, а значит, нет визы, и её не пропустят в другую страну. Решили, что кукла будет сидеть на кухонном окне и присматривать за моей квартирой.
В ходе регистрации, паспортного контроля и прохождения металлоискателя проблем не возникло. В зале вылета на Алёну произвело впечатление множество бутиков, торгующих за валюту различными товарами. Я немного отстал от Насти и Алёны и в качестве подарка купил французские духи Chanel No. 5, которые спрятал в свою ручную кладь. Была объявлена посадка, и, поскольку лететь предстояло почти три часа, я, видя, как Алёнка переживает, дал ей таблетку от укачивания «Авиа-Море». Такую же дал и Насте.
Настя первой влетела в самолёт, я едва поспевал за ней. Она пояснила:
– Надо получше места занять!
– Нет, Настя, не надо, места у нас уже определены, они и так самые лучшие.
– Я хочу сидеть у окошка.
– Именно там ты с мамой и будешь сидеть, а я сяду рядом.
Настя немного успокоилась. Мы прошли в начало салона и заняли свои места. Настя села у иллюминатора и буквально прилипла к нему, разглядывая то, что происходит на улице. Алёна села рядом с ней, я – рядом с Алёной. Впереди нас была перегородка, за которой располагалась кухня, а справа – вход в туалет. Пока мы не взлетели, я предложил Алёне и Насте снять верхнюю одежду и сам аккуратно сложил её на верхнюю полку.
После того как мы пристегнулись, командир экипажа объявил, что самолёт Boeing 800 выполняет рейс по маршруту Москва – Прага, расчётное время в полёте – 2 часа 35 минут. Загудели двигатели, и самолёт начал движение на взлётную полосу.
– Мы уже взлетаем?
– Нет, это нас тягач выводит на взлётную полосу. Посмотри в окошко, мы катимся по бетонке.
Она прикрыла глаза и сказала:
– Не знаю, но мне всё равно страшно
Самолёт остановился, и через три минуты двигатели увеличили обороты. Самолёт задрожал, поскольку тормоза его держали, а чудовищная реактивная тяга заставляла двигаться вперёд. Наконец, тормоз был отпущен, и самолёт начал разбег, вдавив нас в кресла. Через некоторое время стук колёс по бетонному покрытию стих. Я понял, что колёса оторвались от земли, и начался набор высоты. Ощущения были не слишком острыми, поскольку мы летели в самом комфортном месте – в первых рядах бизнес-класса. Именно из-за удобств билеты туда стоили дороже. Настя, сидящая у окошка, восторгалась:
Ой, мама! Смотри, как красиво! Дома, машинки и люди становятся такими маленькими!
Но вскоре самолёт вошёл в облака, и за иллюминатором потянулась белёсая пелена.
Ну вот, ничегошеньки не видно!
Погоди немножко, мы сейчас поднимемся выше облаков, и ты увидишь солнышко. Действительно, минут через десять самолёт, пробив облачность, поднялся выше, и под нами расстелились бескрайние облачные поля.
Настя обрадовалась:
– Ого! Мама, посмотри, как красиво!
Алёна, набравшись смелости, посмотрела в иллюминатор и сказала:
– Действительно красиво. Как снежные поляны. Кажется, можно даже бегать по ним.
– Бегать? Нет, девочки, бегать по ним сложно. Во-первых, они мокрые, во-вторых, это будет не бег, а свободное падение. При этом скорость свободного падения человека при обычной плотности воздуха составляет около 55 м/с, а это почти 200 км/ч. И приземление будет довольно жёстким, я бы даже сказал – смертельным.
– А как парашютисты падают?
– Как правило, они не падают, а парят с раскрытым парашютом, правда, со снижением со скоростью около 20 километров в час. Это примерно скорость движения трамвая. Сильный толчок испытывают люди в трамвае, если он внезапно остановится. Вот такой же толчок испытывает парашютист в момент приземления. Он смягчает силу толчка, сгибая ноги при соприкосновении с землёй.
– И откуда ты всё это знаешь?
– Ну, у меня около ста прыжков с парашютом, а до прыжков я изучал теорию.
–Ага, вот почему тебе не страшно летать на самолёте.
В это время Настя что-то прошептала на ухо Алёне, и та шепнула мне:
– У нас проблемы. Кто-то в аэропорту выпил много пепси-колы.
