ГЛАВА 4. «Купить будущее»
… – Мама, а Семена чудища отпустят? – спросила Маша у Анны. В детской было сумрачно и очень уютно. Оранжевым светом горел ночник в виде Колобка, освещая детские рисунки, висевшие на стенах. Анна сидела у кровати, в которой лежала Маша и поправляла ей пышное атласное одеяло. Этот свет ночника и атласное одеяло создавали какой-то щемящий контраст в мыслях Анны между тем, как жила Маша и теми условиями, в которых, возможно, содержали Семена. Она вздрогнула от вопроса дочки – ей не хотелось отвечать на него, потому что она знала ответ. Виктор отказывался платить выкуп за Семена, и Анна чувствовала себя виноватой перед Шнайдерами. Шнайдеры, кстати, больше не жили в гостевой спальне, а ушли в свою квартиру. Анна слышала слова Иммануила и знала, что их слышала Маша. Анна буквально не находила себе места из-за этой ситуации с похищением Семена и в ужасе вздрагивала всякий раз, когда звонил телефон или раздавался звонок в дверь. Она очень боялась, что однажды позвонят для того, чтобы сообщить страшную новость. И Анна изводила себя вопросом, сможет ли она после этого по-прежнему любить своего мужа? Хоть какое-то успокоение Анна находила в комнате дочери по вечерам, заходя к Маше, чтобы пожелать спокойной ночи и погладить ее по мягким светлым волосам, глядя в невинные, огромные серые Машины глаза.
– Отпустят – соврала Анна – Ведь Семен не сделал никому ничего плохого, верно?
– А что, разве чудища похищают только плохих детей? – спросила Маша – Я думала, они делают это, чтобы родители у них купили ребенка! – сказала Маша – Я в словаре прочитала! На букву «Пэ»! Похищение. Там еще одно слово было… Кит… Ки… Смешное такое…
– Киднэппинг? – машинально спросила Анна.
– Да, оно! – сказала Маша – Это самое слово! И там написано, что детей похищают с целью наживы! Нажива – это что такое, мама?
– Это когда хотят заработать много денег – ответила Анна.
– Как у папы? – спросила Маша – Или еще больше?
– Как у папы, да, Маша! – вздохнула Анна.
В детскую заглянул Виктор.
– Маруся? – позвал он вполголоса.
– Что, папа? – ответила Маша.
– Спокойной ночи, доча! – сказал Виктор.
– И тебе, папа! – ответила Маша – Папа, у тебя много денег?
– Да, доча, много – ответил Виктор.
– Ты занимаешься наживой? – спросила Маша.
– Это мама тебе сказала? – скривившись, сказал Виктор.
– Нет, это она сама прочитала! – ответила Анна – Ты к себе?
– Да, я к себе – ответил Виктор – Хочешь поговорить?
– Да, Виктор, хочу! – сказала Анна.
– Хорошо, заходи – снисходительно сказал Виктор – Поговорим! Спи, Маруся! Мы немного поговорим с мамой! Может, и договоримся до чего-то!
– Виктор, послушай меня, пожалуйста! – сказала Анна, входя в кабинет мужа и усаживаясь в красное кожаное кресло.
– Нет, это ты меня послушай, Аннушка! – резко сказал Виктор, налил себе водки в стакан и залпом выпил. Закурил и сел за стол, положив на него свои сильные руки, сейчас сжатые в кулаки. – Я не готов сейчас взять и выдернуть деньги из бизнеса! Это не шутки, Аня! Если я сделаю это, все может рухнуть, и мы с тобой останемся без этой квартиры, без машины и без всего, к чему так привыкли! К тому же, я создаю будущее для нашей дочери, Анна! Понимаешь? А оно стоит недешево – то самое будущее, которое мы для нее хотим! Помнишь, как мы мечтали с тобой, что Маруся будет учиться в Англии или в Штатах и станет какой-нибудь очень важной и знаменитой? Что она со временем станет владеть всем, что я с таким трудом создавал!
– Да, ты прав. – тихо сказала Анна – Мы мечтали! Но тогда никто не похищал Семена! Не слишком ли дорогое будущее ты планируешь купить для нашей дочери?! Ты готов заплатить такую цену, Виктор? Лично я – не готова! Я не хочу, чтобы на моих руках была кровь ребенка! И не хочу покупать для своей дочери такое будущее, в котором будет гибель Семена!
