Иллюстратор Дмитрий Храмцов
Фотограф Галина Дейнекина
Идейный вдохновитель Некая Женщина
© Андрей Другой, 2023
© Дмитрий Храмцов, иллюстрации, 2023
© Галина Дейнекина, фотографии, 2023
ISBN 978-5-0059-5072-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Анечке Андреевой сия книга посвящается…
Прелюдия
«О свободной Смерти»
«Многие умирают слишком поздно, а иные – слишком рано. Пока ещё странным покажется учение: «Умри вовремя!». Умри вовремя: так учит Заратустра. Конечно, как может вовремя умереть тот, кто Жил не вовремя? Лучше бы ему и не родиться! – Так советую я всем лишним. Но и лишние важничают своей Смертью, и даже самый пустой орех хочет быть расколотым.
Все относятся к Смерти серьёзно: но пока ещё Она не стала праздником. Люди не научились ещё чтить самые светлые праздники. Я показываю Вам Смерть, в которой обретается полнота и завершённость, – Смерть, которая станет для Живущих жалом и священным обетом.
Такой Смертью умирает завершивший Путь свой, умирает победоносно, окружённый теми, кто преисполнен надежд и дал священный обет свой. Так должно научиться умирать; да не будет праздника там, где умирающий не освятил клятвы Живущих! Такая Смерть – наилучшая; лучшей же после Неё будет – умереть в борьбе и растратить великую Душу. Но и борющемуся, и побеждающему одинаково ненавистна Ваша Смерть: скаля зубы свои, Она крадётся, как вор, а приходит к Вам повелителем. Истинно свободную Смерть хвалю я, Ту, что приходит ко мне, ибо я хочу Её. Когда же устремится к Смерти воля моя? – У кого есть цель и преемник, тот пожелает Смерти вовремя, тогда, когда это удобно для цели и для преемника..Из глубокого почитания цели и преемника не повесит он сухих венков в святилище Жизни.
Поистине, не хочу я уподобляться сучильщикам верёвок: нить их увеличивается в длину, сами же они пятятся.
Иные становятся слишком стары для побед и истин своих; беззубый рот не имеет уже права на все истины.
Всякий, жаждущий славы, должен заблаговременно расстаться с почётом и освоить нелёгкое искусство – уйти вовремя. Не позволяй есть себя тогда, когда находят Тебя особенно вкусным: это знают Те, кто хочет, чтобы их долго Любили. Бывают, конечно, кислые яблоки: их удел – ждать последнего дня осени; и тогда делаются они одновременно зрелыми, жёлтыми и морщинистыми. У одних раньше стареет сердце, у Других – ум. Иные бывают стариками в юности, но кто поздно юн, долго остаётся таким. Некоторым не удаётся Жизнь: ядовитый червь гложет им сердце. Да приложат они все силы свои, чтобы Смерть лучше удалась им! Есть и такие, что никогда не становятся сладкими: они начинают гнить уже летом. Лишь малодушие удерживает их на ветке. Слишком много Живущих, и чересчур долго держатся они на ветвях Жизни своей. Пусть же придёт буря и стряхнёт с дерева всех этих гниющих и червивых!
Пусть бы явились проповедники скорой Смерти! И подобно буре, сотрясли бы деревья Жизни! Но я слышу только проповедь медленного умирания и терпения ко Всему «земному».
Вы проповедуете терпение ко Всему земному? Но это земное и так слишком долго терпит Вас самих, клеветники!
Поистине, слишком рано умер тот еврей, которого почитают проповедники медленной Смерти: и для многих с тех пор стало роком то, что он умер так рано. Только слёзную еврейскую тоску успел познать еврей Иисус, вкупе с ненавистью добрых и праведных, и тогда объяла его жажда Смерти. Зачем не остался он в пустыне, вдали от добрых и праведных! Быть может, он научился бы Жить, и Любить землю, и даже смеяться! Верьте мне, братья мои! Слишком рано он умер; он бы сам отрёкся от учения своего, доживи он до моих лет! В нём было достаточно благородства, чтобы отречься!
Но был он ещё незрелым. Незрела Любовь юноши, и незрела ненависть его к земле и человеку. Ещё связаны и тяжелы у него Чувства и крылья Духа. Зрелый муж больше ребёнок, чем юноша, и меньше скорби в нём: лучше понимает он Смерть и Жизнь.
