Царство террора
В то время как в других городах, особенно в Нью-Йорке и Чикаго, ситуация с «Чёрной рукой» была уже в критической стадии, в Детройте знали об этом только понаслышке и из газет. Неизвестно точно, могло ли это явление уже добраться до Детройта раньше, но именно 1907 стал тем годом, когда в местных газетах начали освещать вымогательства «Чёрной руки».
Первое известное дело произошло 25 июля 1907, и оно было очень запутанным, поскольку жертвой оказался местный житель не-итальянского происхождения. Это был человек по фамилии Белл, управляющий сахарной компанией Michigan, которому пришло письмо с угрозой, чтобы тот оставил 675 долларов в определённом месте. Белл оставил деньги в указанном месте и нанял двух детективов, чтобы схватить преступника. За деньгами явился человек, и детективы немедленно заломали ему руки и прижали к стене. Им оказался участковый Бенджамин Хаттон, который сказал, что пришел по вызову одной местной жительницы, которая пожаловалась, что в округе ошиваются двое подозрительных людей (те самые детективы). Неизвестно, чем закончилось дело, но газеты окрестили его «Вымогатель-любитель».
Ночью 29 июля 1907 полицейские обнаружили 25-летнего Тони Лето, беспомощно лежащего перед своим домом со многочисленными ножевыми ранениями в районе живота, груди, бедрах, носа и за ухом. Когда полицейские арестовали молодого итальянца, чьи руки все были в крови, его отправили под стражу в качестве главного подозреваемого. Лето отказался назвать нападавшего, и начали ходить слухи, что за нападением стояла «Чёрная рука». К 1908 «Чёрная рука» в Детройте уже перестала быть просто слухами.
К началу 1908 внутри итальянской общины Детройта уже вовсю распространялись письма с угрозами, вслед за которыми следовали поджоги и взрывы. Фрэнк Какалао получил письмо с требованием заплатить 200 долларов. Он заплатил, но через некоторое время получил ещё одно, в котором сумма уже была больше, но в письме также присутствовала неприкрытая угроза жизни. Какалао сбежал на Сицилию. Филлипе Фронтера заплатил 100 долларов. Тони Сансоне использовал свою жену в качестве посредника, чтобы заплатить 200 долларов вымогателям. Джеймс Пеццименти заплатил 200 долларов. Джеймс Наполитано заплатил 200 долларов. Это статистика из Detroit Free Press за 1908, но были также и те, кто отказывался платить.
Грилло Меркурио, отказавшись платить, был разбужен посреди ночи взрывом динамитной шашки в собственном доме. Пьетро Меркурио, другой смельчак, лишился своего дома в результате поджога. Вымогатели потом достали его брата Антонио, спалив его бакалейную лавку. Винченцо Лонго также лишился своего дома. «Чёрная рука» также пыталась вымогать деньги у Джузеппе Сансоне, общественного лидера, и подожгли его сарай, когда тот отказался платить. Аседора Баумерито сбежала из города со своей семьей, когда у неё потребовали тысячу долларов. Грилло Меркурио и братья Меркурио последуют её примеру, вернувшись в Италию.
Но полицейские не сидели на месте. Однажды в полночь они столкнулись с Гаспаре Рини перед церковью Святой Марии на Монро-авеню. Рини сопротивлялся аресту и вытащил восьмидюймовый кинжал. Вырубив одного из офицеров, он потянулся за револьвером и приставил пистолет к животу другого детектива. К счастью для обоих, Рини выронил пистолет, прежде чем успел нажать на курок. Офицеры, наконец, заломали подозреваемого и доставили в участок для допроса. Всё случилось из-за операции по наблюдению. Ранее тем же днем, Джузеппе Риццо явился в полицейский участок и объявил, что он стал жертвой «Чёрной руки». Риццо сказал, что ему пришло письмо с требованием 2000 долларов, и, если он не заплатит деньгами, то заплатит своей жизнью. В письме было указано, что жертва должна явиться к церкви Святой Марии в час ночи с деньгами. Был поставлен отряд наблюдения, и около полуночи появился Рини.
