Иллюстратор Робертус Алла
© Михай Лина, 2019
© Робертус Алла, иллюстрации, 2019
ISBN 978-5-4496-1438-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Видения. Мироощущение. Поиски смысла
Проблеск иного мира
На полотне бессонной ночи, До дыр протёртом, виден проблеск, Как плод фантазии непрочный, В миры иные тайный пропуск.
Пытаюсь удержать видение, Так сладко познавать его. Побеждено рассудка бдение, И волю чует естество,
Что в подсознании скрывалось, Как в тайной комнате, когда Опасность в дом его прокралась И после властвовала там.
Но свет спасительный явился Порядок дел восстановить — И морок спал, и ворог скрылся. Пора теперь себя раскрыть.
Тот проблеск, названный видением За то, что маловероятен, Мой ключ, опора вдохновению. Он рая миг. Он мне приятен.
Невозмутимость ваз на крышахА в нашем веке их не ставят.Нет в акротериях нужды.И с высоты они взирают,Печальны и горды.Трудом навЕденной остудыНа видном месте (не сокрыты)Анахронизма атрибутыНеобратимо позабыты.Об Адаране память в нихВидЕньем всполыхнёт незримо.Но на вопрос о днях былыхОни молчат невозмутимо.
А в нашем веке их не ставят.Нет в акротериях нужды.И с высоты они взирают,Печальны и горды.
Трудом навЕденной остудыНа видном месте (не сокрыты)Анахронизма атрибутыНеобратимо позабыты.
Об Адаране память в нихВидЕньем всполыхнёт незримо.Но на вопрос о днях былыхОни молчат невозмутимо.
Дозволенность Душа- Фантазия зашла за рамки Дозволенности, Забраковав привычный маркер Условленности; Из головы хлам непотребный Повынесла, На полках «Чувства» и «Секреты» Пыль вытерла. Мечта, распутывая сети Застенчивости, Предстать посмела в новом свете- Доверчивости, Усталую надежду сделав Бесстрашной, внятною, В дали Грядущего узрела Теперь приятное.
Душа- Фантазия зашла за рамки Дозволенности, Забраковав привычный маркер Условленности;
Из головы хлам непотребный Повынесла, На полках «Чувства» и «Секреты» Пыль вытерла.
Мечта, распутывая сети Застенчивости, Предстать посмела в новом свете- Доверчивости,
Усталую надежду сделав Бесстрашной, внятною, В дали Грядущего узрела Теперь приятное.
Мысль, облачённая в СловоМысль как Душа, что нЕхотя влачится,Таится, если нЕчего «надеть»,Но стОит лишь ей в Слово облачиться,Она смелей становится и впредьПоходкой новою выходит в людиИ, вглядываясь, ищет душ родство:Сквозь оболочку тел– будто бальзам в сосуде —Узреть пытается их естество.
Мысль как Душа, что нЕхотя влачится,Таится, если нЕчего «надеть»,Но стОит лишь ей в Слово облачиться,Она смелей становится и впредь
Походкой новою выходит в людиИ, вглядываясь, ищет душ родство:Сквозь оболочку тел– будто бальзам в сосуде —Узреть пытается их естество.
ЧувствительностьТы не знаешь, чего я боюсь,Размышляя, не врёт ли мне зрение.Я присутствую внешне. И даже смеюсь.Но живу я в другом измерении.Свет и звук, что усилен стократДля меня – для тебя приглушён.Ощущение, будто кто-то укралВместе с кожей защитный мой фон.Ты не ведаешь, с чем я борюсь:Я щажу твоё мировоззрение.Но однажды я всё же с тобой поделюсьВ подходящем к тому настроении.
Ты не знаешь, чего я боюсь,Размышляя, не врёт ли мне зрение.Я присутствую внешне. И даже смеюсь.Но живу я в другом измерении.
Свет и звук, что усилен стократДля меня – для тебя приглушён.Ощущение, будто кто-то укралВместе с кожей защитный мой фон.
Ты не ведаешь, с чем я борюсь:Я щажу твоё мировоззрение.Но однажды я всё же с тобой поделюсьВ подходящем к тому настроении.