– Ты?! – скривившись, спросил Витя – Китаец – Ты?! Покупать?! Анюта, дорогая, а на что, вообще, и что ты можешь купить?! Все, что у тебя есть – это все, благодаря мне, ты забыла?! Поэтому тебе ничего не нужно покупать, дорогая! Покупать буду я! И решение, кому давать денег, а кому не давать, принимать тоже буду я! И мне твоя помощь в этом не нужна! Если тебе станет легче, то скажу тебе так: я готов взять на себя ответственность за то, что произойдет дальше! Но я не буду рисковать будущим моей семьи и будущим моей дочери! Ты поняла меня?!
– Да, Виктор, я поняла тебя! – сказала Анна – Ты очень четко и ясно все объяснил! Я могу идти?
– Да, можешь! – резко ответил Китаец, глянув на жену почти с ненавистью. – И не вздумай разрыдаться сейчас! А то вы все получаетесь такие жалостливые ангелочки, а я – просто людоед, который не хочет спасти чужого сына! Это чужой ребенок, Анюта! И пусть его отец думает о том, как его спасти! Я тебе уже говорил об этом! Это дело семьи Шнайдеров, а не семьи Селиверстовых! Все, разговор окончен!
– Базар окончен! – поправила Анна.
– Что? – не понял Виктор.
– Ты должен был сказать «базар окончен» – сказала Анна и посмотрела на мужа холодными глазами, в которых блестели слезы. – Чтоб все по понятиям было в нашей семье!
– Вот только не надо этого! – скривился Виктор – Ты прекрасно знала, кто я и пользовалась всем, что я зарабатывал! А сейчас, вдруг, ты стала высокоморальной и утонченной?! Лицемерием попахивает, жена моя! Разве так можно? И по понятиям, кстати, лицемерие тоже не приветствуется! Так что закрой, пожалуйста, свой прекрасный рот и на своих красивых ножках иди прочь! Если тебе стало противно, что ты жена Вити – Китайца, то я ничем помочь тебе не могу! Насильно мил не будешь, как говорится! Все, Анюта, как ты правильно сказала, базар окончен! Больше я к этой теме возвращаться не намерен!
– Хорошо, Виктор – тихо сказала Анна – Значит, не будем! Извини, что потревожила…
…Анна вышла на улицу, села на скамейку во дворе. Уже начинало темнеть и от асфальта, нагретого за день, поднимался теплый воздух. Где-то звенели детские голоса.
– «Почему они так поздно гуляют на улице»? – с тревогой подумала Анна – «Чем и о чем думают их родители?!»
Она вдруг отчетливо вспомнила лицо своего любимого мужа во время их разговора. Точнее, это было не лицо, а оскал.
– Когда мой Витя превратился в Витю – Китайца? – прошептала Анна, не замечая, как крупные слезы стекают по ее щекам и падают на нагретый асфальт, мгновенно испаряясь – Неужели все, сказка закончилась?! Где же наша вишневая девятка, в которой было так уютно целоваться с привкусом Марсов и Сникерсов?! Где оно, то огромное счастье, с которого начиналась наша семья?! Неужели это так и бывает?! И от счастья не осталось ничего, кроме этой боли в груди! Что будет завтра? Какое будущее покупает для меня и моей дочери мой муж?! Или он покупает будущее только для себя, и меня с Машей там нет? Не зря же он подчеркнул, что я не принимаю участия в построении этого самого будущего, которое он покупает. И скорее всего, скоро там не будет и Маши. Как так получилось, что деньги стали главным для Виктора?! Почему так легко он оттолкнул руку, протянутую к нему за помощью?! Ведь вполне может случиться такое, что однажды он оттолкнет и мою руку?! – от этой мысли Анне стало очень страшно. Не за себя, нет. Она испугалась, что Маша тоже оказалась в опасности, и что Виктор однажды также, как сегодня прогнал Анну, прогонит и Машу!
