Иллюстратор Ирина Мамеева
Составитель Наталья Козлова
© Ирина Мамеева, иллюстрации, 2022
ISBN 978-5-0056-7422-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Сообщество ВКонтакте «Лист» представляет проект «Поэтические баттлы» по картинам художников Ирины Лапик и Алексея Акиндинова.
Ирина Лапик известна нам, как самобытный автор ярких и неповторимых работ. Многогранная и интересная в жизни Ирина такой же является и в своем творчестве. Её работы поражают таинственностью и неповторимой глубиной. Примечательно то, что практически в каждой картине присутствует загадка. Эту таинственность чувствуют и поэты, их вдохновляют работы Ирины на написание новых произведений, в которых они стараются постичь тайну, скрытую в этих картинах по-своему. Тем более тематика работ разносторонняя: от живописных, ярких морских тем до черно-белых изображений зверолюдей. Решая головоломку, скрытую в той или иной картине, авторы стихотворений создают самобытные и интересные произведения, с которыми можно ознакомиться в нашей книге.
Имя Алексея Петровича Акиндинова широко известно, как в России, так и за рубежом. Талантливый художник, основоположник орнаментализма, прекрасный литератор. Картинами А. П. Акиндинова восхищаются миллионы благодарных зрителей. В его работах самым чудесным образом сочетаются два мира – мир реальных образов и событий, и мир, где фантазия и волшебство воспроизводят на свет настоящее чудо. Картины А. П. Акиндинова поражают наше воображение своей красотой, изысканностью, глубоким смыслом. Можно часами рассматривать их, переходя от частного к целому и наоборот, и читать их, как самый увлекательный роман, и слушать, как самую прекрасную музыку. И, возможно, именно поэтому сердца поэтов раскрываются в такт звучанию чуть слышных нот и громких, ярких, выразительных аккордов. Творчество А. П. Акиндинова уникально. И, во многом, благодаря картинам талантливого художника, на свет появляются неповторимые строки удивительных стихотворений наших уважаемых и дорогих авторов.
Снежная королева
Художник-орнаменталист Алексей Акиндинов
Картина «Снежная королева» (эскиз), 82х41 см, холст, масло, 2002—2003 гг.
Ольга Бабошкина***Снег валит и валит. СтенаПовсюду. И справа и слева.Застыла в объятиях снаВладычица вьюг, королева.Глаза, как арктический лёд,Пускают колючие стрелы.Под куполом. Каменный сводС утра превращается в белый.И старость её не берёт.Стройна, высока, как секвойя.Уста, словно липовый мёд.В холодном алькове покояСтоит изваянием. ВверхЕё указующий палец.Команда дана. Бледный серпСрезает снежинки. Страдалец.На тропы, дороги, домаКонём бело-гривым садится.(Ну, истинно, баба чума)Строга, холодна, как волчица.Прочна, как дамасская сталь,Отважный обученный воин.Видна ей бескрайняя даль,Готов её сказочный полон.
***Снег валит и валит. СтенаПовсюду. И справа и слева.Застыла в объятиях снаВладычица вьюг, королева.
Глаза, как арктический лёд,Пускают колючие стрелы.Под куполом. Каменный сводС утра превращается в белый.
И старость её не берёт.Стройна, высока, как секвойя.Уста, словно липовый мёд.В холодном алькове покоя
Стоит изваянием. ВверхЕё указующий палец.Команда дана. Бледный серпСрезает снежинки. Страдалец.
На тропы, дороги, домаКонём бело-гривым садится.(Ну, истинно, баба чума)Строга, холодна, как волчица.
Прочна, как дамасская сталь,Отважный обученный воин.Видна ей бескрайняя даль,Готов её сказочный полон.
Елена Кулик***Неприступную красотуПокоряют горячей кровью.Тянет в вечную мерзлотуЛишь романтиков да героев.Только им по плечу платитьНепомерно большую цену,Чтобы судьбоносная нитьНе к свободе вела, а к плену.А потом уж как повезёт…Королевы любовь, по сути,Не теплей, чем полярный лёд,И коварней, чем шарик ртути.Манит замками вдалекеС серебристыми изразцами,Дразнит кольцами на рукеИ насмешкой над храбрецами.Кто-то сгинул в пути… Кто смог,Погоняя в снегу оленей,Разыскать ледяной чертог,Преклонить перед ней колени.Недоступности сладкий грехПривлекает юнцов до дрожи.Не вернулся никто из тех,Кто посмел её потревожить.
