Глава 3
Вечеринка была в самом разгаре, но Аня сидела хмурая. Почти полная тарелка с едой осталась нетронутой. Девушка расспрашивала своих знакомых, видел ли кто-нибудь из них Аделину, но никто не заметил, когда и куда она пошла. Наконец, проходя мимо группы незнакомых парней, Аня случайно услышала фразу: «В той комнате лежит баба, которая невминосе, и можно ее поиметь». «Только посмотрите в ту сторону, я вас сама…» – коротко и весьма доходчиво предупредила их Аня и тут же пошла к Андрею, своему знакомому, очень крепкому парню.
– Андрей, помощь твоя нужна срочно.
– Кому морду набить? – улыбаясь, с готовностью спросил молодой человек.
– Не, бить никого не надо, надо помочь Аделину отвезти. И посторожить ее, пока я водителя ищу. Тебе, кстати, тоже пора домой, сам просил пораньше тебя забрать.
– А че ее сторожить?
Аня что-то начала шептать ему на ухо. Улыбка с лица Андрея пропала, взгляд стал свирепым, а потом он перевел его на незнакомых парней. Те наблюдали за происходящим и шутили, собираясь отправить в комнату следующего желающего «развлечься». Заметив тяжелый взгляд Андрея, они перестали шутить, с их лиц моментально сползли гнусные улыбочки. Они отвернулись и продолжили общение в своей маленькой компании, изредка оборачиваясь и наблюдая за тем, что происходит.
Аня вместе с Андреем и еще двумя парнями ворвались в комнату, но Аделина уже была одна и спала. На ней была второпях натянутая одежда, рядом с кроватью на полу валялся использованный презерватив. Аня изо всех сил ударила кулаком по двери и громко выругалась.
– Да чего ты? – с удивлением спросил Андрей. – Это нормально…
– Да? Она же невменяемая, ее использовали, можно сказать, изнасиловали, а для тебя это нормально?!
И Аня в бешенстве вылетела из комнаты.
– Чего это она? – спросил один из помогавших им парней. Андрей знал, почему она себя так вела, но ничего не стал говорить.
Среди гостей вечеринки Аня стала искать кого-нибудь трезвого с машиной. Она по-прежнему избегала общения с незнакомыми, но именно среди них нашелся водитель, который согласился отвезти девушку и еще пару человек. Парень представился Степаном и сразу спросил, кому куда надо. Аня привела его в комнату. Увидев лежащую без чувств девушку, он немного испугался.
– Ее тоже?
– Ее в первую очередь, – не терпящим возражений тоном ответила Аня и стала будить Аделину, аккуратно потрясывая ее за плечи.
Девушка сначала никак не реагировала на попытки привести ее в чувство, потом стала отбиваться и что-то бессвязно говорить про институт. Наконец, Аня, приложив максимум усилий, смогла растормошить подругу, которая села на кровати и стала смотреть в одну точку. Она явно ничего не понимала и не принимала никакого участия в том, чтобы собраться. Аня, тихо ругаясь, собирала вещи Аделины по квартире.
Аня прихватила с собой в машину ведро из квартиры Ники, понимая, что может произойти в дороге. Степан то и дело посматривал на Аделину, потом на ведро, потом снова на Аделину, напряженно вздыхал и чесал затылок. В пути он старался лишний раз не нажимать на тормоз, ехал очень медленно и почти ни разу не остановился на светофорах. Дорога из Мичуринского района в Гольяново заняла больше часа по ночной Москве. При каждом торможении Аня подставляла ведро прямо к голове Аделины, но девушку не тошнило.
– Боишься? – засмеялся Андрей.
– Ага, себя вспомни год назад, когда мы тебя так везли.
– А че такого?
– Ты тогда не сдерживал себя, – язвительно заметила Аня.
– Ой, да ладно тебе, будешь вспоминать это всю жизнь?
– Ту Ниагару из тебя забыть невозможно. Спасибо, что не на ноги.
– Да че ты начала-то опять…
– А смеяться не надо.
– Да как же не смеяться? У нас без смеха не выживешь. – И Андрей отвернулся к окну.
Дома их встретила мама Аделины – полноватая женщина с короткой стрижкой в розовом халате. Когда она открыла дверь, то цокнула и тяжело вздохнула:
– Опять перепила, чума болотная…
– Да все нормально, Мария Викторовна, – ответила Аня. – С кем не бывает…
– Да с ней постоянно!
Аня промолчала и стала помогать Аделине снять обувь. Степан остался стоять у порога, Андрей зашел в квартиру и помог Ане довести Аделину до кровати. Пока друзья укладывали девушку, Мария Викторовна заметила Степана, переминавшегося у порога. Она окинула его с головы до ног вопросительным взглядом и поинтересовалась:
– А ты кто, таксист?
– Нет, я их просто довез. Трезвый был на дне рождения и с машиной.