– Ну уж нет, Витя – Китаец! – прошептала Анна решительно, вставая со скамейки – Такое будущее, пожалуй, нам не нужно! – Анна вернулась домой, выпила бокал красного вина и легла спать. Этой ночью они с Виктором спали по отдельности – в разных комнатах…
… – Вот уж действительно, все несчастные семьи, несчастны по-своему! – сказал, усмехнувшись, Григорьев. – Как говорится, любовь прошла, завяли бахчевые!
– Да хватит паясничать! – сказала Машка – Будет он мне тут Толстого сейчас цитировать! А ты ведь циник, Николя, ты в курсе?!
– Конечно в курсе, Мари! – ответил Николай – Мне неоднократно об этом напоминают родные и близкие! Сейчас вот ты!
– Ага! – тряхнула Машка волосами – Только я и не родная, и не близкая!
– Ну, это легко исправить, как мне видится ситуация! – подмигнул Григорьев.
– А мне ситуация видится немного по-другому! – подмигнула Машка – если ты попытаешься что-то там исправлять, то я так тебе целостность черепной коробки исправлю, что любо-дорого! Будешь потом звенеть в аэропортах по всему миру титановой пластиной в черепушке! Это я тебе обещаю, как и то, что черепно-мозговую ты получишь качественную, с гарантией! И, как бонус приятный, возможно, пару переломов ребер или других костей! А то, если хочешь, могу множественные разрывы внутренних органов устроить! Хочешь, Николя?
– Воздержусь, пожалуй, от столь заманчивого предложения! – сказал Григорьев – И немедленно приношу извинения за недопустимую бесцеремонность!
– Ладно, проехали! – сказала Машка – Так вот, умник, любовь никакая не завяла! Анна по-прежнему любила своего Виктора, причем, как это часто бывает с женщинами, у которых мужья превращаются в козлов, она продолжала любить того Виктора, из прошлого, понимаешь? Виктор из настоящего, тот самый, который хотел купить будущее, для Анны остался еще Витей на вишневой девятке. И она любила того самого Витю, хоть и понимала, что тот самый Витя как-то неожиданно отрастил себе клыки. Но это был еще тот Витя, ее любимый и единственный, ради которого она готова была на все… Ну, или почти на все…
– Как-то сложно у тебя все, Мария! – вздохнул Григорьев – Как в кино!
– Это не у меня! – тряхнула Машка волосами – Это жизнь! А жизнь, знаешь ли, вообще сложная штука! На то она и жизнь! Ты-то должен это знать! А насчет Анны… Для нее Витя из прошлого постепенно стал превращаться в Витю – Китайца. И да, здесь я соглашусь с Китайцем – она прекрасно понимала, кто ее муж, и пользовалась теми благами, которые он добывал. И при этом молчала! Почему молчала, наверное, спросишь ты? Охотно отвечу тебе! Она лю-би-ла! А любовь прощает все и всех, даже чудовищ! Но до тех пор, пока эти чудовища не начинают на эту самую любовь плевать и вытирать об нее ноги! Понимаешь? Любовь – штука мстительная, и обид не прощает! И в эту ночь Анна почувствовала, как любовь покидает ее!
– Да тебе, Мария, надо стихи писать! – воскликнул восхищенно Николай – Очень красиво сказала! Можно, я потом использую эту твою метафору?
– Да сколько угодно! – милостиво согласилась Машка, сделав величественный жест рукой. – Только поймай эту красотку – стерводессу, и закажи нам выпивку, будь ласка!
– Слушаюсь и повинуюсь, товарищ полковник! – шутливо поклонился Григорьев и нажал кнопку вызова стюардессы…
…Маша сидела в своей комнате и поила кукол чаем из игрушечного сервиза, когда к ней вошла мама с бледным лицом и каким-то стеклянными глазами.
– Машенька, мы уезжаем – пустым голосом сказала Анна, достала из шкафа большую черную дорожную сумку, в которую обычно складывали машины вещи, когда ездили отдыхать, расстегнула молнию, бросила сумку на пол.
– складывай игрушки, которые захочешь взять с собой – сказала Анна.
– А куда мы едем? – спросила Маша – А книжки можно взять?
– Бери все, что хочешь! – сказала Анна – Игрушки, книжки, что угодно! А я пока пойду одежду твою соберу! – и Анна вышла из детской.
– Мама, а мы куда едем-то?! – крикнула Маша вслед Анне. Та остановилась, обернулась всем телом.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