***Неприступную красотуПокоряют горячей кровью.Тянет в вечную мерзлотуЛишь романтиков да героев.
Только им по плечу платитьНепомерно большую цену,Чтобы судьбоносная нитьНе к свободе вела, а к плену.
А потом уж как повезёт…Королевы любовь, по сути,Не теплей, чем полярный лёд,И коварней, чем шарик ртути.
Манит замками вдалекеС серебристыми изразцами,Дразнит кольцами на рукеИ насмешкой над храбрецами.
Кто-то сгинул в пути… Кто смог,Погоняя в снегу оленей,Разыскать ледяной чертог,Преклонить перед ней колени.
Недоступности сладкий грехПривлекает юнцов до дрожи.Не вернулся никто из тех,Кто посмел её потревожить.
Юлия Одинцова***Махнув рукавами, по поясЗасыпав снегами дороги,Январская вьюга, как поезд,Умчалась в родные чертоги…Но выйдя в пути из экспрессаПод ветра шальные напевы,Осталась одна среди лесаТа сказочная Королева.Ступает, оставив по следуХрустящих сугробов скорлупки,В прозрачное платье одетаИз льдинок-кристалликов хрупких.Зачем же сюда поспешила,Где леса орнамент дремучий,Где ткёт тишину из снежинокМороз-воевода колючий?»Здесь празднует зиму природа!Не скоро проснутся капели,Сосульки – застывшие ноты —Притихли на лапах у елей,Здесь мёрзнут горячие чувстваУже наяву, а не в сказке,Не будят ни веко, ни мускулЛицо в неулыбчивой маске..Воздвиглась в безмолвии жутком,Как статуя на пьедестале,Но белые руки-голубкиЕщё оживать не устали,И слышно, как тоненько плачетЛедышка сердечная слева…Не очень-то снежная, значит,Та сказочная королева…
***Махнув рукавами, по поясЗасыпав снегами дороги,Январская вьюга, как поезд,Умчалась в родные чертоги…Но выйдя в пути из экспрессаПод ветра шальные напевы,Осталась одна среди лесаТа сказочная Королева.Ступает, оставив по следуХрустящих сугробов скорлупки,В прозрачное платье одетаИз льдинок-кристалликов хрупких.Зачем же сюда поспешила,Где леса орнамент дремучий,Где ткёт тишину из снежинокМороз-воевода колючий?»Здесь празднует зиму природа!Не скоро проснутся капели,Сосульки – застывшие ноты —Притихли на лапах у елей,Здесь мёрзнут горячие чувстваУже наяву, а не в сказке,Не будят ни веко, ни мускулЛицо в неулыбчивой маске..Воздвиглась в безмолвии жутком,Как статуя на пьедестале,Но белые руки-голубкиЕщё оживать не устали,И слышно, как тоненько плачетЛедышка сердечная слева…Не очень-то снежная, значит,Та сказочная королева…
Розана ДаутоваМой сонМороз писал изящной, тонкой кистьюПортрет хрустальной леди за окном,В наряде целомудренном, искристом,Расшитом бирюзой и серебром.На полотне зеркальном – то ли жрица,Таинственная, с мраморным лицом,То ль – королева снежная, царица,Мерцающею тенью за стекломСтоит безмолвно, опустив ресницы,Прислушиваясь к гулкой тишине,Снежинок белых мягкие крупицыПлетут узоры с нитью мулине.В черничном небе – всполохи зарницы,И вся в алмазных россыпях земля,А я – сиянья белого частица-Рисую снежной кистью вензеля.Вдруг встрепенулась ледяная птица,Запела звонко нежная свирель,Исчезли меж мирами все границы…Вернулся я обратно в колыбель…Могло всё это просто мне приснитьсяВчера, морозной ночью при луне?Лежали на окошке рукавицы,Что уронила леди та… во сне…
Мой сон
Мороз писал изящной, тонкой кистьюПортрет хрустальной леди за окном,В наряде целомудренном, искристом,Расшитом бирюзой и серебром.
