© В. Э. Молодяков, Составление, подготовка текста, примечания, послесловие, 2014
© В. А. Резвый, подготовка текста, примечания, 2014
© М. и Л. Орлушины, 2014
© Издательство «Водолей», 2014
* * *
Стихотворения (1900)
1. А. А. Фету («Твой ласковый зов долетел до меня…»)
Твой ласковый зов долетел до меня,И снова душа пробуждается, —Ей тихое счастье весеннего дня,Ей вешняя ночь открывается.
Там нежные звезды плывут и дрожат,Волна их качает пустынная…Проснулась – и зноем наполнила садБессмертная страсть соловьиная.
Так больно и властно вонзается в грудь,Так робко и сладко ласкается, —И к ярким созвучьям навеки прильнутьБессильно душа порывается.
2. «Нас кони ждут… Отдайся их порывам!..»Нас кони ждут… Отдайся их порывам!Пусть эта ночь в молчании своемОбвеет нас дыханием счастливым,Подхватит нас сверкающим крылом.Уж мы летим, наедине с звездами,Наедине с голубоокой мглой,И волны сна смыкаются за намиХолодною, певучею чредой.
Нас кони ждут… Отдайся их порывам!Пусть эта ночь в молчании своемОбвеет нас дыханием счастливым,Подхватит нас сверкающим крылом.
Уж мы летим, наедине с звездами,Наедине с голубоокой мглой,И волны сна смыкаются за намиХолодною, певучею чредой.
3. «В бледных сумерках мятели…»В бледных сумерках мятели,В мгле без цвета и без днаСловно звезды заблестелиСвечи милого окна.Сквозь морозные узоры,Головой прильнув к стеклу,Вижу – ты склонила взорыНад работою в углу.С страстью дерзкой и тревожнойЯ в приют твой не войду,Полюбуюсь осторожно,Осторожно отойду.Будь твой вечер тих и нежен,И когда придет пора,Благодатен, безмятеженСон невинный до утра.
В бледных сумерках мятели,В мгле без цвета и без днаСловно звезды заблестелиСвечи милого окна.
Сквозь морозные узоры,Головой прильнув к стеклу,Вижу – ты склонила взорыНад работою в углу.
С страстью дерзкой и тревожнойЯ в приют твой не войду,Полюбуюсь осторожно,Осторожно отойду.
Будь твой вечер тих и нежен,И когда придет пора,Благодатен, безмятеженСон невинный до утра.
4. «Деревья чуть обвеяны листвою….»Деревья чуть обвеяны листвою, Прозрачна даль,И ты несешь пустынною тропою Свою печаль.Прекрасна ты, как ясный вечер мая, — Но почемуДуша болит, твоих очей встречая Немую тьму?О, не грусти, забудь былые грезы, — За ливнем вслед,И свеж, и чист, свои роняет слезы Душистый цвет.
Деревья чуть обвеяны листвою, Прозрачна даль,И ты несешь пустынною тропою Свою печаль.
Прекрасна ты, как ясный вечер мая, — Но почемуДуша болит, твоих очей встречая Немую тьму?
О, не грусти, забудь былые грезы, — За ливнем вслед,И свеж, и чист, свои роняет слезы Душистый цвет.
5. «Молитесь, молитесь! Уж бледные крылья…»Молитесь, молитесь! Уж бледные крыльяБездушная гостья раскрыла над нею.Лежит – разметалась в томленьи бессилья,Как птичка больная, малютка родная… Я истине верить не смею!Давно ли, давно ли в улыбке счастливойЕе раскрывались румяные губки,И смех разливался волной шаловливой,И солнце, казалось, лишь ей улыбалось, Ей – маленькой нашей голубке…Молитесь, молитесь! Чуть теплится чуткоНад детской постелькой ночник, замирая;И ангелы нежно целуют малюткуВ усталые глазки, и светлые сказки Ей шепчут, с собой увлекая…
Молитесь, молитесь! Уж бледные крыльяБездушная гостья раскрыла над нею.Лежит – разметалась в томленьи бессилья,Как птичка больная, малютка родная… Я истине верить не смею!
