Правописание молнии. Zibens pareizrakstība, 1980
Войдем в это лето
Давай войдем в это лето,вечное лето,что было прежде леса и ветра,что было и грелопредкам руки,в мозолиодетые.
И сложим каждый свое тепло,тепло заячьеи тепло речноес теплотой человечьей –как мы без слов условилисьночью черемухина мосту столетий.
То, о чем там условлено,без слов условлено,есть призваниетвое и суть;и всеми голосамитвоему кворумусделка на мосту повелевает:будь!
И мы сотрем паутину,рутины патинувдвоем на пороге,чисты и просветленныв лето войдем
трепетно, какесли бы нас ожидалибоги.
Вечное это лето –божественно,взгляни,как облако реет гордо,войдем с тобой,вольный мужчинаи вольная женщина,а вовсе не гонимые алчбойоторвы.
II
Алчбой гонимые перекати-поле, оторвы,доля их жизнь или кошелек.И не облачные нимбы реют гордо,но ореол мученика,уготованный лету.
И, стоит мне молчатрусливопозволитьвсем этим лес жечь,зверя бить,воду мутить,то уже и намине рожденнымдетям по золе к лету// своему придется ползти.
Лето ждеттенью мертвой, саваномчеремухинад падью в омуте.– Надо бы,надо бы вам наскрести вотстолькожалости, чтобыобо мне вспомнить!
III
Мое лето,вечное летопра- и прапрадедов,пра-, прапрабабушек,правнуков, правнучек,океан безбрежностеймоих, тывечное лето,не смей о смерти!
С тобой умрутвсе былые, грядущие, сущиенежности.И у земли разорветсясердце.
Страницаиз28
СкороКнижный режим