БессонницаБессонница. Томительны минуты.И мозг, дремавший днём, теперь взбесился,Бунт против «жаворонков» затевая будто,С цепи сорвался, сбрендил, распустилсяИ бьётся там, внутри коробки черепной,Взбивая сам себя, как будто в чашке:Задумывает он побег очередной.Но некуда ему бежать, бедняжке.
Бессонница. Томительны минуты.И мозг, дремавший днём, теперь взбесился,Бунт против «жаворонков» затевая будто,С цепи сорвался, сбрендил, распустился
И бьётся там, внутри коробки черепной,Взбивая сам себя, как будто в чашке:Задумывает он побег очередной.Но некуда ему бежать, бедняжке.
Ты не ведаешь, как я праздную наступление тишиныМои нервные окончанияСлишком близко, и потомуЯ чувствительна до отчаяния,До безумия ко всему.Ты не знаешь, как звуки громкиеМеня ранят, когда для всехОни тИхи. Попытки робкиеИх уменьшить не ждёт успех.Больно-ярким и свет мне кажется.Ты заметил, что солнце лишьСоберётся сесть, и я сразу жеВыхожу? Когда разошлисьПо домам уже люди разные,И их ауры не страшны.Ты не ведаешь, как я празднуюНаступление тишины.
Мои нервные окончанияСлишком близко, и потомуЯ чувствительна до отчаяния,До безумия ко всему.
Ты не знаешь, как звуки громкиеМеня ранят, когда для всехОни тИхи. Попытки робкиеИх уменьшить не ждёт успех.
Больно-ярким и свет мне кажется.Ты заметил, что солнце лишьСоберётся сесть, и я сразу жеВыхожу? Когда разошлись
По домам уже люди разные,И их ауры не страшны.Ты не ведаешь, как я празднуюНаступление тишины.
Не нарушай моих границ1 Оставлю я, как будто бы случайно, Открытой книгу. Ну а ты её найдёшь И прочитаешь строки о печальном… И вот тогда ты, наконец, меня поймёшь. И всё то, что считал капризами моими, В твоих глазах весомей станет, возрастёт И бросит тень на обвинения пустые, Которым ранее не вёл ты счёт. Сумеешь ли и дальше быть со мною, Не нарушая личностных границ, Не упрекать, когда мне будет больно В свет выходить твой из моих темниц?
Оставлю я, как будто бы случайно, Открытой книгу. Ну а ты её найдёшь И прочитаешь строки о печальном… И вот тогда ты, наконец, меня поймёшь.
И всё то, что считал капризами моими, В твоих глазах весомей станет, возрастёт И бросит тень на обвинения пустые, Которым ранее не вёл ты счёт.
Сумеешь ли и дальше быть со мною, Не нарушая личностных границ, Не упрекать, когда мне будет больно В свет выходить твой из моих темниц?
Собирательница словНеисправимая сова,В постели я лежу без снов.Ищу весомые слова(Я собирательница слов)И поднимаю их со дна:Хочу их к свету вознести,В углы сознания загнать,Чтобы из них составить стих.
Неисправимая сова,В постели я лежу без снов.Ищу весомые слова(Я собирательница слов)
И поднимаю их со дна:Хочу их к свету вознести,В углы сознания загнать,Чтобы из них составить стих.
Смирение усталоУсталость накопилась без причин…От веры тех, кто быть хотел со мной:Никто мне не был нужен из мужчин,а только он, тот призрак за спиной.Усталость накопилась оттого,что людям доброта не дорогА.Вот бы мне тоже сделать что-нибудь не то,но я смиреньем радую врага. Усталость накопилась от «вины»: оправдываться впредь я зареклась. Вампиры, проникая даже в сны, Чтоб мною поживиться, открывали пасть. Усталость накопилась от побед: от проигравших жду я только зла… В чём можно упрекнуть- такого нет во мне, и эта ноша тяжела.
Усталость накопилась без причин…От веры тех, кто быть хотел со мной:Никто мне не был нужен из мужчин,а только он, тот призрак за спиной.
Усталость накопилась оттого,что людям доброта не дорогА.Вот бы мне тоже сделать что-нибудь не то,но я смиреньем радую врага.
Усталость накопилась от «вины»: оправдываться впредь я зареклась. Вампиры, проникая даже в сны, Чтоб мною поживиться, открывали пасть.
