Дом Карины, 10:59
– Где тебя черти носят, Льюис? – злобно спросил Гордон у сержанта. – Почему так долго отвечал на вызов?
– Гордон, – дружелюбно начал рассказ Льюис. – Мне уже за пятьдесят и неужели ты думаешь, что после плотного завтрака я не засяду в туалете на пол часа? Неужели я не заслужил немного отдыха в кабинке зашарпанного туалета в полицейском участке, которому я отдал всю свою жизнь?
– Ладно, – Гордон понимающе закивал головой, сажая на задние сидение Лизу и провожая Карину взглядом. – Я все понимаю.
– Девчонку одну оставим? После всего, что она сегодня пережила? – поинтересовался сержант у Гордона. – Сначала труп нашла, а потом собралась с силами и призналась тебе, что боится за свою жизнь, а угроза исходит от родной матери! Я бы ее на твоем месте врачу показал, а то вдруг у нее какая-нибудь детская травма?
– Думаю, в твоих словах есть доля истины, – согласился комиссар с Льюисом. – Тут до Игната не далеко, пешком, минут пятнадцать ходьбы.
– Почему Игнат? – удивился Льюис. – Я бы на вашем месте не доверял этому шарлатану! Он хоть и держит аптеку, но ты же не раз его упрекали в том, что он употребляет наркотические вещества!
– К сожалению, он единственный доктор на пару десятков километров, – улыбнулся Гордон. – А так, конечно я бы его давно арестовал.
– Как знаешь, Гордон, – сержант закрыл дверь автомобиля. – Как будут новости – звони!
– Хорошо, – комиссар постучал по капоту, что бы Льюис ехал, а как только автомобиль скрылся за поворотом, Гордон подошел к Карине и взяв ее за руку, они направились к Игнату ведя беседу. – Карина, ты только матери рассказала про сегодняшнюю находку?
– Да, а что?
– Просто нам не нужно поднимать в городе панику, – Гордон остановившись и присев на одно колено перед девочкой, пристально посмотрел ей в глаза. – В нашем небольшом городе с населением в шестнадцать, а уже и в пятнадцать человек вообще не должно быть преступлений так как все жители знают друг друга в лицо, а что бы еще и убийство – это нонсенс.
– Вы так же забыли о Эзре, который влез в дом семейства Лав и о моей маме, которая сидит на антидепрессантах.
– Ты все правильно поняла, – согласился комиссар. – Сегодня на вечернем собрании я буду выступать от лица закона, и я хочу, что бы ты меня поддержала, но ты не должна никому рассказывать о трупе. Хорошо?
– Хорошо, комиссар Гордон.