На полотне зеркальном – то ли жрица,Таинственная, с мраморным лицом,То ль – королева снежная, царица,Мерцающею тенью за стеклом
Стоит безмолвно, опустив ресницы,Прислушиваясь к гулкой тишине,Снежинок белых мягкие крупицыПлетут узоры с нитью мулине.
В черничном небе – всполохи зарницы,И вся в алмазных россыпях земля,А я – сиянья белого частица-Рисую снежной кистью вензеля.
Вдруг встрепенулась ледяная птица,Запела звонко нежная свирель,Исчезли меж мирами все границы…Вернулся я обратно в колыбель…
Могло всё это просто мне приснитьсяВчера, морозной ночью при луне?Лежали на окошке рукавицы,Что уронила леди та… во сне…
Анна Ильина***Бритвенно-острыми гранямиНебо разрезало высь,Вспыхнуло снежными далями —Кто ты? Скорей появись!Облачно-стылыми стразамиВздохи седых облаковСыплют крупой, не алмазами,Боль утолив от оков.Слово, прибитое намертвоК нежным запястьям души —«Вечность». Печальными каплямиТает надежда в тиши.Ах, как манят… Как чарующиСнежные лотосы губ…Волосы колкие, вьюжныеПрядями вьются вокруг…Грозы холодные зимниеСнова бушуют в глазах:Чувство свободы бессильноеПрячется в белых мехах…Кто ты? Богиня ли? Женщина?С чем ты явилась ко мне?Если судьба переменчива,Тайну открой мне во сне!Стану я Каем, чтоб каяться,Демоном стану твоим…Что ж ты умолкла, красавица?Что ж улетаешь, как дым?Я же готов, путь неведомыйЧертит на окнах заря…Ты же пришла за победою,Что ж вдруг бежишь от меня?
***Бритвенно-острыми гранямиНебо разрезало высь,Вспыхнуло снежными далями —Кто ты? Скорей появись!
Облачно-стылыми стразамиВздохи седых облаковСыплют крупой, не алмазами,Боль утолив от оков.
Слово, прибитое намертвоК нежным запястьям души —«Вечность». Печальными каплямиТает надежда в тиши.
Ах, как манят… Как чарующиСнежные лотосы губ…Волосы колкие, вьюжныеПрядями вьются вокруг…
Грозы холодные зимниеСнова бушуют в глазах:Чувство свободы бессильноеПрячется в белых мехах…
Кто ты? Богиня ли? Женщина?С чем ты явилась ко мне?Если судьба переменчива,Тайну открой мне во сне!
Стану я Каем, чтоб каяться,Демоном стану твоим…Что ж ты умолкла, красавица?Что ж улетаешь, как дым?
Я же готов, путь неведомыйЧертит на окнах заря…Ты же пришла за победою,Что ж вдруг бежишь от меня?
Alla Kretchmer***Афродита родилась из пены,Галатея – мраморная дева.В снеговом наряде неизменномСнежная явилась королева.В сердце холод, лёд в глазах прозрачных,В волосах её играет вьюга.А вокруг ни смеха и ни плача —Край безмолвный за полярным кругом.Там её дворцы, её кареты,Ледяные лодки в океане.Промелькнуло северное летоВсполохом полярного сиянья.Прилетает с северных просторов,Инеем дохнёт к нам, людям, в окна.Нарисует на стекле узорыИ распустит белые волокна.Так всё происходит век от века —Королевы северной приходы.Я сама леплю её из снегаВо дворе в морозную погоду.
***Афродита родилась из пены,Галатея – мраморная дева.В снеговом наряде неизменномСнежная явилась королева.
В сердце холод, лёд в глазах прозрачных,В волосах её играет вьюга.А вокруг ни смеха и ни плача —Край безмолвный за полярным кругом.
Там её дворцы, её кареты,Ледяные лодки в океане.Промелькнуло северное летоВсполохом полярного сиянья.
Прилетает с северных просторов,Инеем дохнёт к нам, людям, в окна.Нарисует на стекле узорыИ распустит белые волокна.
Так всё происходит век от века —Королевы северной приходы.Я сама леплю её из снегаВо дворе в морозную погоду.