Давно ли, давно ли в улыбке счастливойЕе раскрывались румяные губки,И смех разливался волной шаловливой,И солнце, казалось, лишь ей улыбалось, Ей – маленькой нашей голубке…
Молитесь, молитесь! Чуть теплится чуткоНад детской постелькой ночник, замирая;И ангелы нежно целуют малюткуВ усталые глазки, и светлые сказки Ей шепчут, с собой увлекая…
6. «Я сойду в мой сад пораньше…»Я сойду в мой сад пораньше, —Не спугну ли легких фей,В красоте кудрей их длинныхИ заплаканных очей.Над водой всю ночь сегодняСобиралися оне,Развиваясь и свиваясьВ хороводах при луне.Мне бы только легкий трепетЛегких крыльев уловитьИ загадочного смехаУскользающую нить.
Я сойду в мой сад пораньше, —Не спугну ли легких фей,В красоте кудрей их длинныхИ заплаканных очей.
Над водой всю ночь сегодняСобиралися оне,Развиваясь и свиваясьВ хороводах при луне.
Мне бы только легкий трепетЛегких крыльев уловитьИ загадочного смехаУскользающую нить.
7. «Я уходил, тревожный и печальный…»Я уходил, тревожный и печальный, —Ты всё в толпе, ты всё окружена,Напрасно ласки жаждала прощальнойМоя душа, смятения полна.Пустым речам, моей не видя муки,Внимала ты, беспечная, смеясь.Вокруг тебя порхали вальса звукиИ нежная мелодия вилась.Но где от лип темней ложились тени,Где ключ журчал невидимой струей,В тоске любви, в тревоге и смущенье,Твой легкий шаг узнал я за собой.Любимые напевы покидая,Из шума зал блестящих ты сошла,Как эта ночь, отраду обещая,Как эта ночь, приветливо светла.Ты вскинула сверкающие рукиНа плечи мне, дрожа и торопясь,А вдалеке пылали вальса звукиИ нежная мелодия лилась.
Я уходил, тревожный и печальный, —Ты всё в толпе, ты всё окружена,Напрасно ласки жаждала прощальнойМоя душа, смятения полна.
Пустым речам, моей не видя муки,Внимала ты, беспечная, смеясь.Вокруг тебя порхали вальса звукиИ нежная мелодия вилась.
Но где от лип темней ложились тени,Где ключ журчал невидимой струей,В тоске любви, в тревоге и смущенье,Твой легкий шаг узнал я за собой.
Любимые напевы покидая,Из шума зал блестящих ты сошла,Как эта ночь, отраду обещая,Как эта ночь, приветливо светла.
Ты вскинула сверкающие рукиНа плечи мне, дрожа и торопясь,А вдалеке пылали вальса звукиИ нежная мелодия лилась.
8. «Если безмолвным и светлым волненьем…»Если безмолвным и светлым волненьемВзор твой сияет, о друг мой любимый,Если румяным и милым смущеньемНежные щеки так знойно томимы;Если прозрачная ночь голубаяТихо волну осыпает звездами,Если черемуха дышит над нами,Белые кисти неслышно качая, —Как мне признаться, и надо ль признанье,Сладко томящее робкую душу?Бледным ли словом живое молчаньеЦарственной ночи безумно нарушу?
Если безмолвным и светлым волненьемВзор твой сияет, о друг мой любимый,Если румяным и милым смущеньемНежные щеки так знойно томимы;Если прозрачная ночь голубаяТихо волну осыпает звездами,Если черемуха дышит над нами,Белые кисти неслышно качая, —Как мне признаться, и надо ль признанье,Сладко томящее робкую душу?Бледным ли словом живое молчаньеЦарственной ночи безумно нарушу?