Вскоре после того, как Рини был задержан, Фердинанд Пальма прибыл в участок для допроса подозреваемого. Пальма знал Рини, но не мог ответить, было ли у того уголовное прошлое. Он знал, что вымогатель прибыл в Детройт в 1905, и что тот работал на разных рабочих местах, в том числе и в отеле Pontchartrain. Не считая этого, Рини был загадкой. Тем не менее он был признан виновным и приговорен к тюремному сроку, став первым в Детройте, кого осудили за деятельность «Чёрной руки». Риццо покинул Детройт и вернулся в Италию. Сам Пальма пояснил, что «Чёрная рука» не была национальным преступным заговором, добавив, что «Чёрная рука» не существует в качестве организации. Вместо этого Пальма утверждал, что город имел дело с несколькими отдельными головорезами и жуликами, которые просто хотели нажиться на своих соотечественниках.
Вырезка из Detroit Free Press от ноября 1908. Тут подробно описывается ситуация с «Чёрной рукой» в городе и статистика преступлений. Тут также изображен Гаспаре Рини
Следователи подсчитали, что жертвы, в общем, заплатили вымогателям от 10 000 до 20 000 тысяч. В одной газетной статье описывался владелец салуна, который начал таскать с собой всё время два револьвера после того, как ему стали приходить письма. «Его жена носила револьвер за поясом и прятала стилет в чулках», – добавил репортёр. Как и Риццо, владелец салуна вскоре прикрыл свой бизнес и вернулся в Италию. Во время разоблачения деятельности «Чёрной руки» Detroit Free Press назвала итальянскую общину «царством террора».
Отец Джованни Боши, возможно, был самым влиятельным духовным лидером в общине. Он утверждал, что стал жертвой угроз со стороны вымогателей. Боши прибыл в Детройт в 1907 и уже зарекомендовал себя в качестве важного члена итальянской колонии. Он преподавал в Детройтском колледже и основал приход для сицилийцев в иезуитской церкви Петра и Павла. Боши уже знал о пятидесяти семьях, ставших жертвами «Чёрной руки». Он заявил, что крайне важно, чтобы жители сицилийского происхождения предоставляли соответствующую информацию властям.
В дополнение к призыву жителей итальянской общины к сотрудничеству с властями, Пальма и Боши сошлись во мнениях, что «Чёрная рука» не является частью какой-либо преступной сети. Боши заявил, что «Чёрная рука», как организация, не существует ни в США, ни в Италии. Он указал, что некоторые из этих преступников общались друг с другом, но формальной организации не существовало. Пальма также признал, что некоторые из членов «Чёрной руки» знали вымогателей в Чикаго, и преступники обменивались техникой и приёмами вымогательства, но не было национальной структуры, объединяющей бандитов.
Из-за СМИ и сотрудничества с властями стало трудно отделять вымогательства «Чёрной руки» от других преступных действий в колонии. В конце концов, как и в других городах, термин «Чёрная рука» стал клеймом для каждого преступления, совершенного в итальянской общине. Любая стрельба, поножовщина или грабёж, которые случались по соседству, подозревались в причастности к «Чёрной руке». Отец Боши предложил понять сложность ситуации. Ссылаясь на «Чёрную руку», он не мог сказать, могли ли те быть членами мафии. Боши заявил, что правительство Италии преследует мафиози, и некоторые из них могли оказаться в Детройте. Тем не менее он утверждал, что стиль «Чёрной руки» не соответствует канонам мафии, назвав это «банальным вымогательством».
К сожалению, только жесткое убийство смогло пролить свет на нюансы преступности в местной итальянской общине. Улики по делу об убийстве Мануэло Висконте показывали совсем другой заговор, не имевший ничего общего с «Чёрной рукой». Возможно, мафия и не стояла за письмами с вымогательством, однако улики указывали на то, что она действовала в Детройте, и была готова нанести удар в случае необходимости.
