Скалы…
Скалы молчали – убитые зноем,
захваченные пустотой.
Блюзовое безмолвие бензоколонки,
убогий угол
дома
Мертвый сезон, серый день.
Чайки вписывают тысячелетия в пергамент
рассвета, ангелы обнимаются в Интернете —
ветер защитит нас, солнце нас спрячет!
…мертвый день, серая кухня.
Закипела кровь в чайнике…
Рассеянные двери закусочной:
деревья рябят в воздухе, в растерянной
солнечной пустоте – Храмы Любви.
Храмы Неба.
Разрушенные облака – чувствуешь
их легкость перед смертью.
Лепет бабочек, ливней …в парке,
в жаркой затхлости зарослей:
окружен безмолвием,
адом
мел памяти сметает с крыш домов —
пшеничный ангел спорит с солнцем,
небом,
а мир вокруг сожжен пожаром
совокупленья, смерти —
мы проходили в школах эту землю
безжизненных экспрессов
Тяжелый гребень в волосах
и легкие шаги
в скульптурной синеве
Мне море отвечало эхом, жестом!
Неслышным танцем плоти