9. ВечеромНа мрамор резной водоема,Звеня, набегает волна.Одни мы, далеко от дома,Нас нега сковала одна.Нам веет вечерними снами,Погасло мерцанье зари,И крупными небо звездамиУсеяло ризы свои…О, друг мой! душа отдыхает,Сомнений в нет нет, ни тревог,И месяц лучами ласкаетЗадумчивый наш уголок.
На мрамор резной водоема,Звеня, набегает волна.Одни мы, далеко от дома,Нас нега сковала одна.
Нам веет вечерними снами,Погасло мерцанье зари,И крупными небо звездамиУсеяло ризы свои…
О, друг мой! душа отдыхает,Сомнений в нет нет, ни тревог,И месяц лучами ласкаетЗадумчивый наш уголок.
10. ВакханкаВ забытом уголке покинутого сада,Под свежим пологом поникнувших ветвей,Вздыхает и поет лукавая наяда;Звенит и плещется несякнущий ручей.И, лик пленительный над влагою склоняя,Всегда недвижная над вечным бегом вод,В сияньи мрамора вакханка молодая,Роняя тяжкий тирс, усталая, встает.В час полдня знойного, когда оцепененьеИ яркий сон царит на тихих берегах,Люблю ловить следы борьбы и опьяненьяУ девы каменной в загадочных очах…Уж взору чудится – дыхание живоеПриподымает грудь и расторгает сон,И жду – вот с уст ее, пронзительный, как стон,Сорвется бранный клик: «Эван, эван – эвое!»
В забытом уголке покинутого сада,Под свежим пологом поникнувших ветвей,Вздыхает и поет лукавая наяда;Звенит и плещется несякнущий ручей.И, лик пленительный над влагою склоняя,Всегда недвижная над вечным бегом вод,В сияньи мрамора вакханка молодая,Роняя тяжкий тирс, усталая, встает.В час полдня знойного, когда оцепененьеИ яркий сон царит на тихих берегах,Люблю ловить следы борьбы и опьяненьяУ девы каменной в загадочных очах…Уж взору чудится – дыхание живоеПриподымает грудь и расторгает сон,И жду – вот с уст ее, пронзительный, как стон,Сорвется бранный клик: «Эван, эван – эвое!»
11. У колодцаС гулом в глубокий кувшин набегает струя ледяная…Милая дева, постой, – дай поглядеть на тебя!Темные стрелы ресниц упали на гордые очи,Темной змеею коса вьется на смуглом плече,Хмурится круглая бровь, – и с трепетом дерзкий пришелецЖдет… Ослепи же его молнией южных очей.
С гулом в глубокий кувшин набегает струя ледяная…Милая дева, постой, – дай поглядеть на тебя!Темные стрелы ресниц упали на гордые очи,Темной змеею коса вьется на смуглом плече,Хмурится круглая бровь, – и с трепетом дерзкий пришелецЖдет… Ослепи же его молнией южных очей.
12. «О друг мой! соловьи счастливее меня…»О, друг мой! соловьи счастливее меня:Не их ли звучный клич, волнуя и маняЕще неведомой, но сладостной любовью,Слетает на заре к девичью изголовью,И гонит чуткий сон и пламенной мольбойВ неясной полумгле томится над тобой,И, опьяняя слух волшебными мечтами,Наполнит жаркий взор счастливыми слезами.
О, друг мой! соловьи счастливее меня:Не их ли звучный клич, волнуя и маняЕще неведомой, но сладостной любовью,Слетает на заре к девичью изголовью,И гонит чуткий сон и пламенной мольбойВ неясной полумгле томится над тобой,И, опьяняя слух волшебными мечтами,Наполнит жаркий взор счастливыми слезами.
13. «Прости, прости безумные упреки…»Прости, прости безумные упреки,Ревнивые угрозы мне прости,Далекий друг, любимый и далекий,Минутный луч, блеснувший одинокоИ гаснущий на сумрачном пути!Унылая, пустынная дорога,Унылые, напрасные мечты,И там, вдали, у милого порога,Последних роз манящая тревогаИ осенью побитые листы.
