в Гдане. Но в Гдане подобной мрази было в сотни раз больше. Хотя, и я тоже был тогда не один…
Они не спешили, они знали, что деваться мне некуда и думали, что теперь я в их власти. Я тоже шёл не торопясь. Совсем как тогда, в Гдане. Но в Гдане подобной мрази было в сотни раз больше. Хотя, и я тоже был тогда не один…
И, как тогда, в Гдане (а до этого в крепостях Аспи и Крин), я вновь почувствовал «песню смерти» – миллиарды крошечных уколов на своей коже. И, как в Гдане, я уловил это ощущение и уцепился за него. И «песня смерти» снова вдохнула в меня чувство могущества. Ибо, кто может сейчас сравниться со мной в силе и ловкости? Никто! Ведь сама смерть поёт для меня – Бессмертного! Одного из клана Вечных!..
Всё происходящее вокруг меня сильно замедлило свой ход. Словно бы даже время начало подыгрывать мне. Впрочем, так оно, наверное, и было. Движения людей стали медлительными и плавными. И первого же из них я вырубил одним сильным ударом в челюсть. Таким сильным, что почувствовал под костяшками кулака хруст треснувшей кости. Троих следующих пришлось уже некрасиво бить ногами, потому что они подоспели все одновременно. И тут же сзади неспешно подгребли двое последних. Я присел и одновременно круто повернулся, выбросив перед собой правую руку. Моя ладонь чиркнула по их животам, после чего оба человека стали медленно клониться вперёд, грозя пробить своими лбами асфальт.
Я вскочил и отпрыгнул в сторону, машинально нащупывая рукоять меча. И тут волна страха окатила меня – меча не было! Чёрт возьми! Меч!!! Где же меч?..
Куда он мог… Стоп! Какой ещё меч?! Тьфу ты!.. Обалдел совсем… Ну откуда у меня сейчас мог взяться меч? Я же не дома! И, кстати, неплохо было бы узнать, где именно я сейчас нахожусь.
Я прикоснулся к груди и вдруг понял, что рация тоже исчезла, как и меч. То есть меча-то не было и быть не должно, а вот рация…
Ну, всё… Кранты… Сливайте воду, тушите свет… Теперь уж Эска точно голову мне оторвёт. Третью рацию посеял, надо же, а?! А Вирон будет ехидно высказываться в пространство на тему того, что, мол, дикарю пользы от рации никакой… Потеряет…
Ну потерял! Ну и что? Подумаешь – рация! Делов-то… как будто у них раций мало…
Всё… Всё закончилось. Весь этот хоровод мыслей и событий длился, наверное, не больше нескольких секунд. Потому что я успел ещё увидеть момент падения на асфальт неподвижных тел, неприятно похожих на мешки, набитые тряпьём. Я окинул взглядом поле боя и пошёл обратно к такси.
Таня сидела в салоне, словно каменное изваяние. На её лице можно было прочесть всё, что угодно, кроме понимания происходящего. Морда водителя выглядела не лучше.
Я сел, аккуратно захлопнул дверцу и очень вежливо произнёс:
– Всё, можем ехать.
– Десантник? – полуутвердительно проговорил водитель, заводя мотор. – Или спецназовец?
– Дизайнер, – коротко ответил я.
Водитель несколько секунд подумал, а потом очень осторожно кивнул в ответ.
