Картинки. Рисование словом

© Алла (АМИ) Иоффе, 2016

ISBN 978-5-4483-3658-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

О чём стихи? Сознания поток,
разбавленный какими-то словами.
Они бегут под кожей, словно ток,
уходят в небо жаркими парами.
Задумываешь что-нибудь одно,
но всё смешает логика иная…
Почти всегда в стихах второе дно,
что обнажают строчки, выкипая.
Ты думаешь, что всё решаешь сам,
в стихи, как в тесто, вкладывая строчки,
но дрожжи в тесте бродят, и не нам
решать, где многоточья, а где точки.
Всё так, как в жизни. Кажется, что ты
свой выбор делаешь и что-то там решаешь,
но случай (то ли с Небес, то ли из тьмы)…
и дальше ничего не понимаешь.

17 ноября 2015 г.

ПЕТЕРБУРГ. АКВАРЕЛЬ И ГРАФИКА

Санкт-Петербург

Я люблю этот город.
Его красота
Сочетаний и красок
Различных полна.
В нем всегда ты найдешь
Отражение сна.
Дух его невозможно
Исчерпать до дна.
Разве город какой-нибудь
В мире иной
Человеческим строем
Сравнится с тобой?
Петербург был подстать
Человеку всегда,
За плечами его
Человечья судьба.
Он в пеленках блистал
Чистотой куполов
И зеркальными залами
Царских дворцов.
А потом он подрос.
Как подросток колюч,
Он дворами колодцами
С шапками туч
Стал на мир вдруг смотреть,
Нагоняя тоску.
Трудно было ему,
Как любому юнцу.
Повзрослел…
И, когда к нему зрелость пришла,
Наступила иная,
Дурная пора.
И как люди, бывало,
Он имя сменил.
Отказался от прошлого,
Но не забыл…
Новый крестный отец
Расплатился сполна!
То цена за предательство.
Ну и цена!
Так, прожив в этом ужасе,
Множество лет,
Возвратился к истокам,
Уж будучи сед.
Есть грехи у него,
Но живая душа
Без греха не бывает.
Как жить, не дыша?

Осенний Питер

Вот снова осень, и тревожно на душе.
Кошмар на мягких лапах подступает.
И город мой (в который раз уже?)
Как будто близкий друг переживает.
Он все простит и, как никто, поймёт.
С ним жизнь, наверно, как со мной, играет.
Ведь осень также и его трясёт.
И правила игры он принимает.
Он не спокоен так же, как и я:
Средь солнца яркого вдруг ни с чего рыдает.
И, как тревога душу у меня,
Вода Неву до края наполняет.
А ветер тучи продолжает гнать,
Рябь на воде его черты меняет,
И Питер начинает понимать:
В душе своей ещё не всё он знает.
И тогда дождём омытый город,
Чьё смятенье сквозь кривые зеркала
Отражают, словно вспышек всполох,
В ряби вод своих Фонтанка и Нева,
Думает о будущем, терзаясь,
Будто человек с живой душой.
Часто он себя не понимает.
Ищет дух его, как наш, покой.
Интеллигентский путь ему не чужд.
В самокопаньи нет проблем решенья,
И нет спасения от каждодневных нужд,
Но без него душе нет утешенья.
Так наши души, как одна душа,
Бредут по жизни с помощью друг друга.
И если наша жизнь не хороша,
То городу, наверно, тоже туго.

Осень 1996 года.

Санкт-Петербургу

Этот город не однозначен:
Кем-то проклят, кому-то свят.
Толерантность и нетерпимость
Сквозь туман на тебя глядят.
Купола разноликих храмов
Рвутся ввысь до небесных врат.
Иглы, луковки, минареты
Всех позвать за собой хотят.
Здесь мечеть, дацан, синагога
Растворились среди церквей.
С основанья здесь было много
Человечьего древа ветвей.
Все, что было, мы пережили.
И куда бы теперь ни шли
От рождения до могилы
Будем частью его души.

28 мая 2006 г.

Петербург. Перед наводнением

Снова воду нагнало с залива…
Ветер, ты же все крыши снесешь!
К парапетам Нева подступила,
И Фонтанка повергнута в дрожь.
В страхе замер Васильевский остров:
Наводнения нового ждет.
И случайный прохожий у мoста
Счет прошедшим стихиям ведет.
Валят хлопья весеннего снега,
Позабывшего выпасть зимой.
Нету солнца, прибиты побеги…
А вчера еще пахло весной.
Дует ветер, вода прибывает…
Город, словно в ознобе, дрожит.
Как при гриппе весь город ломает,
Но еще ничего не болит.