– Ну и какие же тут проблемы? Вон туалет, и он свободен. Идите. Уже давно табло горит и сообщает, что можно пользоваться туалетом.
Незаметно пролетели два с половиной часа, и мы приземлились в Праге, в аэропорту имени Вацлава Гавела. В момент посадки Алёна схватила меня за руку и не отпускала, пока самолёт не остановился и не заглушил двигатели.
В аэропорту чешский таможенник, осматривая мою ручную кладь, обнаружил духи Chanel No. 5. Настя и Алёна к этому времени уже прошли досмотр и ожидали меня. Таможенник сказал, что ввоз духов в Чехию должен быть не более 50 мл, а у меня 100 мл. Я извинился и объяснил, что это подарок для моей супруги, которая с дочкой прошла передо мной. В итоге он отодвинул мою сумку и, поскольку в остальных чемоданах не было ничего запрещённого, сказал: «У вас получается 100 мл на троих», – и махнул рукой:
– Проходите.
Наконец-то мы вышли за пределы таможенной зоны, и в толпе встречающих я увидел человека с плакатом, на котором было моё имя. Нас встречал водитель забронированного такси. Погрузив чемоданы, мы расселись, и через 30 минут вошли в отель «Кристалл». На ресепшене нас быстро оформили, и через 15 минут мы зашли в трёхместный улучшенный номер на 10-м этаже. Алёна спросила:
– А тут что, всего две кровати и одна комната?
– Ну, как видишь. Это семейный номер. Маленькая кроватка для Насти, а большая – для её родителей. Но, честно говоря, мест уже не было. Перед Новым годом очень много туристов из России, Беларуси, Украины, Германии и даже Китая. Но мы же приехали не спать. Ты можешь лечь на место Насти, а я с Настей лягу на большую кровать.
Настя обрадовалась
–Да! Я буду спать на большой кровати с папой Серёжей!
– Это мы решим вечером, а сейчас что?
– Сейчас быстро разбираем вещи, переодеваемся и идём на первый этаж в ресторан. Нам надо поесть. После этого я проведу вам первую экскурсию по Праге.
Мы спустились на первый этаж и прошли мимо бара в ресторан при гостинице. На входе я переговорил с девушкой из обслуживающего персонала, заплатил за обед по системе «шведский стол» на троих. Подошёл к Алёне и Насте, которые присели за столик, и сказал:
– Девочки, сидеть зря не стоит. Тут всё надо делать самому.
Я кратко объяснил им систему шведского стола. Алёна удивилась:
– Можно есть сколько угодно?
– Ну да, сколько влезет. Если мало, можно взять ещё.
Тут Настя заметила мороженое. Я перехватил её взгляд и сказал:
– Нет, Настя, сладким не наешься, и сил не будет. А у нас сегодня позади перелёт, а впереди поход на главную ёлку Чехии. Очень много впечатлений.
Но тут Настя увидела автомат с соками, схватила меня за руку и потянула к нему:
– Какие соки здесь есть?
– Гранатовый, апельсиновый и яблочный. Какой будешь?
– Наверное, все.
Вмешалась Алёна:
Настя, все соки мы попробуем вечером. Сейчас выпей гранатового сока, а на десерт возьмёшь два шарика шоколадного мороженого. Серёжа, можно взять с собой пару груш и персиков?
– Нет, брать с собой нельзя, но мы русские туристы, и что-нибудь придумаем.
Наконец, мы скомплектовали стол и сели за него. Алёна поинтересовалась:
– А почему та девушка так тебе улыбалась, когда ты с ней решал вопрос по питанию? Прямо цвела.
– Алёнка, ты что, ревнуешь?
– Да нет.
– Тогда привыкай. Это называется сервис. Если она не будет улыбаться посетителю, то вылетит с работы. Как бы ей плохо ни было, она обязана улыбаться. С тобой она бы вела себя точно так же. Кстати, я оплатил все наши завтраки на время пребывания здесь. Достаточно назвать номер комнаты и показать карту гостя.
– А обеды и ужины? Или мы переходим на одноразовое питание?
– Нет, конечно, экономить на питании не будем. Но и привязывать себя к гостинице тоже не станем. Прага – город хлебосольный, поесть тут можно везде и недорого. Где захотим, там и поедим. Впрочем, сама всё увидишь.