Виктория Пасюкович (Горина)Когда зима в душеХолод ежовый колючими спицамиГонит в реальность, стирая, что снится мне.В нежном нектаре мечты под запретомВновь раствориться, но горе не в этом.Да, недоступно взлететь выше облака,Не просочиться сквозь таинство морока.Феникса пепел с золою утраты,Чтобы сравнить, не годны постулаты.Стужевом режущим в недрах схороненоТо, что могло бы сиять на короне, ноСнежная дева навеки сковалаПламя, вонзив неуемное жало.Северным ветром в сугробе упрятаныМуки сердечные хладными пятнами.Вечно томится душа в кандалахС тайной надеждой в застывших глазах.
Когда зима в душе
Холод ежовый колючими спицамиГонит в реальность, стирая, что снится мне.В нежном нектаре мечты под запретомВновь раствориться, но горе не в этом.
Да, недоступно взлететь выше облака,Не просочиться сквозь таинство морока.Феникса пепел с золою утраты,Чтобы сравнить, не годны постулаты.
Стужевом режущим в недрах схороненоТо, что могло бы сиять на короне, ноСнежная дева навеки сковалаПламя, вонзив неуемное жало.
Северным ветром в сугробе упрятаныМуки сердечные хладными пятнами.Вечно томится душа в кандалахС тайной надеждой в застывших глазах.
Татьяна БасоваСнежная королеваЛес застывший. Стальной каймойЧертит холод прозрачность снега.Синевой за твоей спинойЗимней сказки разлита нега.Взор опущен, но взглянешь ты —Россыпь звёзд полонит зеницы.Тонкость линий даря'т персты,Гордым станом мани'шь царицы.За тобою летят воследВьюги севера с белых высей;Нерушимый неся обет,Стелют кружево зимней висы*.Серебрится орнамент дня,Околдованный чу'дной песней.Ты с собою зовёшь меня,Чтоб витать в этих звуках вместе.
Снежная королева
Лес застывший. Стальной каймойЧертит холод прозрачность снега.Синевой за твоей спинойЗимней сказки разлита нега.
Взор опущен, но взглянешь ты —Россыпь звёзд полонит зеницы.Тонкость линий даря'т персты,Гордым станом мани'шь царицы.
За тобою летят воследВьюги севера с белых высей;Нерушимый неся обет,Стелют кружево зимней висы*.
Серебрится орнамент дня,Околдованный чу'дной песней.Ты с собою зовёшь меня,Чтоб витать в этих звуках вместе.
Елена СуровцеваСнежная королеваКак холодна, таинственна, надменна,А вместо сердца лишь осколок льда.Но чаровница необыкновеннаИ заколдует запросто она!Из серебра и россыпи алмазов,Каменьев драгоценных золотых,Повсюду бриллианты, а не стразы,В палатах сохранила ледяных.И роскошь неземных её нарядовЧарует, озаряет и пленит.Все жемчуга, рубины ей в награду,Янтарный блеск искрится и горит.Горы хозяйка Медной на удачуЕй злато-серебро преподнесла.И Королевы нет на свете краше,В чертогах снежных вечно жить должна.Но к нам приходит сказочным виденьемПод Новый год, или под Рождество!Её мы принимаем с наслажденьем,Чудесное природы естество!
Снежная королева
Как холодна, таинственна, надменна,А вместо сердца лишь осколок льда.Но чаровница необыкновеннаИ заколдует запросто она!
Из серебра и россыпи алмазов,Каменьев драгоценных золотых,Повсюду бриллианты, а не стразы,В палатах сохранила ледяных.
И роскошь неземных её нарядовЧарует, озаряет и пленит.Все жемчуга, рубины ей в награду,Янтарный блеск искрится и горит.
Горы хозяйка Медной на удачуЕй злато-серебро преподнесла.И Королевы нет на свете краше,В чертогах снежных вечно жить должна.
Но к нам приходит сказочным виденьемПод Новый год, или под Рождество!Её мы принимаем с наслажденьем,Чудесное природы естество!