Усталость накопилась от побед: от проигравших жду я только зла… В чём можно упрекнуть- такого нет во мне, и эта ноша тяжела.
Моя душа подобна книге Моя душа подобна книге, И если кто её прочтёт, Картины яркие увидит, Бальзам для сердца в них найдёт. И расшифровывая знаки, Он с ними ощутит родство. Одни и те же мысли, страхи И у меня, и у него.Моя душа подобна книге,Одетой в толстый переплёт,На полке странностей безликих,Что пыли ведает налёт.Её найдёшь зимою тихой.В твоей окажется рукеСложнее чтив прошедших книга,Что на китайском языке.
Моя душа подобна книге, И если кто её прочтёт, Картины яркие увидит, Бальзам для сердца в них найдёт.
И расшифровывая знаки, Он с ними ощутит родство. Одни и те же мысли, страхи И у меня, и у него.
Моя душа подобна книге,Одетой в толстый переплёт,На полке странностей безликих,Что пыли ведает налёт.
Её найдёшь зимою тихой.В твоей окажется рукеСложнее чтив прошедших книга,Что на китайском языке.
Тёмная частьКогда наступает темнота,А рядом ни церкви, ни огня,К душе подступает пустота,Ей нужна тёмная часть меня.Всё тотчас не так, и сильней меня страх,Как будто к пропасти подхожу,Но воля моя не в моих руках,И мыслям вниз броситься разрешу…
Когда наступает темнота,А рядом ни церкви, ни огня,К душе подступает пустота,Ей нужна тёмная часть меня.
Всё тотчас не так, и сильней меня страх,Как будто к пропасти подхожу,Но воля моя не в моих руках,И мыслям вниз броситься разрешу…
Чужую мудрость трудно применить Чужую мудрость трудно применить: Сугубо личен синтез знаний. И не отштамповать и не отлить Для общих нужд «Формулу процветанья». Поэтому мне нравится логичность речи Из адекватных уст, Которые тебя не «лечат», Выдав за «Истину» тот «груз», Что опытом у них зовётся, Людей, которые осознаЮт: Неоспоримость «мудрости» сотрётся С Тропы, коль табуном по ней пройдут.
Чужую мудрость трудно применить: Сугубо личен синтез знаний. И не отштамповать и не отлить Для общих нужд «Формулу процветанья».
Поэтому мне нравится логичность речи Из адекватных уст, Которые тебя не «лечат», Выдав за «Истину» тот «груз»,
Что опытом у них зовётся, Людей, которые осознаЮт: Неоспоримость «мудрости» сотрётся С Тропы, коль табуном по ней пройдут.
Водопад. Граница мировГраница мировСледыСтирает и вечностью всё заменяет,Прозрачной стенойВодыПрошедшее с будущим соединяет.Коснуться хочуРукойЯ жидких зеркал, за которыми Время.Минуты бегутРекой,Их капли скрывают волшебные двери.Ну остановиНа мигТы бурный поток, беспощадное Время,Чтоб в прошлый вернуться мирСмогла я сквозь эти прозрачные двери.Шагнула бы яТуда,Где в нужное русло всё можно направить.Но вечности знак —Вода —Границу миров нарушать запрещает.
Граница мировСледыСтирает и вечностью всё заменяет,Прозрачной стенойВодыПрошедшее с будущим соединяет.
Коснуться хочуРукойЯ жидких зеркал, за которыми Время.Минуты бегутРекой,Их капли скрывают волшебные двери.
Ну остановиНа мигТы бурный поток, беспощадное Время,Чтоб в прошлый вернуться мирСмогла я сквозь эти прозрачные двери.
Шагнула бы яТуда,Где в нужное русло всё можно направить.Но вечности знак —Вода —Границу миров нарушать запрещает.
Видение. Реальность треснула Реальность треснула, а я-то верила, Что она безгранична, объёмна. И тут на тебе! Она стекло. или зеркало, Что имеет слой напылённый. Реальность треснула. Её осколки Летят замедленно, и скоро звук От их падения раздастся звонкий. И крах их мой возвысит дух. И вдруг… обратно всё вернулось. Куски реальности прозрачной, Как было, слились и сомкнулись, Меня не в шутку озадачив. И, окружив, встали преградой, Как куполом меня накрыв, Украв мелькнувшую отраду — Взглянуть на НАСТОЯЩИЙ мир.
