Моя строка

Моя строка

Моя строка меня вещает
На все четыре стороны,
Но никому не обещает,
Что все слова мои верны.

Я даже сам порой не знаю,
Что это излагаю в ней,
И потому себя прощаю
За посрамленье наших дней.

За посрамленье тех устоев,
Что держат мир на трёх китах,
Наверно, я их не достоин,
Раз их я превращаю в прах.

Зачем не знаю эти строки
Порой рождаются во мне,
Они всегда ведь одиноки
Живут здесь сами по себе.

Но удержать во мне их трудно,
Раз к людям просятся они,
Ведь в них живут они подспудно,
Где-то на глубине души.

Что мне поможет тебя вновь встревожить

Что мне поможет тебя вновь встревожить,
Чтоб было с кем поговорить,
Ведь если б был я помоложе,
Тебя бы стал боготворить.

Но нет во мне былого счастья
И былой радости уж нет
Вокруг одни только несчастья
И в них мне видится твой след.

Опутан ими я тут крепко,
И их распутать не берусь,
И выхожу из дома редко,
И никуда не тороплюсь.

Вот если б смог я вновь влюбиться
И начать жить ради тебя,
Я б каждый день за это бился,
Поверив что живу не зря.

Но как же мне тебя встревожить
И начать жить, как и тогда,
Чтоб круг спасательный все тот же
Обвил тебя тут и меня.

Все то, со мною что здесь было

Все то, со мною что здесь было,
Хотел бы вам я передать –
Меня душа моя просила:
Вам все поведать – не молчать.

Она, безликая, не знала,
Что тут наступят времена,
Когда начнётся все сначала,
То, было что ещё вчера.

И мы, запрос послав свой к небу,
Ответа долго будем ждать,
Ждать, чтобы кто-то нам поведал,
Земная где же благодать?

Кто нам её когда подарит,
Раз взять мы сами не смогли,
И всем нам тотчас же объявит:
«Хотели что, берите вы!

Берите все и не стесняйтесь,
Не бойтесь никаких утех,
Друг другу чаще улыбайтесь
И будет пусть вокруг вас смех!»

Плывут по небу облака

Плывут по небу облака,
Иду за ними я пока,
Не зная мне куда идти,
По неизвестному пути.

Может меня он встретит тот,
Кто очень точно назовет
Часы – минуты те мои,
Как перестану я идти.

Ну, а пока – ну, а пока,
Свисают с неба облака,
И мне показывают путь,
Чтоб я не смог с него свернуть.

Я должен тут найти себя –
Иначе шёл сюда я зря.
Но Слава богу! упросил
Того, меня кто пригласил,

Чтоб колыбельную мне спеть,
Чтоб смог уснуть я и узреть,
Что будет ждать там впереди,
Меня в самом конце пути.

Я нажал на клаксон

Я нажал на клаксон –
И приснился мне сон,
Будто въехал я в день,
Свой вчерашний,
Где все также я видел
Этот мой сон,
Сон мой этот животворящий:
Я себя в нем искал,
Но найти не нашёл,
Хотя был он,
Как настоящий.
В нем скопилося все,
Много было чего, –
Даже выбор, мог быть что
Блестящий!
Но себя я туда поместить
Все ж не смог,
Потому что душой был
Скорбящий…

Разврата мыслей и стихов

Разврата мыслей и стихов
Не потерплю я больше, –
Они во мне нашли свой кров,
Где жить хотят подольше.

А дольше жить здесь может то,
Что жило и в начале,
Когда мы дикие ещё
Друг друга пожирали.

Но ведь прошли они давно
Пещерные века те,
А нам все также не дано
Найти для нас слова те.

И травим душу мы себе
Безумными стихами,
В которых нет разумности,
А есть только мы сами.

Одни они названия,
Того вокруг что нас:
К разврату призывания,
Чтоб возродился в нас.

Но говорят все это,
Нам всем уже дано,
Где каждый стать поэтом
Здесь может заодно.

Но я страшусь такого
Свершения вещей, –
Когда не будет больше
Полёта журавлей.

Не повторить уже вживую

Не повторить уже в живую
Мои моменты бытия –
И оттого я и тоскую,
Что жизнь моя уж ни моя.

Не знаю, что бы для начала
Я смог бы вспомнить для себя,
Если бы память не молчала,
А проявилась, как тогда.