Прости, прости безумные упреки,Ревнивые угрозы мне прости,Далекий друг, любимый и далекий,Минутный луч, блеснувший одинокоИ гаснущий на сумрачном пути!Унылая, пустынная дорога,Унылые, напрасные мечты,И там, вдали, у милого порога,Последних роз манящая тревогаИ осенью побитые листы.
14. «Ты знаешь ли, как сладко одинокому…»Ты знаешь ли, как сладко одинокому,В загадочной, беззвучной тишине,Лететь душой туда-туда, к далекому,Что только раз пригрезилося мне.То – колокол, в просторе душном тающий,Вздыхающий и тающий, как сон,Но за собой надолго оставляющийИ жалобный, и требующий стон.О, где же ты, для сердца примирение?О, где же ты, забвенья сладкий плод?Один лишь миг, одной струны волнение —И снова всё мгновенное живет.Ты знаешь ли, как больно одинокому,В загадочной, беззвучной тишине,Лететь душой туда-туда, к далекомуЧто только раз пригрезилося мне.
Ты знаешь ли, как сладко одинокому,В загадочной, беззвучной тишине,Лететь душой туда-туда, к далекому,Что только раз пригрезилося мне.
То – колокол, в просторе душном тающий,Вздыхающий и тающий, как сон,Но за собой надолго оставляющийИ жалобный, и требующий стон.
О, где же ты, для сердца примирение?О, где же ты, забвенья сладкий плод?Один лишь миг, одной струны волнение —И снова всё мгновенное живет.
Ты знаешь ли, как больно одинокому,В загадочной, беззвучной тишине,Лететь душой туда-туда, к далекомуЧто только раз пригрезилося мне.
15. В толпеМного ли надо для счастья? Взманила весна молодаяСнова на волю к себе шумную праздность толпы.Только из целой толпы слежу я внимательным взором,Даже не взором – душой, робко слежу за одной.Любо глядеть мне, как кудри сбегают широким потоком,Черным, как поздняя ночь… Вдруг под тяжелой их мглойВспыхнут, как первые звезды, горячею нежностью взоры…Что бы я не дал, когда б мне улыбнулись они!С тихой тревогой гляжу… Дрожу я – не слишком ли дерзкоФрант этот с узким лицом, встретясь, тебя оглядел?..О, для толпы ль рождена твоя лучезарная юность?Им ли, слепцам, оценить чудное солнце мое?
Много ли надо для счастья? Взманила весна молодаяСнова на волю к себе шумную праздность толпы.Только из целой толпы слежу я внимательным взором,Даже не взором – душой, робко слежу за одной.Любо глядеть мне, как кудри сбегают широким потоком,Черным, как поздняя ночь… Вдруг под тяжелой их мглойВспыхнут, как первые звезды, горячею нежностью взоры…Что бы я не дал, когда б мне улыбнулись они!С тихой тревогой гляжу… Дрожу я – не слишком ли дерзкоФрант этот с узким лицом, встретясь, тебя оглядел?..О, для толпы ль рождена твоя лучезарная юность?Им ли, слепцам, оценить чудное солнце мое?
16. «Осень в сердце твоем, и в саду у тебя…»Осень в сердце твоем, и в саду у тебя Опадает листок за листком,И кровавая роза, дрожа и любя, На окне доцветает твоем.А любимый твой друг, убаюканный, спит Там в степи, где ни сел, ни дорог,И в смертельной красе на холме шелестит Иммортелей осенних венок.
Осень в сердце твоем, и в саду у тебя Опадает листок за листком,И кровавая роза, дрожа и любя, На окне доцветает твоем.
А любимый твой друг, убаюканный, спит Там в степи, где ни сел, ни дорог,И в смертельной красе на холме шелестит Иммортелей осенних венок.