Лариса Самашова***Васильки замёрзшие у ног,Розовые всполохи рассвета.Полевыми лентами дорогПрошлое её петляет где-то.Синими фиалками апрельО себе напомнит виновато.То раздолье чувств и птичья трельОстрым льдом покрыты беспощадно.Что имела право на любовь,То поймёт она ещё нескоро.Взгляд из-под ресниц, дугою бровь,Тонкий стан её обвил цикорий.Все покрылось инеем и льдом,Холод лет, пространства равнодушье.Ни к чему жалеть ей о былом,И очаг ей больше и не нужен.В сине-белом царстве так легко,И ничто не потревожит душу.Песням вьюг и чистоте снеговЗдесь она, повелевая, служит.Вертится в руках калейдоскоп,Новые рождаются узоры.Не ищите к Королеве троп:У нее надёжные дозоры.
***Васильки замёрзшие у ног,Розовые всполохи рассвета.Полевыми лентами дорогПрошлое её петляет где-то.
Синими фиалками апрельО себе напомнит виновато.То раздолье чувств и птичья трельОстрым льдом покрыты беспощадно.
Что имела право на любовь,То поймёт она ещё нескоро.Взгляд из-под ресниц, дугою бровь,Тонкий стан её обвил цикорий.
Все покрылось инеем и льдом,Холод лет, пространства равнодушье.Ни к чему жалеть ей о былом,И очаг ей больше и не нужен.
В сине-белом царстве так легко,И ничто не потревожит душу.Песням вьюг и чистоте снеговЗдесь она, повелевая, служит.
Вертится в руках калейдоскоп,Новые рождаются узоры.Не ищите к Королеве троп:У нее надёжные дозоры.
Таинственный взгляд
Художник Ирина Мамеева
Анна ИльинаСтихотворение – предзнаменованиеШёпот ветра – грядущего мысли…Расползается сумрак дурманом…Здесь недоброе кто-то замыслил —Пахнет хвоя бедой и обманом.С каждым шагом всё глубже в чащобу,За спиною укрылась душа…У охоты той запах особый —Чуют ведьму, идут не спеша.Чу! Всхрапнули ретивые кони.Раздаются сквозь дымку шаги…Сердце сжалось в ленивой истоме:Ну, Святой, сохрани-помоги!Видят ратники – дева младаяВыступает из чащи лесной,Черноокая, прямо из гаяЛёгкой поступью, словно домойПоспешает навстречу отряду…Ох! И в пятки метнулась душа!Мы таких не встречали уж крядуМного лет! До чего ж хороша!Кони глазом косят и гарцуют,Раскричалось вокруг вороньё…«Как попала ты в чащу лесную?Далеко ли отсюда жильё?»Рассмеялась девИца так звонко,Что рассыпался сумрак лесной:«Гой, вы, ратники! Рядом уж топко!Не пора ли свернуть вам домой?Воротитесь, иначе погибельВсех вас ждёт в этих гиблых местах…Вам не место тут, воины, ибоВижу я в ваших взорах лишь страх!»Не противились парни. ПришпоривЗа бока своих верных коней,Ускакали, а главный – напротивЗадержался поодаль от ней.Улыбнулась ему незнакомка:«Что ж поделать! Судьба то твоя…»Подошла, и ладошкою тонкойПод узду подхватила коня.Наважденье… Во мраке чащобыВидит воин – избушка стоит.Дикий холод укутал утробу,Больно страшен у домика вид!Только стоило глянуть на деву —Как покинул и холод, и страх…«Хороша! Эх, с ней ноченьку мне бы!Подержать бы красотку в руках!»Всё сбылось. Не любовью – дурманомОбласкала красотка его…Был он ратником да атаманом,Стал мальчишкой. Шептал на ушкОНезнакомке слова, словно сахар!Он ласкал лебединый тот стан,Разрывая на теле рубаху,От страстей прогорев и устав…А средь ночи – послышалось, что ли? —Верный конь вдруг заржал за окном…Хочет встать он, да что-то неволит,Нету сил, лишь лежит всё ничком…Громкий шёпот – не листья, не ветки,Разбудил, да нахлынул, что смрад:«Что ж ты, милый! А с виду – так крепкий…Ослабел от любви во стократ…Не меня ли искали в чащобе?Не моей ли алкали души?Поспешали сквозь лес этот, чтобыНа суку меня вздёрнуть в глуши?Отпущу. Но отныне навечноТы платить станешь ведьмину дань…»И скользнуло на палец колечко,Уколовши холодную длань.Вот и утро… «А где же?.. Приснилось!»Возлежит под корягой нагой.Вкруг – чащоба… За что же немилость?Лишь колечко блестит бирюзой…Много зим пролетело с той встречи,Не солгала колдунья ему:Каждой дочери жизни калеча,Отдавал атаман их врагу.И молитву творя в аналое,Ратник истово лику шептал:«Ты прости… Я в любовной истомеЗря обидел тебя. Не признал…Зря поехал по царской указке,Зря не слушал лихого коня…Думал: ведьмы – лишь бабкины сказки,Ты прости, молодая, меня…»Только нету прощенья слепому,Что бездумно в чащобу скакал…А могло бы всё быть по-иному…То проклятье – что в сердце кинжал.
