Шпанка
Шпанка – это Панургово стадо, это задавленная «масса» каторги, ее бесправный плебс. Это те крестьяне, которые «пришли» за убийство в пьяном виде во время драки на сельском празднике; это те убийцы, которые совершили преступление от голода или по крайнему невежеству; это жертвы семейных неурядиц, злосчастные мужья, не умевшие внушить к себе пылкую любовь со стороны жен, это те, кого задавило обрушившееся несчастье, кто терпеливо несет свой крест, кому не хватило силы, смелости или наглости завоевать себе положение в тюрьме. Это люди, которые, отбыв наказание. снова могли бы превратиться в честных, мирных, трудящихся граждан.
Потому-то и иван, и храп, и игрок, и даже несчастный жиган отзываются о шпанке не иначе, как с величайшим презрением:
– Нешто это арестанты! Так – от сохи взят на время27.
Настоящая каторга, ее «головка»: иваны, храпы, игроки и жиганы, – хохочет над шпанкой:
– Да нешто он понимал даже, что делал! Так – несуразный народ.
И совершенно искренне не считает шпанку за людей:
– Какой это человек? Так – сурок какой-то. Свернется и дрыхнет!
У этих вечно полуголодных людей, с виду напоминающих босяков, есть два занятия: работать и спать. Слабосильный, плохо накормленный, плохо одетый, обутый, он наработается, придет и, как сурок, заляжет спать. Так и проходит его жизнь.
Шпанка безответна, а потому и несет самые тяжелые работы. Шпанка бедна, а потому и не пользуется никакими льготами от надзирателей. Шпанка забита, безропотна, а потому те, кто не решается подступиться к иванам, велики и страшны, когда им приходится иметь дело со шпанкой. Тогда «мерзавец», как гром, гремит в воздухе. «Задеру», «сгною», – только и слышится обещаний!
Шпанка – это те, кто спит не раздеваясь, боясь, что «свистнут» одежонку. Остающийся на вечер хлеб они прячут за пазуху, так целый день с ним и ходят, а то стащат. Возвращаясь с работы в тюрьму, представитель шпанки никогда не знает, цел ли его сундучок на нарах или разбит и оттуда вытащено последнее арестантское добро.
Их давят иваны, застращивают и обирают храпы, над ними измываются игроки, их обкрадывают голодные жиганы.
Шпанка дрожит от всякого и каждого. Живет всю жизнь дрожа, потому что в этих тюрьмах, где должны «исправляться и возрождаться» преступники, царит самоуправство, произвол иванов, полная власть сильного над слабым, отпетого негодяя над порядочным человеком.