ГЛАВА 3 ПРОГУЛКА В ЛЕСУ
Дворцовая жизнь была довольно скучной и однообразной для пока ещё маленькой Де́джи. Однако ей иногда удавалось сбежать за стены замка, чтобы поиграть с уличными мальчишками, которые уже хорошо её знали. В тот день шестилетней принцессе не суждено было покинуть пределы замка, но она не была обречена страдать от скуки до самого вечера. К её отцу приехали какие-то давние знакомые из другого королевства: король, его жена и сопровождавший их герцог. К счастью для Де́джи, они приехали не одни, а с детьми. У короля Дэ’Сэ́ль была только одна дочь – Вилья́н. Они с Де́джей никогда не ладили, но на этот раз, от скуки она согласилась играть и с ней. У графа было две дочери-близняшки – Мирабе́ль и Бели́нда. По вредности они не уступали Вилья́н, и Де́джа явно не вписывалась в их компанию. Но в тот день она готова была смириться с этим.
За окном выпал снег, и там неожиданно возник такой сказочно-чудесный мир, столько пленительной красоты, что невозможно было усидеть в комнате. Девочек сразу потянуло на улицу, чтобы поиграть со снегом под необъятным молочно-белым куполом неба. Де́джа обожала это время года. Иногда ей удавалось убегать на главную площадь города, где всегда кипела жизнь. Там всё представало перед ней в абсолютно другом свете. Но зима была трудным временем года для горожан. И вот сейчас, Де́джа была в предвкушении, когда их наконец выпустят на улицу. Но в сам город девочкам идти не разрешили, а лишь погулять со служанкой с другой стороны замка, возле леса. Служанка укуталась в тёплый плащ, накинув сверху длинный плед. Устав гулять, она нашла высокую сосну, под которой была целая гора сухих иголок и не было снега. Присев на них, старая служанка вскоре согрелась и незаметно для себя заснула. Девочки увлеклись игрой и постепенно удалились от того места, где спала беззаботная Бе́тси.
– Люблю мрачный лес, как в страшных сказках сестёр Уи́лкинс! – воскликнула Бели́нда.
– А мне больше нравится белый снег и яркое солнце! – упрямо возразила Де́джа.
– Странно. В снеге и солнце нет ничего загадочного. Куда лучше грязь и слякоть. В них больше тайны. И там могут жить чудовища, – Мирабе́ль подошла к кустам.
Девочки отошли в сторону и стали что-то живо обсуждать, изредка бросая на неё косые взгляды. Де́джа увидела перед собой большой старый дуб и вспомнила О́уэна. Королевский садовник рассказывал, что все деревья и растения умеют говорить, надо только научиться их слышать. Де́дже не нравилось, когда он заставлял её подолгу стоять, обнимая дерево и прислушиваться к его молчанию. Поначалу это казалось ей бессмысленным. Это был лишь один из многочисленных уроков О́уэна. Он хотел научить Де́джу прислушиваться к чувствам природы как к своим. Но для этого надо было обладать терпением, которого, к сожалению, у неё ещё не было. Тем не менее Де́джа была обязана О́уэну многими хорошими качествами своего характера. Королевский садовник совсем по-другому относился к птицам, животным, растениям и природе. И вот теперь Де́джа стояла у этого огромного дуба, размышляя, о чём тот может говорить с ней. Сняв зимние варежки, она прижалась к нему всем телом и прислушалась. Вскоре ей показалось, что она слышит тихий стук сердца. Это дерево доверяло ей свои чувства. Где-то вверху, над головой, послышалось хлопанье крыльев, и на одну из веток сел ворон. Де́джа слышала, как он недовольно чистит свои перья. Из дальнего конца леса доносилось тихое сопение медведя в берлоге. Кому-то это могло показаться невероятным, но только не ей.
– Ой, смотрите, птичка! – донёсся до неё голос Вилья́н.
Де́джа повернула голову в их сторону. Под кустом сморо́дки, покрытой льдом и снегом, лежал серый комочек перьев. Наклонившись, Де́джа развела ветки в стороны, и замёрзшие ягоды оттаяли от тепла её рук. Под ними появились зелёные листочки, как будто кустарник поверил в наступление весны.
– Не трогай её! – воскликнула Вилья́н. – Зачем она тебе? Она же мёртвая.
– Я оживлю её, и она будет жить у меня в саду до наступления лета! – упрямо ответила Де́джа. Девочки захихикали и стали перешёптываться.
– Сердоле́йка даже петь не умеет, как золотые птицы у меня в саду, —пренебрежительно заметила Вилья́н.
Де́джа сжала в ладонях птичку и поднесла её к губам. Тёплое дыхание коснулось замёрзших перьев, мягкой волной разлилось по маленькому тельцу, наполнило остывшее сердце горячим порывом страсти, и, вздрогнув, сердоле́йка ожила. Её подружки не заметили этого, а Де́джа, тем временем, спрятала птичку за пазуху и почувствовала, что ей самой стало холодно. В этот момент послышался испуганный голос служанки. Старушка отчаянно искала потерявшихся детей где-то совсем рядом.