Стихотворение – предзнаменование
Шёпот ветра – грядущего мысли…Расползается сумрак дурманом…Здесь недоброе кто-то замыслил —Пахнет хвоя бедой и обманом.
С каждым шагом всё глубже в чащобу,За спиною укрылась душа…У охоты той запах особый —Чуют ведьму, идут не спеша.
Чу! Всхрапнули ретивые кони.Раздаются сквозь дымку шаги…Сердце сжалось в ленивой истоме:Ну, Святой, сохрани-помоги!
Видят ратники – дева младаяВыступает из чащи лесной,Черноокая, прямо из гаяЛёгкой поступью, словно домой
Поспешает навстречу отряду…Ох! И в пятки метнулась душа!Мы таких не встречали уж крядуМного лет! До чего ж хороша!
Кони глазом косят и гарцуют,Раскричалось вокруг вороньё…«Как попала ты в чащу лесную?Далеко ли отсюда жильё?»
Рассмеялась девИца так звонко,Что рассыпался сумрак лесной:«Гой, вы, ратники! Рядом уж топко!Не пора ли свернуть вам домой?
Воротитесь, иначе погибельВсех вас ждёт в этих гиблых местах…Вам не место тут, воины, ибоВижу я в ваших взорах лишь страх!»
Не противились парни. ПришпоривЗа бока своих верных коней,Ускакали, а главный – напротивЗадержался поодаль от ней.
Улыбнулась ему незнакомка:«Что ж поделать! Судьба то твоя…»Подошла, и ладошкою тонкойПод узду подхватила коня.
Наважденье… Во мраке чащобыВидит воин – избушка стоит.Дикий холод укутал утробу,Больно страшен у домика вид!
Только стоило глянуть на деву —Как покинул и холод, и страх…«Хороша! Эх, с ней ноченьку мне бы!Подержать бы красотку в руках!»
Всё сбылось. Не любовью – дурманомОбласкала красотка его…Был он ратником да атаманом,Стал мальчишкой. Шептал на ушкО
Незнакомке слова, словно сахар!Он ласкал лебединый тот стан,Разрывая на теле рубаху,От страстей прогорев и устав…
А средь ночи – послышалось, что ли? —Верный конь вдруг заржал за окном…Хочет встать он, да что-то неволит,Нету сил, лишь лежит всё ничком…
Громкий шёпот – не листья, не ветки,Разбудил, да нахлынул, что смрад:«Что ж ты, милый! А с виду – так крепкий…Ослабел от любви во стократ…
Не меня ли искали в чащобе?Не моей ли алкали души?Поспешали сквозь лес этот, чтобыНа суку меня вздёрнуть в глуши?
Отпущу. Но отныне навечноТы платить станешь ведьмину дань…»И скользнуло на палец колечко,Уколовши холодную длань.
Вот и утро… «А где же?.. Приснилось!»Возлежит под корягой нагой.Вкруг – чащоба… За что же немилость?Лишь колечко блестит бирюзой…
Много зим пролетело с той встречи,Не солгала колдунья ему:Каждой дочери жизни калеча,Отдавал атаман их врагу.
И молитву творя в аналое,Ратник истово лику шептал:«Ты прости… Я в любовной истомеЗря обидел тебя. Не признал…
Зря поехал по царской указке,Зря не слушал лихого коня…Думал: ведьмы – лишь бабкины сказки,Ты прости, молодая, меня…»
Только нету прощенья слепому,Что бездумно в чащобу скакал…А могло бы всё быть по-иному…То проклятье – что в сердце кинжал.
Страницаиз35
СкороКнижный режим