Оглавление
- ВСТУПЛЕНИЕ
- ГНЕЗДО
- НОВОСТИ
- О ПАУЧЬЕЙ ЖИЗНИ
- ПЛАТНЫЕ УСЛУГИ
- ЧЕРНОЕ ЗЕРНО
- ПОДАРКИ
- СКАЗКА МАЛЕНЬКОГО НЕФТЯНОГО ГОРОДА
- ЗАРОЖДЕНИЕ КНИГИ
- АЛИК ДЕЛАЕТ НАГРАДУ КВАШНЯКОВУ
- ХОЛОДНЫЙ ПУТЬ К СТАРОСТИ
- СТРАННОЕ
- РАБОЧИЕ САДЫ
- СКАНДАЛ МЕЖДУ ТРЯПКОЙ И ХОЗЯИНОМ
- ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ГЛАВНОГО
- УВОЛЬНЕНИЕ РЕВОЛЮЦИОНЕРА
- ТАЙНА КВАШНЯКОВА
- Сковорода
- ТАЙНОЕ СОВЕЩАНИЕ
- ВЫГОДНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
- РОДСТВЕННЫЙ СОВЕТ
- ИНТЕРВЕНЦИЯ
- Первое знакомство
- Между прошлым и будущим
- Начало борьбы за власть
- ЖИВОЕ КЛАДБИЩЕ БУМАГ
- Первое упоминание о Хамовском
- НАЧАЛО ПРЕОБРАЗОВАНИЙ
- ПЛАНЕРКА
- ПРЕМИИ
- ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗНАКОМСТВА
- ВЕРА
- КОМНАТА ОТДЫХА
- ПЕРВЫЕ ВЫБОРЫ
- Принцип продажи честного журналиста
- ПРЯМОЙ ЭФИР
- Правила пустого бокала
- ПРОВЕРКА ИЗ ОКРУГА
- Случайные свидетели
- КОНТРОЛЬНОЕ ПРОЩУПЫВАНИЕ
- Тайна управления
- Обмен информацией
- Следующая игра в выборы
- ПЕРВАЯ РЕАКЦИЯ
- Распространение книги
- Неудачный отчет
- КОЛДОВСТВО
- УГНЕТАЮЩАЯ ВЗАИМОСВЯЗЬ
- ВЗАИМНЫЕ ОЦЕНКИ
- НЕРВЫ
- РАСПАД И СЛИЯНИЕ
- ПРУЖИНА
- Конец ознакомительного фрагмента
Тайна управления
«В администрациях, как в церквях, чем усерднее прихожанин, тем больше ему воздается»
Тандем Хамовский-Квашняков прогрессировал год от года. Глава города и редактор газеты сошлись настолько, что порой было непонятно, кто управляет городом. Они демонстрировали совершенное вальсирование, где для посторонней публики, несомненно, Хамовский танцевал даму, в качестве которой выступал Квашняков, но мало кто видел, что крутил вальсовые круги Хамовский только в ту сторону, куда его увлекал редактор газеты.
– Семен Петрович, я с вами давно работаю, вроде хорошо, мне бы хотелось джип, – попросил как-то Квашняков, когда Хамовский пребывал в хорошем настроении. – Свою «Татру» я разбил под Тюменью, теперь – только продавать.
– Ты же две квартиры получил от бюджета, – напомнил Хамовский. – Премии имеешь.
– Одну квартиру жене отдал, а родные все деньги вытягивают, – жалобно посетовал на судьбу Квашняков.
Все заработки и накопления Квашняков вкладывал в строительство своего дома на Украине, здоровье напоминало о том, что скоро пора уходить на пенсию, а на пенсию много не купишь. Денежные бумаги, к обилию которых часто привыкает душа, настолько прирастают к ней, что душа превращается в мумию. Душа Квашнякова уже давно стала мумией, и даже поэтические приступы от удара сковородой все меньше его тревожили.
– Я не против джипа, – уклонился от прямого ответа Хамовский. – Но город не поймет, и депутаты побоятся поддержать.
– Этот вопрос я продумал, – облегченно выдохнул Квашняков. – Мы к Думе подготовим просьбу о выделении редакции газеты полутора миллионов на покупку новых компьютеров взамен устаревших. На заседании Думы я доложу о том, что журналистам не на чем работать. Если вы поможете убедить депутатов, то они проголосуют, вы же Думой рулите, как велосипедом. А когда нам выделят деньги, то вместо компьютеров мы приобретем джип, а через некоторое время – на списание.
– Хорошо, – согласился Хамовский. – Разговоры, конечно, пойдут…
– Поговорят, да перестанут, – рассмеялся Квашняков. – Важно, чтобы Алик не вынес в эфир.
В первый день выхода из отпуска Алик не знал об этом разговоре и не знал, что Квашняков уже катается на новеньком джипе, его волновало иное. Возвращаясь из отпуска на «Соболе» телерадиокомпании он привез в маленький нефтяной город тираж новой книги, той самой над которой он работал.
***