ДНЕВНОЙ СТАЦИОНАР. Занятие первое, вводное
«Проходите, не стесняйтесь, рассаживайтесь где кому удобно», – пригласила нас в небольшую комнату психолог. Нам (группе выписавшихся из наркологической клиники пациентов) предложили пройти курс занятий в дневном стационаре. Предложение, от которого невозможно отказаться. Иначе поставят на учёт в наркологическом диспансере. Ничем особенным это, впрочем, не грозило. Мне, во всяком случае. Ну, нельзя будет водить машину. Так я её и не вожу. И не собираюсь. Да и денег на покупку автомобиля мне в жизни не накопить. Не примут на работу, связанную с ответственностью за жизни людей. Что ж, поработать спасателем или водителем трамвая – от такой экзотики я далека. Впрочем, всякое возможно в этой жизни. Но я пошла на занятия не из страха перед административными наказаниями. Просто стало любопытно – что же такого мне может сказать психолог, что я сразу, прям вот немедленно, справлюсь с зависимостью, с которой безуспешно борюсь уже лет двадцать. Подобные настроения были и у остальных славных участников нашей падшей компании. Мы потёрлись возле порога зловещей комнаты, и вошли в неведомое нам пространство.
«Вы, конечно, все считаете, что оказались здесь совершенно случайно», – начала без лишних предисловий психолог. Да, приблизительно так мы и думали, ведь все мы были «первоходками», то есть, впервые оказались в наркологической больнице. А были те, кто лежал здесь по второму, третьему и даже по десятому разу. Но они после выписки уже не обходились беседами с психологом. Одни уезжали на неопределённый срок в загородный реабилитационный центр, а кто-то гулял «на воле» пару дней, а затем возвращался в свою любимую больничку (как ласково её называют «профессиональные пациенты»). Частенько – под конвоем полиции. Потому что путей у зависимого человека не так уж и много.
«Хорошо, – продолжила, между тем, психолог, – мы с вами поступим так – вот вам листочки и ручки, – и она раздала нам письменные принадлежности, – напишите мне пять причин, почему вы не считаете себя алкоголиками». О! Да это запросто. И мы взялись за дело.
«Ну что, готово?» – спросила через некоторое время психолог, заметив, что почти все закончили писать, – Нет-нет, не отдавайте мне листки. И зачитывать вслух не надо. Хотите, я угадаю, что там написано?» Мы замерли в ожидании. «Я не алкоголик, потому что для употребления спиртного мне не нужен повод, мне просто нравится выпивать, я пью лишь определённые напитки, я хорошо себя чувствую, когда выпиваю, я прекрасно выгляжу, опрятно одет, содержу свой дом в порядке и чистоте, я работаю, я не валяюсь под забором, у меня есть семья, я талантливый, умный и коммуникабельный человек. Как-то так, да?» Мы молчали. Потому что каждый написал почти точь-в-точь именно это. «Да-а-а-а, – рассмеялась психолог, – люди не оригинальны. Принято считать, что алкоголик – это тот, кто валяется под забором в грязном тряпье и лыка не вяжет. Но это уже та стадия, до которой практически никто не доживает. А всего их три. И мы с вами, друзья мои, на второй. А почему на второй, вы мне сами скажете, когда напишете на обратной стороне листка пять причин, почему же, вы, всё-таки, являетесь алкоголиками. Я помогу вам в этом». И психолог задала наводящие вопросы, ответы на которые, увы, были утвердительными. Она спросила, сократились ли с годами перерывы между употреблениями, увеличились ли дозы алкоголя, приходилось ли нам обманывать близких, чтобы найти возможность выпить, поступались ли мы ради выпивки своими незыблемыми принципами? «Ну а пятую причину вы можете мне и сами назвать», – остановилась психолог. «Мы находимся сейчас на лечении в наркологической клинике», – практически хором ответили мы. «Именно так, – подтвердила психолог, – как раз на второй стадии люди, как правило, попадают сюда, потому что на первой они ещё не замечают, в какой водоворот угодили, а до третьей практически никто не доживает». «Ну, тогда у меня шансов нету, – вздохнула молодая, милая и совсем не похожая на пьющую, девушка». «Как так? Почему?» – посыпались вопросы. «Потому что я наркоман, пересевший на алкоголь. Так что, по сути, я на третьей стадии». «Но я-то здесь. Сижу перед вами. Живая и невредимая», – возразила психолог. «А в-вы что – тоже……того?» – задал в наступившей звенящей тишине вопрос один из нас. «Ну да. Наркоман и алкоголик. Правда, у меня уже двадцать лет трезвости и чистоты». Двадцать лет? Ей с виду лет сорок, не больше. Симпатичная ухоженная блондинка. С модной стрижкой, с подтянутой фигурой, с ясным взглядом огромных голубых глаз. А когда она вообще успела начать-то, если в двадцать (получается так ведь) уже бросила. «Я просто выгляжу молодо и начала рано, – поймала мой вопрос на лету психолог, – ну всё, на этом официальную часть будем считать законченной. Перейдём к лекции, в которой я расскажу вам о химической составляющей нашей с вами зависимости. И здесь у меня для вас две новости. Начну с плохой – есть те, кто могут выпить одну рюмку в неделю или те, кто, как сказал поэт, «каждую пятницу в говно, а каждый понедельник – огурцом». Это не про нас с вами. Выпив первую рюмку, мы рискуем в итоге оказаться на другом конце города ночью под дождём без денег и мобильного телефона и ничего не помнить при этом. Но! Есть и хорошая новость. У нас с вами будет, что вспомнить в старости. Потому что только алкоголики получают эйфорию от употребления. А все остальные от выпивки НЕ КАЙФУЮТ! На этой оптимистичной ноте позвольте завершить вводную лекцию».
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