6 апреля 2007 г.

Город-камень

Апостол Петр…
Град Петров…
Ворота в рай?
Нет, каждый камень,
Сняв с души,
Ему отдай.
Ведь Петр камень
Приказал
Сюда везти,
Чтоб строить город —
Стольный град Всея Руси.
Коль Петр – камень,
Город наш и впрямь Петров:
Камней с души
Он горы взял
На свой покров.
И нынче, грех наш обратив
В свои дома,
Он дарит радость, красотой
Сводя с ума.
Все стоны наши, все грехи
Себе забрав,
Он тяжкий крест несет один,
Нам счастье дав.
Ко всем и каждому терпим,
Все нам отдав,
Стоит красавец-исполин,
С нас ношу сняв.
Атлантом каменным стоит,
Неся наш груз,
Не допуская между нас
Разрыва уз.

Май-июнь 2003 г.

Северное очарование Петербурга

Там – в Нидерландах —
Давно уж тюльпаны в цвету.
Я же бреду, пробиваясь
Сквозь злую пургу.
Мимо Фонтанка
Усталые воды несет,
И на волнах, словно в люльке,
Качается лед.
Снятся мне поля
Солнечных тюльпанов,
Пляжи у каймы
Теплых океанов.
Где-то в Испании
Мавров таинственный след,
Жаркой сиесты
В крови, закипающей, свет…
Здесь же во мраке
Тягучей весенней зимы
В каждый луч солнца
Мы все без ума влюблены.
Снятся мне слоны,
Солнце и верблюды,
Запах пряных трав,
Странные Бермуды.
Где-то встают Пирамиды
Из мрака времен,
Где-то громадой развалин
Стоит Парфенон.
Здесь же над крыльями
К взлету готовых мостов
Светлое небо и
Белые ночи без снов.
Снятся мне моря,
Джунгли и вулканы,
Яхты, якоря,
Древние курганы.
Здесь ты найдешь и Венецию,
И Амстердам.
Духа имперского зов
Ни за что не отдам.
Дух первородства
И дикого севера дух
Зернышки счастья
Посеют внутри и вокруг.
Снятся мне ручьи,
Горы и долины,
Шелест диких трав,
Древние былины.

2—3 мая 2007 года

Люблю

Жемчужно-серый в изящной оправе
Сусальным золотом покрытых куполов,
Нежным ожерельем в бархатной бумаге
Белой ночи город… Нету слов.
Болью в сердце я его частица.
Нежность через край мне душу рвет.
Разве можно в Питер не влюбиться,
Коли ощутишь его полет?
И парят от дуновенья ветра,
Серой шалью дымка и туман.
В ласковых глазах его таится
Память пережившего обман,
Боль забвения и радость всепрощенья,
Счастье встреч и горе от разлук.
С городом нечастое общенье
Дарит жизни запах, вкус и звук.

31 мая 2006 г. Ночь

Осень в Питере

Бегу по городу…
Погода, как всегда,
что значит: всюду
хлюпает вода.
Но мокрый город —
вовсе не беда,
Для питерцев —
привычная среда.
Бегу по городу…
Фонтанка и Нева
сплошь серые…
Картинка не нова.
Рябь темная
ознобом реки бьет,
и ветром согнутый
кругом народ бредет.
Бегу по городу…
Но что-то здесь не так:
Луч света там,
где вечный полумрак,
мелькнул на миг,
согрел своим теплом,
и серость
заиграла серебром.
Бегу по городу…
А лучик по воде
бежит вперед,
дорогу торя мне.
Мне главное
его не потерять.
Так трудно среди луж
потом поймать!
Бегу по городу
за светлой полосой,
ища за ней
реальности иной.
Вдруг ветер стих.
Затихла и вода.
Играют с лучиком
Фонтанка и Нева.
Бегу по городу,
а он совсем другой —
любимый, вечно серый
город мой!
Здесь солнце
отражают купола,
и ярко синие
Фонтанка и Нева.

15—16 ноября 2010 г.

«Мой графический город любимый…»

Мой графический город любимый…
От решеток, колодцев-дворов
Прямо к серому небу прорывы
Снизу вверх, как в полетах из снов.
Серо небо и серые реки,
Ткань оград, как рисунок ковров.
Свет пронзает закрытые веки,
Избавляя от сонных оков.
Пробуждаясь, как в белые ночи,
Даже в темные ночи зимы,
Понимаешь, как связаны прочно
Наш единственный город и мы.

16 декабря 2010 г.