Свободный к Смерти и свободный в Смерти, он произносит священное «Нет», когда уже нет времени для «Да»: так понимает он Смерть и Жизнь. Да не будет умирание Ваше хулой на человека и землю, друзья мои: с такой просьбой обращаюсь я к мёду Души Вашей. Даже в Смерти должны пылать Дух Ваш и добродетель, подобно вечерней заре над землёй: иначе Смерть Ваша плохо удалась Вам. Так хочу умереть и я: чтобы Вы, друзья мои, ради меня ещё больше Любили землю; снова в землю желаю я обратиться – обрести покой у Той, что родила меня. Поистине, была цель у Заратустры, в Неё метал он мяч свой; отныне Вы, друзья, будете преемниками цели моей, Вам бросаю я золотой мяч. Приятнее всего смотреть мне на Вас, друзья мои, когда подбрасываете Вы его! Вот почему помедлю я ещё немного на земле: простите мне это!
Так говорил Заратустра…»
1. «Мировоззрение»На родной аллее, на моей дорожке,ранним утром птицы собирают крошки,рядом с домом урны потрошат вороны, —всё это я вижу, управляя «дроном»…
На родной аллее, на моей дорожке,ранним утром птицы собирают крошки,рядом с домом урны потрошат вороны, —всё это я вижу, управляя «дроном»…
2. «Наталье Н…»Нет, не нова измена Женщин,и непостоянна…Кто б мог подумать, что поверю ещё раз…Как на стекле, что в паутине мелких трещин,если учесть, что тонет водолаз…
Нет, не нова измена Женщин,и непостоянна…Кто б мог подумать, что поверю ещё раз…Как на стекле, что в паутине мелких трещин,если учесть, что тонет водолаз…
3. «Небеса»Небо в перине и в синих разводах,плывущее небо над городом грешным,над городом шлюх и моральных уродов,но небо лояльно к Живущим конечно…
Небо в перине и в синих разводах,плывущее небо над городом грешным,над городом шлюх и моральных уродов,но небо лояльно к Живущим конечно…
4. «Светлане Р – ой»Мир мрачен, – права Ты отчасти,но, может быть, это есть суть?Как боль умирающей страсти,наивной, но верной…Аж жуть…Отбрось на мгновенье сомнения,уйди на минуту в Себя…Но выйди, ведь есть подозрение,что там уже много Тебя…
Мир мрачен, – права Ты отчасти,но, может быть, это есть суть?Как боль умирающей страсти,наивной, но верной…Аж жуть…
Отбрось на мгновенье сомнения,уйди на минуту в Себя…Но выйди, ведь есть подозрение,что там уже много Тебя…
5. «Образы»Гранулы счастья рассыпаны в сене,капсулы горя впечатаны в наледь,тромбы зияют в опущенных венах, —собрав эти образы, можно скандалить…
Гранулы счастья рассыпаны в сене,капсулы горя впечатаны в наледь,тромбы зияют в опущенных венах, —собрав эти образы, можно скандалить…
6. «Маркизу»Уймись вероломное сердце,закрой кровожадную пасть…Обломки несчастного детства,отвергли Любовную связь…Умолкни навеки сознание,уйди в небытие мазохист…– Так кончилось Наше страдание,в Любви, где свирепствует хлыст…
Уймись вероломное сердце,закрой кровожадную пасть…Обломки несчастного детства,отвергли Любовную связь…
Умолкни навеки сознание,уйди в небытие мазохист…– Так кончилось Наше страдание,в Любви, где свирепствует хлыст…
7. «Нужда»Август в зелень завернулся,и укутался прохладой,зной ушёл, потом вернулся, —значит лету это надо…
Август в зелень завернулся,и укутался прохладой,зной ушёл, потом вернулся, —значит лету это надо…
8. «Ketaminum»Шокировать мозг,при виде мужчин…Растапливать воск,без ряда причин…Несомая ветром,нанизан на кол…Кругом одно ретро,один «Калипсол…»
Шокировать мозг,при виде мужчин…Растапливать воск,без ряда причин…Несомая ветром,нанизан на кол…Кругом одно ретро,один «Калипсол…»
9. «Розарий»Чмокал розы в лепестки,что алели на рассвете,чмокал, чтоб пустить ростки,и засохнуть в чёрном цвете…
Чмокал розы в лепестки,что алели на рассвете,чмокал, чтоб пустить ростки,и засохнуть в чёрном цвете…
10. «Тишина»За окном серый день,за спиной чья – то тень,а вокруг – тишина,– по ушам бьёт Она…Звуки той тишины,отдалённо слышны…Дождь стучится в карниз,и я прыгаю вниз…
За окном серый день,за спиной чья – то тень,а вокруг – тишина,– по ушам бьёт Она…
Звуки той тишины,отдалённо слышны…Дождь стучится в карниз,и я прыгаю вниз…