В квартире было душно. Аня дула себе на лоб и дергала футболку, чтобы хоть немного охладиться. Андрей это заметил, взял папку с тумбочки и стал махать на Аню, пока та укладывала Аделину. Ребята уложили подругу и вышли в коридор.
– Чаю хлебнете или поедете сразу? – спросила мама Аделины.
– Да поедем. Спасибо, – ответила за всех Аня. Она была очень хмурой и торопилась уйти.
– Как хотите. Спасибо, что вернули непутевую, – сказала на прощание мама.
Аня, Степан и Андрей вышли на улицу, там Аня задышала очень часто и села на скамейку у подъезда.
– Ты чего? – Степан испуганно взглянул на нее.
– Да нормально все, сейчас приду в норму. Степа, можешь подождать в машине? Две минуты?
– Да не вопрос. – И Степа оставил ребят одних.
Андрей сел рядом с Аней и закурил. По лицу девушки покатилась слеза, которую она поспешила смахнуть, а потом шмыгнула носом. Андрей повернулся к Ане, потом быстро отвернулся, чтобы выдохнуть дым в сторону, и снова посмотрел на подругу.
– Ты че?
– Вспомнила опять все. И после сегодняшнего осадок остался. Специально старалась, чтобы Аделина никуда не уходила, чтобы с ней хотя бы такого не произошло, чтобы ее не использовали, как меня.
– Она сама туда пошла.
– Андрей, она же ничего не соображала! И я год назад тоже была в таком состоянии, и сама пошла с ними. Но помню все, что потом было! И это травма для меня, я теперь боюсь всего. У меня перед каждой вечеринкой тремор начинается.
– Да понятно. Но это не первый раз, когда она уединяется с кем-то на тусовках. Для нее это нормально.
– Нет, ненормально. Мы с ней разговаривали на этот счет.
– И что она сказала?
– Что она все помнит и ей плохо.
– И продолжает так делать?
– Да, когда напьется. Потому что не контролирует себя. Ничему ее жизнь не учит. Ладно, пошли.
В комнате Аделины стоял стойкий запах алкоголя. Девушка лежала на кровати в той же одежде, в которой была на вечеринке. И хотя было утро, а окно ее комнаты выходило на восток, здесь царил мрак: светонепроницаемые шторы были наглухо закрыты. Закрыто было и окно, поэтому в комнате было еще и невыносимо душно. Тишину нарушало только тихое посапывание девушки и негромкие голоса, доносившиеся из работающего за стеной телевизора.
В комнату девушки вошла мама, в руках она держала старенький, весь исцарапанный планшет. От запаха Мария скривилась и сразу прошла к окну, чтобы раздвинуть шторы. Сначала свет залил правую половину комнаты, где у окна стояли стол со стулом и шкаф. На стене над столом было много фотографий с разных вечеринок, на самом столе валялись какие-то смятые бумажки, салфетки и открытая пачка с чипсами. Дальний угол стола украшала фотография Аделины и Леонида Алмайи, стоящих рядом вполоборота друг к другу.
Потом свет залил левую часть комнаты, где стояла кровать. Горячее летнее солнце ударило в лицо Аделины, она застонала, как можно крепче сжимая веки, и уткнулась в подушку.
– Подъем, чума болотная, у нас че-пэ, – громко сказала женщина.
– У нас всегда че-пэ, – ответила девушка в подушку.
– Деля, на этот раз все серьезно. – Голос у Марии был очень встревоженный. – Отец твой при смерти лежит.
Сначала наступила тишина. Затем Аделина повернулась к матери, сонными глазами посмотрела на нее и тихо произнесла:
– Сегодня не первое апреля, мам.
Мария села на кровать и положила перед девушкой планшет. Аделина вяло протерла рукой глаза и села на кровати. На открытой странице браузера виднелись логотип известного новостного издания, имя и фамилия Леонида Алмайи и коллаж из его представительской фотографии и снимка, сделанного во время концерта: ее отец лежит на сцене после падения. Аделина побледнела. Она не стала читать статью, а вместо этого включила видео. В нем сначала играла музыка, потом Леонид начал фальшивить, потом упал, оркестр замолк, и в зале началась паника. Пока Аделина смотрела видео, мама молчала и перебирала пальцы. Аделина досмотрела видео до конца и отложила планшет. Через секунду мама заговорила:
– Надо бы в больницу съездить, узнать, что там и как…
– Меня не пустят, – почти шепотом произнесла Аделина.
– Да с чего бы, ты его дочь! Паспорт у тебя есть, ты родной человек ему. Съезди, узнай.
И мама вышла из комнаты, оставив Аделину наедине с планшетом. Девушка схватила его и стала читать статьи об отце и смотреть разные видео. Везде было одно и то же. Оглядевшись, Аделина увидела, что ее смартфон лежит на столе, и вскочила с кровати, но почти сразу у нее подкосились ноги, и она упала. До стола девушка доползла, взяла смартфон и легла на пол. На звонок папа не ответил. Аделина встала, постанывая и держась за голову. Дошла до шкафа и стала переодеваться.