Перелистал бы те страницы,
Что сам Господь прочесть мне дал, –
Те, что теперь мне стали снится,
Будто я вновь их отыскал.

Я их глазами пробегаю
И в них не вижу ничего
Из того, что уже я знаю,
Здесь про себя я самого.

Я был ни тот и был ни этот,
Совсем какой-то был другой,
И получил за все за это
То, что теперь передо мной.

Уж очень скользкая дорога,
Та, по которой мы идём,
Она с зигзагами – их много,
На ней мы падаем – встаем.

И говорим слова простые
Про эту бренность бытия,
Где все друг другу мы чужие,
Не видим даже и себя.

Но, что поделать, он растает
Здесь этот горький жизни дым,
И, может, в памяти оставит
То, что мы с вами не храним.

Нет слов, чтоб много говорить

Нет слов, чтоб много говорить
О той потерянной любви,
Той, что была всегда дороже
Любой из прихотей судьбы.

Быть может все уже наелись,
Тем, что успели получить,
А, может, даже и обьелись,
Теперь, стараясь все забыть.

Забыть те нежные сонеты,
Слагал когда-то что Шекспир,
И все любовные обеты,
Поэт, что каждый говорил.

И что теперь, в сухом остатке,
Нужно ль слова те подбирать,
Которые не будут гадки,
Если захочет кто читать.

Пусть, грянув гром, меня разбудит,
И выдаст к жизни снова их,
Слова любви, всегда что будут,
Те, что запросятся в мой стих.

Но, я и сам теперь, не знаю,
Писать мне надо ль о любви,
Без той и сам что пропадаю,
В конце тут моего пути.

Уж не ищу я с ней той встречи

Уж не ищу я с ней той встречи,
С ней, что сидит у нас внутри,
Какой-то праведно – извечной,
Всепоглощающей любви.

Той, что уносит нас куда-то,
Вглубь нашей сказки бытия,
В которой образы те снятся,
Тех, не хватает что всегда.

И, не свободные от сказки,
От этой сказки бытия,
Идёмбредем туда куда-то,
Где ждёт нас будто бы она.

Мечта загубленного счастья,
Всепоглощающей любви,
Той, что приходит, как ненастье, –
Порой ты жди её – не жди.

И я, надеюсь, не обманет,
Она нас, выписав билет,
В тот мир, что всех нас с вами манит, –
Которому названья нет.

Хотел бы стать я миллиардером

Хотел бы стать я миллиардером
И яхты по морям гонять
И на них, как бы между делом,
Себя, всем есть что, развлекать.

Но вы, наверно, возразите
И скажете: «Заткнись! вы мне, –
Ни самый высший ты ценитель,
Всего, что есть тут на Земле!»

Ни каждый знает, как представить
Себя, не сделав перебор,
И крылья вовремя расправить
Чтоб не подумали: «Вот вор!».

Таких бы вот нам тут побольше,
Чтоб научили всех нас жить,
Чтоб мы в себе взрастили тоже,
Все то, красиво чтоб пожить.

Вот и подумай после этих
Тебе мной сказанных здесь слов, –
Подняться как на яхты эти,
Где будет радость и любовь.

Где ты хозяином там станешь,
Тобою купленной судьбы,
Ни той, сейчас что проклинаешь, –
Ведь с нею миллиардер ни ты.

Золотая осень

Золотая осень –
Все тот же снится сон:
Как мы вас снова просим
На бархатный сезон,

Где вам здесь будут рады
И с нетерпеньем ждут
Хозяева гостиниц,
Что номера сдают,

Владельцы ресторанов –
Они вас тоже ждут
И все из вас тут деньги
Умело извлекут.

Торговых точек море, –
В них, все что надо, есть,
Лишь бы карман наполнен
Был денежками весь.

Ты поискать здесь можешь
Все, что иметь хотел,
И, если даже это
Какой-то запредел.

И вечером все тот же
Рождается тут звук,
Каким он был когда-то,
Чуть дик он и чуть глух.

И снова «Незнакомку»
Свою тут вижу я,
Ту, что дыша туманами,
Садилась у окна,

И веяли поверьями
Упругие шелка
Её и шляпа с перьями,
И тонкая рука.

Зачем об этом надо
По новой говорить, –
Мой трезвый ум не может
Все это объяснить.

Душевно – низкий этот клекот

Душевно – низкий этот клекот,
Его кто запустил, –
Ведь он по – прежнему клокочет
И мне совсем не мил.