17. «У моря, у тихого моря…»У моря, у тихого моря,Одни мы бродили с тобой,Любуясь счастливою ночью,Любуясь безмолвной луной.У моря, у тихого моря,В тот светлый, таинственный час,Над нами любовь молодаяНа крыльях беззвучных неслась…То время далёко, далёко,И ты от меня далека…У моря, у тихого моряЗадумчиво бродит тоска…Как призрак, задумчиво бродит,Как призрак, беззвучно поетУ моря, у тихого моря,У бледного зеркала вод…
У моря, у тихого моря,Одни мы бродили с тобой,Любуясь счастливою ночью,Любуясь безмолвной луной.
У моря, у тихого моря,В тот светлый, таинственный час,Над нами любовь молодаяНа крыльях беззвучных неслась…
То время далёко, далёко,И ты от меня далека…У моря, у тихого моряЗадумчиво бродит тоска…
Как призрак, задумчиво бродит,Как призрак, беззвучно поетУ моря, у тихого моря,У бледного зеркала вод…
18. «Непогодною ночью осеннею…»Непогодною ночью осеннею, У дверей,Чей-то робкий ей шорох почудится… Жутко ей.И вглядеться-то страшно в недвижную Эту мглу —Ну, как бледные руки подымутся Там, в углу?Не глядит, не дохнет, не шелохнется, А в грудиЧто-то шепчет до боли назойливо: «Погляди».
Непогодною ночью осеннею, У дверей,Чей-то робкий ей шорох почудится… Жутко ей.
И вглядеться-то страшно в недвижную Эту мглу —Ну, как бледные руки подымутся Там, в углу?
Не глядит, не дохнет, не шелохнется, А в грудиЧто-то шепчет до боли назойливо: «Погляди».
19. «В золоте осеннем грустная аллея…»В золоте осеннем грустная аллеяПуть наш осыпала золотом листов…Как чета влюбленных, странно холодея,Шли мы вдоль любимых, тихих берегов.Что-то между нами тихо обрывалось,Словно паутины трепетная нить,И куда-то сердце с болью порывалось,И о чем-то сердце жаждало забыть.И в душе роилось дум так много-много,На уста просилось столько поздних слов,А кругом мерцала грустная дорогаЗолотом осенним вянущих листов.
В золоте осеннем грустная аллеяПуть наш осыпала золотом листов…Как чета влюбленных, странно холодея,Шли мы вдоль любимых, тихих берегов.
Что-то между нами тихо обрывалось,Словно паутины трепетная нить,И куда-то сердце с болью порывалось,И о чем-то сердце жаждало забыть.
И в душе роилось дум так много-много,На уста просилось столько поздних слов,А кругом мерцала грустная дорогаЗолотом осенним вянущих листов.
20. «Голая береза шелестит о стекла…»Голая береза шелестит о стекла Робкими руками…Отчего же взор твой засветился снова Тихими слезами?Отчего безмолвна и с тоской невнятной Смотришь в даль ночную?Отчего с тобою я как враг ни слова, И как друг тоскую?Или это осень тенью молчаливой Пронеслась над нами,И сердца, и мысли мрачно разлучая Гневными крылами?
Голая береза шелестит о стекла Робкими руками…Отчего же взор твой засветился снова Тихими слезами?
Отчего безмолвна и с тоской невнятной Смотришь в даль ночную?Отчего с тобою я как враг ни слова, И как друг тоскую?
Или это осень тенью молчаливой Пронеслась над нами,И сердца, и мысли мрачно разлучая Гневными крылами?
21. «Нет, не могила страшна…»Нет, не могила страшна —Страшно забвенье,Страшно свалитьсяБез силы, без воли,В пропасть холоднуюВечного сна…Благо тому, чью могилуИ крест молчаливыйДружеский мягко венок обовьет,Точно объятьеТеплой руки,Живою поэзией красок.Вот василек полевой —Память далекого детства,И розы тревожный восторг,Там астр сиротливых мечтательность,Георгин одинокая гордость,И тихой фиалки,Свежей затворницы леса,Смиренный и всепримиряющийШепот душистый.И благо и жизни, и смерти,Когда по цветам разгоритсяВ ранних росинкахПогожее утро,И тихо над гробом цветутСлезы любви и молитвы.