Реальность треснула, а я-то верила, Что она безгранична, объёмна. И тут на тебе! Она стекло. или зеркало, Что имеет слой напылённый.
Реальность треснула. Её осколки Летят замедленно, и скоро звук От их падения раздастся звонкий. И крах их мой возвысит дух.
И вдруг… обратно всё вернулось. Куски реальности прозрачной, Как было, слились и сомкнулись, Меня не в шутку озадачив.
И, окружив, встали преградой, Как куполом меня накрыв, Украв мелькнувшую отраду — Взглянуть на НАСТОЯЩИЙ мир.
ОщущениеЯ испытываю ощущение,Для которого не создано слов.Будто Нечто в моём окруженииЗадевает незримым крылом;Будто некое оснащение,Зло которого не доказать,Применяет своё излучение,Чтобы в завтра мне путь заказать.– Опиши его. Я бы с радостью.Это чувство сродни отчаянью,Но пред силой людской предвзятостиМеркнет всякое описание.
Я испытываю ощущение,Для которого не создано слов.Будто Нечто в моём окруженииЗадевает незримым крылом;
Будто некое оснащение,Зло которого не доказать,Применяет своё излучение,Чтобы в завтра мне путь заказать.
– Опиши его. Я бы с радостью.Это чувство сродни отчаянью,Но пред силой людской предвзятостиМеркнет всякое описание.
Оно…А в ночь опять оно пришло,То чувство, что не описать…И чёрным бархатным крыломМеня пытается обнять; Меня пытается душить, Мне мысли тёмные внушить. Ночей уже боюсь. И без свечи не засыпаю. Какие силы ночью правят, Догадываясь, злюсь. То, что находит, настигает, Паникой мозга называю. Энергетическое поле, Наверно, лярвы пожирают… Чего они боятся – знаю И против них сооружаю Защиты всех мастей. Спать вредно, говорят, со светом, Но коль не сделаю я это, Не миновать из тьмы гостей.
…А в ночь опять оно пришло,То чувство, что не описать…И чёрным бархатным крыломМеня пытается обнять;
Меня пытается душить, Мне мысли тёмные внушить. Ночей уже боюсь. И без свечи не засыпаю. Какие силы ночью правят, Догадываясь, злюсь.
То, что находит, настигает, Паникой мозга называю. Энергетическое поле, Наверно, лярвы пожирают…
Чего они боятся – знаю И против них сооружаю Защиты всех мастей. Спать вредно, говорят, со светом, Но коль не сделаю я это, Не миновать из тьмы гостей.
Клеветники и клеветницы Стекают с жал их небылицы; Шипеньем змей звучат в ушах. Клеветники и клеветницы Всегда мерзкИ в моих глазах.
Стекают с жал их небылицы; Шипеньем змей звучат в ушах. Клеветники и клеветницы Всегда мерзкИ в моих глазах.
У маленьких посёлков злая есть чертаВ посёлках маленьких другая жизнь течёт:Вместе с доброжелательностью внешней здесьНадменно о твоих деяньях ждут отчёт,И ох как трудно не позволить сплетням лезтьВ твоё пространство от остервенелых «дам»:На сладкое садятся осы.Чернее зависть здесь, страшнее клеветаИ интенсивнее сердец жестокость.
В посёлках маленьких другая жизнь течёт:Вместе с доброжелательностью внешней здесьНадменно о твоих деяньях ждут отчёт,И ох как трудно не позволить сплетням лезть
В твоё пространство от остервенелых «дам»:На сладкое садятся осы.Чернее зависть здесь, страшнее клеветаИ интенсивнее сердец жестокость.
Одни становятся мудрее, другие – старшеБыла у нас учительница в школе,Как человек хорошая, но как учитель – нет.И часто возникало с ней поспоритьЖелание, не свойственное мне.Она нередко говорила: «Вот когда,Как мне, вам будет пятьдесят,Тогда и будете вы кем-то, а покаВы все никто! И не вертИтесь, если говорятВам СТАРШИЕ, кто в жизни повидалТе тяготы, что и не снились вам!»Её как будто злило то, что мир уж лучше стал,Что мы не голодны и выбирать не по указкеСпособны меж добра и зла.А от количества товаров жизнь не стала сказкой.И что пред Богом мы никто, с чего она взяла?Одни МУДРЕЙ становятся с годами,Другие же – всего лишь СТАРШЕ.Вот ко вторым относятся те «господа» и «дамы»,Что, обобщая, ненавидят поколение наше.