11. «Жить»Рассвет туманной дымкой за окном,да комаров под потолком свирепое жжужание…Я возлегаю на паркете нагишом,играя сам с собой на выживание…
Рассвет туманной дымкой за окном,да комаров под потолком свирепое жжужание…Я возлегаю на паркете нагишом,играя сам с собой на выживание…
12. «Клаустрофобия»3Тишина впереди,тишина позади…Потолок ползёт вниз,словно хочет карниз,раздавить тишину,но я вижу дыру…И в конце Той дыры,– тишина, я и Ты…А движение стены,– это шаг тишины…Мы ползём – Она вслед,с вида – выхода нет,но я вижу дыру,слышу Ту тишину,что Нам бьёт по ушам,и травмирует шрам…Сколько можно ползти?Тишина позади…Пара метров – дыра…Воздух…Небо…Вода…
Тишина впереди,тишина позади…Потолок ползёт вниз,словно хочет карниз,раздавить тишину,но я вижу дыру…И в конце Той дыры,– тишина, я и Ты…А движение стены,– это шаг тишины…Мы ползём – Она вслед,с вида – выхода нет,но я вижу дыру,слышу Ту тишину,что Нам бьёт по ушам,и травмирует шрам…Сколько можно ползти?Тишина позади…Пара метров – дыра…Воздух…Небо…Вода…
13. «Надежде З – ой»Нет милее красоты,чем выйдя утром на проспекты,фотографировать цветы,чтоб послать их Той, что где-то…
Нет милее красоты,чем выйдя утром на проспекты,фотографировать цветы,чтоб послать их Той, что где-то…
14. «Контрасты»Где деньги – там бриллианты,где тело – там Душа,где честь – там дуэлянты,где спирт – там анаша…Где вкус – там есть и запах,где сахар – там и соль,есть мыло в грязных лапах,есть шерсть, где дохнет моль…Нет слова без подсказки,нет кайфа без вреда,нет дела без развязки,нет Жизни без труда…Нет мыслей без надежды,нет секса без причин,нет знаний без невежды,нет Жизни без кончин…Зато бывает радость,зато бывает Мир…Где горечь, прям, как сладость,где голод, прям, как пир…
Где деньги – там бриллианты,где тело – там Душа,где честь – там дуэлянты,где спирт – там анаша…
Где вкус – там есть и запах,где сахар – там и соль,есть мыло в грязных лапах,есть шерсть, где дохнет моль…
Нет слова без подсказки,нет кайфа без вреда,нет дела без развязки,нет Жизни без труда…
Нет мыслей без надежды,нет секса без причин,нет знаний без невежды,нет Жизни без кончин…
Зато бывает радость,зато бывает Мир…Где горечь, прям, как сладость,где голод, прям, как пир…
15. «День Рождения»Прости меня трава за неизбежность,прикосновения с покровом через дёрн,прости мою стареющую нежность, —я под травой лежать, увы, рождён…
Прости меня трава за неизбежность,прикосновения с покровом через дёрн,прости мою стареющую нежность, —я под травой лежать, увы, рождён…
16. «Твой Дождь»Я лицо подставлю дождю,пошагаю домой, неспеша,я, зажмурив глаза, закричу:– «Оставайся! Ты так мне нужна!»Пусть насилует небо гроза,день отдаст пусть свой трон темноте,по щеке пусть стекает слеза,– не заметят Её при дожде…Город спит…Я сегодня не сплю,– я возьму эту ночь напрокат,и откроюсь, – кого я Люблю,и кому ночь отдать был бы рад…Кто же даст мне ответ: «Почему,Любят лишь в сладострастия миг»?Может, это внушают к тому,чтобы я головой не поник?Меня предали…Надо терпеть…И не нужно устраивать крик…Что я мог в этой Жизни успеть,если плёлся, как дряхлый старик?Пусть порочно желтеет луна,развращая огни фонарей,я, промокнув от нитей дождя,упаду, не дойдя до дверей…Я Любил, но я не был Любим,и надеялся, ждав у окна…Ждал я долго, всем Духом своим,а дождавшись, увидел – стена…Она строилась множество лет,из насилия, лести и зла,и ворот в стене попросту нет,– меня к ней моя Жизнь привела…В клочки молния небо порвёт,разделив наши Жизни чертой,меня кто – то сегодня убьёт,и останется счастье мечтой…Утром радуга встанет…Поймёшь,что могила моя где – то рядом…Ты тихонько меня позовёшь…Станет дождь погребальным обрядом…Ну а радуга в нежных цветах,всполоснётся Твоими слезами,будешь видеть меня лишь во снах,станешь Чувствовать только глазами…Я лицо подставлю дождю,пошагаю домой неспеша…Точно знав, что домой не дойду,я кричал Тебе, как Ты нужна…
Я лицо подставлю дождю,пошагаю домой, неспеша,я, зажмурив глаза, закричу:– «Оставайся! Ты так мне нужна!»