Питер. Начало весны

Снегом слепит глаза,
воздух – одна вода,
ветром меня несет:
В город пришла весна.
Лужей течет сугроб,
плачет весенний снег.
Зябко дрожа, Нева
свой продолжает бег.
Город простужен весь,
бьется в ознобе он.
Кашляет снегом высь,
Ветра протяжен стон.

6 марта 2011 г.

Питерское время

Воздух пахнет огурцами и весною.
Время корюшки короткое такое.
Город замер в ожиданьи белой ночи.
Дует ветер, и река внизу клокочет.
Утром солнце, и заспаться невозможно.
Ночи темные вдруг станут зимней ложью.
Скоро-скоро будут дни длиною в сутки,
и заполнит лето время до минутки.
В небо взмоют фейерверки из сирени,
легким дымом разгоняя злые тени.
Ландыш запахом наполнит воздух ночи…
Ждите! Ночи все короче и короче.

7—8мая 2012 г.

Аромат белой ночи

Я сижу на крыльце. Невозможно уснуть
в свете ночи, где солнце с луною – подружки.
Мягкой дымкой укрыты деревья вокруг,
нереальностью сна манят думки-подушки.
Соловьиного соло свирельную трель
оборвал шум дождя, тихий шорох по листьям.
Трубы ветра несут барабанную дробь,
не давая уснуть и зовя насладиться.
Запах мокрой сирени смешался с дымком
сигареты моей, да и запахом кофе.
Темно серые тучи, пролившись дождем,
напоили водой аромат белой ночи.
Так спокойно и тихо. Дождик стих, ветра нет.
Мне с крыльца не уйти и поспать не удастся.
Белой ночи за дымкой таинственный свет
волшебством манит в сказку пойти прогуляться.

18—19 июня 2012 г.

«На исходе волшебные ночи…»

На исходе волшебные ночи
с немотой от взлетевших мостов.
Ночь за ночью дни нынче короче,
и густеет небесный покров.
Колдовство красоты за вуалью
на излёте. Из сумерков ночь,
потеряв волшебство синей дали,
изгоняет бессонницу прочь.
Август нас одарит звездопадом,
осень – стуком дождя за окном.
Волшебство к нам вернётся отрадой
белой ночи, потерянным сном.

Закончено 18 июля 2012 г.

Осень. Питер

Сусальным золотом рассыпалась листва,
как будто в лужах отразились купола,
а я по золоту шуршащему бреду
под грустных дождиков осенних череду.
Наш мокрый город снова осенью больной,
волочит ноги, шелестит, как я, листвой.
Мы с ним глядим в речные зеркала.
Волнуются Фонтанка и Нева,
вбирая слезы неба в свой поток,
их воды будто созданы из строк
стихов о городе, стоящем над Невой,
написанных влюблённого рукой.

9 октября 2013 г.

Ощущение осени

Гуляет осень над Фонтанкой и Невой,
дождём проходит по Садовой и Сенной.
Шуршит листвою под ногами Летний сад,
и мокрым золотом шуршать весь город рад.
Качает ветер петербуржские мосты,
водой набухли даже мрачные «Кресты»,
залив пугает наводнением опять,
а дождь и ветер всем мешают спать.
Листом осенним зазвенели купола,
издали лёгкий звон колокола,
звенящий ветер, словно музыка поёт.
Стук каблучков… так дождь по городу идёт.

10 октября 2013 г.

Питер. Конец осени

Город сер. Серый день и дождь.
Свет небес нагоняет дрожь.
К наводненью дрожит Нева,
туч качаются кружева.
Ветер дует осенний, злой
и над Мойкой, и над Невой,
он с залива нагнал воды.
Город замер и ждёт беды.
Дождь на крышах и мостовой,
словно ноет, шуршит листвой.
Зябко, зыбко, в ознобе бьёт
все деревья, срывая влёт
с них остатки былых одежд
и листы золотых надежд.

28 октября 2013 г.

Силуэт города

Профиль города в плотном тумане,
точно вырезан силуэт.
В небо врезался куполами,
сквозь туман добывая свет.
Город графики с позолотой,
не кричащей, а бытовой,
словно кольца иной хозяйки,
бытом занятой с головой.
Сквозь туман проступает контур,
шпили острые, как стилет,
разрезают тягучий воздух,
облакам обернувшись вслед.
И дворцы, подобно Атлантам,
низким небом накрыты вкось,
Ну, а Мойка, Нева, Фонтанка
промывают Земную ось.
В этом тонком графичном мире
где на зданиях небосвод,
как в любимой родной квартире,
сердце что-то всегда поёт.

6 января 2014 г.