Была у нас учительница в школе,Как человек хорошая, но как учитель – нет.И часто возникало с ней поспоритьЖелание, не свойственное мне.
Она нередко говорила: «Вот когда,Как мне, вам будет пятьдесят,Тогда и будете вы кем-то, а покаВы все никто! И не вертИтесь, если говорят
Вам СТАРШИЕ, кто в жизни повидалТе тяготы, что и не снились вам!»
Её как будто злило то, что мир уж лучше стал,Что мы не голодны и выбирать не по указкеСпособны меж добра и зла.А от количества товаров жизнь не стала сказкой.И что пред Богом мы никто, с чего она взяла?
Одни МУДРЕЙ становятся с годами,Другие же – всего лишь СТАРШЕ.Вот ко вторым относятся те «господа» и «дамы»,Что, обобщая, ненавидят поколение наше.
Не смиреннаНе привлекательна мне ласкаЕжовой рукавицыИ кнут, и пряник, и указка.Спешу «от рук отбиться».В невежестве не от того яСпасти пыталась Душу.Себе пожалую я волюИ ею же разрушуМанипуляторские схемыВраждебных тварей за спиной.Я не вкуснА и не смиренна —Уже не поживиться мной.
Не привлекательна мне ласкаЕжовой рукавицыИ кнут, и пряник, и указка.Спешу «от рук отбиться».
В невежестве не от того яСпасти пыталась Душу.Себе пожалую я волюИ ею же разрушу
Манипуляторские схемыВраждебных тварей за спиной.Я не вкуснА и не смиренна —Уже не поживиться мной.
Как мною понимается СудьбаДруг любезный, позволь изложитьМысль о том, что такое «Судьба».Предначертано ли, как нам жить?Или жизнь будто карта всех стран?Я считаю, что верно второе.Справедливостью выбор нам дан.Этот мир очень мудро устроен.В нём события как городА.Коль во Франции ты, «впереди ждёт» Париж.«Не дано» там увидеть Пекин, Астану.Впрочем, сесть в самолёт, если только решишь,Волен ты, посетить чтоб любую* страну. Страны на жизненной карте – варианты. Судьба это выбор, маршрут. Что есть ограниченность – это понятно. Что ВСЁ предначертано – врут.
Друг любезный, позволь изложитьМысль о том, что такое «Судьба».Предначертано ли, как нам жить?Или жизнь будто карта всех стран?
Я считаю, что верно второе.Справедливостью выбор нам дан.Этот мир очень мудро устроен.В нём события как городА.
Коль во Франции ты, «впереди ждёт» Париж.«Не дано» там увидеть Пекин, Астану.Впрочем, сесть в самолёт, если только решишь,Волен ты, посетить чтоб любую* страну.
Страны на жизненной карте – варианты. Судьба это выбор, маршрут. Что есть ограниченность – это понятно. Что ВСЁ предначертано – врут.
Значимость Мы жалкие песчинки во Вселенной? Или Вселенная – у нас внутри? Постыдны или всё же драгоценны Те тайны, что желаешь скрыть? В чём значимость твоя, предназначение На этом свете? Или же он сам Затем и создан, быть чтоб посвящением И вдохновлять ТЕБЯ на чудеса? Тебя, потомок и любимец Бога. Не верь, что во грехе ты был рождён, И отличать умей заветы от подлогов, И не забудь, что Выбор разрешён.
Мы жалкие песчинки во Вселенной? Или Вселенная – у нас внутри? Постыдны или всё же драгоценны Те тайны, что желаешь скрыть?
В чём значимость твоя, предназначение На этом свете? Или же он сам Затем и создан, быть чтоб посвящением И вдохновлять ТЕБЯ на чудеса?
Тебя, потомок и любимец Бога. Не верь, что во грехе ты был рождён, И отличать умей заветы от подлогов, И не забудь, что Выбор разрешён.
Страницаиз5
СкороКнижный режим