Вы соберите свой ученый,
Всесправедливийший совет, –
Я, как и прежде, буду молча
Читать вам Новый свой завет.

И вы услышите рожденье
Чуть с хрипотцою моих слов,
И будет вам оно виденье
Моих просроченных стихов.

Ни слов ни будет и ни мыслей, –
Один лишь цифровой набор,
И все программа обезличит,
Сказав, что это перебор.

Теперь здесь мы, сухие цифры,
Итог свой подведем,
И, тебя сделав для нас лишним,
Из мира уберем.

Твои нам не нужны стенанья
И вой твоих душевных мук, –
Всему есть в мире оправданье,
Но сделать надо этот крюк:

Войти сюда с другого бока,
Представив новый свой наряд,
Он нам подарен самим Богом,
О чем пока не говорят.

Я опоздал в своем желанье

Я опоздал в своём желанье
Себе свой путь здесь отыскать, –
И нет за то мне оправданий:
За все сам должен отвечать.

Ни все я делал, так как надо,
Как должен был бы делать сам,
И эти времени затраты
Ни в силах я вернуть все вам.

Меня за это вы простите, –
Ведь я ни этого хотел,
Себя, прошу, угомоните
И не ругайтесь, что я цел.

И вот тогда, может, откроюсь
Я вам: зачем сюда пришёл,
И, вскинув к небу два запястья,
Признаюсь вам, что я осел.

Не повторяй уже сказал что

Не повторяй уже сказал что,
Одно и то же не трынди, –
Слова все эти заласкал ты,
Нам говорят что о любви.

Пусть в жизнь сами они входят
И сами ищут те уста,
Что их под музыку выводят,
Где бьют в набат колокола.

Бьют, наши души раздирая,
И дарят нам самих себя, –
И жизнь видится другая,
Та, что ещё к нам не пришла.

Летим туда под облаками,
Куда нас тянет всех она,
Жизнь эта, что совсем другая,
Та, что нам всем очень нужна.

О ней мы много говорили,
Вместо того проверить чтоб,
Кому ещё они служили
Слова про верность и любовь.

Служили долго и избыли,
Наверно, здесь они себя,
И может даже зря кружили
Вокруг меня здесь и тебя.

Так пусть жизнь нас от них избавит,
Чтоб убедились мы, что зря
Они вокруг нас здесь порхают
И предлагают нам себя.

Пусть будет так оно, как есть

Пусть будет так оно, как есть,
Где он, тот дьявол искушенный,
Ему и похвала и честь,
Раз не боится он гонений.

Мы все ни в райском здесь саду –
Порою, как в клоаке, –
Живём и гадим на виду,
Как делают собаки.

И он нас будет искушать,
Рогатый и хвостатый,
Чтобы решились мы распять
И грешных всех и святых.

Ни нами был придуман он,
Мир тут идолпоклонства,
Пока однажды не пришёл
Сын Божий без потомства.

И вот уж тысячи две лет
Живём и выбираем:
Сказать: «Мы есть» или «Нас нет»
Пред входом в врата рая.

Когда то был мир околдован

Когда-то был мир околдован,
Той неземною красотой,
К которой был он весь прикован,
И свой он потерял покой.

Хотелось всем побольше счастья, –
Ни там каких-нибудь утех,
А то, даёт что нам участье
В делах тут абсолютно всех.

Но, что на самом деле стало,
Мне взял бы кто да объяснил –
Для всех нас время то настало,
То, что нам дьявол подарил.

Нам подарил он сонм желаний
И сонм воркующих надежд,
Будто б нужны что в мирозданьи
И для всех умных и невежд.

Нам подарил он их когда-то,
Потом про них он позабыл –
Ах, как же это жутковато,
Что в нас себя он поселил.

Вначале чем-то соблазнил он,
Потом ещё и обласкал
И, себя нами он прославив,
На дуэль ангела призвал.

Друг с другом там они сразились, –
И нам известно, чья взяла, –
За это все мы расплатились,
Но расплотились ли сполна?

Здесь в мире полном вожделений,
Когда должно быть все моё,
Моё должно быть без сомнений –
Моё оно, только мое.

И при таком теперь раскладе,
Когда, кто первый, тот успел,
Мне ничего уже не надо –
Я все равно уж ни у дел.

И вот у мира колыбели
Я всем козлам свой шлю привет:
Чтоб вы совсем окозленели, –
Раз у вас совести уж нет.