Нет, не могила страшна —Страшно забвенье,Страшно свалитьсяБез силы, без воли,В пропасть холоднуюВечного сна…Благо тому, чью могилуИ крест молчаливыйДружеский мягко венок обовьет,Точно объятьеТеплой руки,Живою поэзией красок.Вот василек полевой —Память далекого детства,И розы тревожный восторг,Там астр сиротливых мечтательность,Георгин одинокая гордость,И тихой фиалки,Свежей затворницы леса,Смиренный и всепримиряющийШепот душистый.И благо и жизни, и смерти,Когда по цветам разгоритсяВ ранних росинкахПогожее утро,И тихо над гробом цветутСлезы любви и молитвы.
22. Романс («О, как далёко и как враждебно…»)О, как далёко и как враждебноТы удалилась от меня!И нет уж в сердце зари волшебной,И в песнях нет моих огня.Едва мерцает из тяжкой дали,Из тяжкой дали, из темных туч,Твой лик, исполнен немой печали,Твоей улыбки бледный луч…Не воротиться тому, что было,Что догорело, что прожито.Молчи же, сердце! Как ты любило,Пускай не знает другой никто!
О, как далёко и как враждебноТы удалилась от меня!И нет уж в сердце зари волшебной,И в песнях нет моих огня.
Едва мерцает из тяжкой дали,Из тяжкой дали, из темных туч,Твой лик, исполнен немой печали,Твоей улыбки бледный луч…
Не воротиться тому, что было,Что догорело, что прожито.Молчи же, сердце! Как ты любило,Пускай не знает другой никто!
23. Friede (Средневековая суббота)Friede, friede! Тих и мирен вечер,Только слабо колокол дрожит!Божья весть о близком воскресеньиОт грозы насилий и обид.Friede, friede! С узкой колокольниКак молитва тихая парит;Сердце тихо празднует победуНад грозой насилий и обид.
Friede, friede! Тих и мирен вечер,Только слабо колокол дрожит!Божья весть о близком воскресеньиОт грозы насилий и обид.
Friede, friede! С узкой колокольниКак молитва тихая парит;Сердце тихо празднует победуНад грозой насилий и обид.
24. ОсеннееКак ночь тиха, как ночь темна!Один прижавшийся к стеклуЛисток поблекший из окнаГлядит ко мне сквозь эту мглу.Глядит сквозь эту мглу с мольбойИ будит горькие мечты —Один листок, один живойСвидетель летней красоты.И говорит он: «Ночь темна,Грустна безмесячная ночь,Кругом глухая тишина…О, не гони меня ты прочь!О, не гони, не презирайМоей унылой желтизны:Я – мертвый лес, поблекший рай,Могила песен и весны!Я – память счастья и тревог,Лесов живых, живых небес,Последний трепетный листокИз книги света и чудес.Когда же грубо ветер злойМеня в безмесячной тениСомнет, сорвет перед тобой,Хоть раз, один хоть раз вздохни!»
Как ночь тиха, как ночь темна!Один прижавшийся к стеклуЛисток поблекший из окнаГлядит ко мне сквозь эту мглу.Глядит сквозь эту мглу с мольбойИ будит горькие мечты —Один листок, один живойСвидетель летней красоты.И говорит он: «Ночь темна,Грустна безмесячная ночь,Кругом глухая тишина…О, не гони меня ты прочь!О, не гони, не презирайМоей унылой желтизны:Я – мертвый лес, поблекший рай,Могила песен и весны!Я – память счастья и тревог,Лесов живых, живых небес,Последний трепетный листокИз книги света и чудес.Когда же грубо ветер злойМеня в безмесячной тениСомнет, сорвет перед тобой,Хоть раз, один хоть раз вздохни!»
Страницаиз68
СкороКнижный режим