Пусть насилует небо гроза,день отдаст пусть свой трон темноте,по щеке пусть стекает слеза,– не заметят Её при дожде…
Город спит…Я сегодня не сплю,– я возьму эту ночь напрокат,и откроюсь, – кого я Люблю,и кому ночь отдать был бы рад…
Кто же даст мне ответ: «Почему,Любят лишь в сладострастия миг»?Может, это внушают к тому,чтобы я головой не поник?
Меня предали…Надо терпеть…И не нужно устраивать крик…Что я мог в этой Жизни успеть,если плёлся, как дряхлый старик?Пусть порочно желтеет луна,развращая огни фонарей,я, промокнув от нитей дождя,упаду, не дойдя до дверей…
Я Любил, но я не был Любим,и надеялся, ждав у окна…Ждал я долго, всем Духом своим,а дождавшись, увидел – стена…
Она строилась множество лет,из насилия, лести и зла,и ворот в стене попросту нет,– меня к ней моя Жизнь привела…
В клочки молния небо порвёт,разделив наши Жизни чертой,меня кто – то сегодня убьёт,и останется счастье мечтой…
Утром радуга встанет…Поймёшь,что могила моя где – то рядом…Ты тихонько меня позовёшь…Станет дождь погребальным обрядом…
Ну а радуга в нежных цветах,всполоснётся Твоими слезами,будешь видеть меня лишь во снах,станешь Чувствовать только глазами…
Я лицо подставлю дождю,пошагаю домой неспеша…Точно знав, что домой не дойду,я кричал Тебе, как Ты нужна…
17. «Прощение»Вы простили моё одиночество,терпеливо внедряя прощение,я забуду Вас, Ваше Высочество,и сотру с Души Чувств напыление…
Вы простили моё одиночество,терпеливо внедряя прощение,я забуду Вас, Ваше Высочество,и сотру с Души Чувств напыление…
18. «Петля»В чужой ванне,за зеркальной ширмой,кто – то очень странный,и весьма обширный…Тля по телу страха,пронеслась сжирая,в области у паха,кожа прогнивая,сморщивала телои больной рассудок…Что – то меня ело,около трёх суток…Если бы не тля та,– я б сбежал из ванной,но висит петля та,Жизни моей странной…Я иссохшим трупом,Найден был, болтаясь…И засохшим супом,хищно улыбаясь…
В чужой ванне,за зеркальной ширмой,кто – то очень странный,и весьма обширный…Тля по телу страха,пронеслась сжирая,в области у паха,кожа прогнивая,сморщивала телои больной рассудок…Что – то меня ело,около трёх суток…Если бы не тля та,– я б сбежал из ванной,но висит петля та,Жизни моей странной…Я иссохшим трупом,Найден был, болтаясь…И засохшим супом,хищно улыбаясь…
19. «Красивое»Волосы каштаном в ноздри мне,а Тебе черешня пахнувшая в пах,мы никогда не посидим на пне,потому что Жизнь «в кавычках» есть страх…Но я буду ходить и не перестану Мечтать…О ночи Любви… Твою ж, сраную мать…
Волосы каштаном в ноздри мне,а Тебе черешня пахнувшая в пах,мы никогда не посидим на пне,потому что Жизнь «в кавычках» есть страх…
Но я буду ходить и не перестану Мечтать…О ночи Любви… Твою ж, сраную мать…
20. «Паранойя»Уже не молод, но не стар,почти что мёртв, чтоб мыслить связно,– я падал, как упал Икар,увы, безумие заразно…Роднил нас тот печальный факт,что падал я скорее от скуки,не в силах изучить трактат,о достижениях науки…Теперь же ветра мерзкий свист,мне режет слух высокой нотой…Я падал, как осенний лист…Я падал…Это было что то…Прям чудеса на виражах…Но вниз летят и годы детства…Во взгляде – Жизнь на этажах,кипит романтикой соседства…Последней мыслью стала боль,что с хрустом вгрызлась в позвоночник…Тепло асфальта…Крови соль…Депрессия – всех бед источник…
Уже не молод, но не стар,почти что мёртв, чтоб мыслить связно,– я падал, как упал Икар,увы, безумие заразно…
Роднил нас тот печальный факт,что падал я скорее от скуки,не в силах изучить трактат,о достижениях науки…
Теперь же ветра мерзкий свист,мне режет слух высокой нотой…Я падал, как осенний лист…Я падал…Это было что то…
Прям чудеса на виражах…Но вниз летят и годы детства…Во взгляде – Жизнь на этажах,кипит романтикой соседства…
Последней мыслью стала боль,что с хрустом вгрызлась в позвоночник…Тепло асфальта…Крови соль…Депрессия – всех бед источник…
Читать фрагменты других книг
Страницаиз18
СкороКнижный режим