После плотного обеда я незаметно положил в карманы своей спортивной куртки три персика и пару груш, и мы поднялись в номер. Там выложил фрукты в холодильник, к удивлению Алёны и восторгу Насти. Оценив содержимое холодильника, я резюмировал:
– Лёгкий перекус перед сном нам не помешает. Тут в двух остановках от нас есть магазин, типа нашего универсама. Можно будет купить нарезку из колбасы, сыра, масла, солёной рыбки, хлеба и сделать бутерброды.
Одевшись, я взял небольшой рюкзак, положил туда три бутылки воды, купленные в баре, фотоаппарат, и мы отправились гулять по Праге. Сначала я предложил заехать в магазин «Bohemia Tradition». Это не просто магазин, а своего рода музей декоративно-прикладного искусства и ювелирного промысла Чешской Республики. Там собрано всё, чем гордится Чехия, – от маленьких сувениров до больших подарков. Например, знаменитый напиток «Becherovka» там самый дешёвый в Праге. «Бехеровка» – это натуральная настойка, или, как говорят сами чехи, «живой напиток». Её несколько видов, от 40 до 20 градусов, и она считается даже лечебной. От нашей гостиницы до магазина нужно было проехать две остановки на трамвае в сторону аэропорта.
У меня была и тайная цель в этом магазине. Перед выходом я постарался, чтобы Настя выпила побольше воды, и, естественно, когда мы любовались товарами, ей понадобился туалет. Алёна и Настя отлучились надолго, так как в это время в магазин приехал автобус с туристами из Беларуси и России, и в женском туалете образовалась очередь. Я, не теряя времени, быстро прошёл к ювелирному отделу и попросил показать мне комплект, включающий золотую цепочку с кулоном из пиропа, золотые серёжки с камнями из пиропа и обручальное кольцо. Ещё я выбрал второй комплект – золотую цепочку с кулоном из пиропа и золотые серёжки с камнями из пиропа. Кто не знает, пироп – это чешский гранат, вернее, разновидность граната насыщенного тёмно-красного цвета. Долгое время Чехия была единственным источником пиропов в Европе. Чешский пироп не может похвастаться крупными размерами (3–7 мм), зато его красный цвет – интенсивный и безупречный, он считается эталоном, с которым сравнивают другие красные гранаты. Их рекомендовали для лечения душевных болезней: угнетённости, печали, тоски. Считалось, что гранат усиливает отвагу, придаёт жизненную силу и бодрость своему владельцу.
Оформление прошло быстро, я рассчитался карточкой и успел занять очередь за знаменитой «Бехеровкой». Когда вернулись Настя и Алёна, я купил по паре бутылок всех шести видов и уложил их в рюкзак. После этого мы вышли на улицу и сели в трамвай, который шёл в сторону нашей гостиницы. Я предложил забежать в номер, чтобы оставить «Бехеровку» и не таскать её с собой. Пока Алёна и Настя гуляли, я быстро поднялся в номер, выложил напитки и спрятал ювелирные изделия. Затем мы отправились на метро.
Алёна никак не могла понять, где же вход в метро. Она видела большую автобусную остановку и спуск в подземный переход, но самого метро не замечала. Оказалось, что мы уже спустились в подземный переход, который и был входом в метро. Я объяснил Алёне и Насте, что в Праге три ветки метро, обозначенные на схемах разными цветами: линия А – зелёным, линия В – жёлтым, линия С – красным. Наша гостиница находилась на линии А, зелёного цвета. Алёна поинтересовалась:
– А почему мы не заплатили за проезд в метро? Да и за трамвай ты не платил, когда ехали из «Bohemia Tradition»? —.
– Особенности Праги. Но штрафы тут жёсткие. Что касается нас, то Настя в метро, трамваях и автобусах может разъезжать совершенно бесплатно. Правда, при выполнении двух несложных условий: она не может ездить одна, а для контроля её возраста нужен заграничный паспорт. Что до нас, то я купил в автомате в гостинице билеты сроком действия 72 часа, то есть на трое суток. Они, скажем так, активируются, когда я их отметил первый раз в трамвае. И действуют на проезд и в трамвае, и в автобусе, и в метро. Их больше отмечать не нужно.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Страницаиз1
СкороКнижный режим