Эпоха ветра

© Надежда Штефан, 2024

ISBN 978-5-0064-3242-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Испания

***

Вот уже десять минут она стояла и смотрела в открытое окно придумывая план побега, сама того не желая угодив в мышеловку, из которой пока что намечался только один путь – в море.

Она смотрела на спокойную воду и прикидывала сможет ли доплыть до берега и остаться незамеченной.

Может ли она вообще плавать?!

Поднимаясь на этот корабль, она даже не подозревала, что здесь не рады женщинам и что сейчас, в эту самую минуту, ее ищут не меньше дюжины разъяренных мужчин заглядывая в каждую бочку.

Если она правильно рассчитала, то в каюту капитана они не сунуться. Возможно, получиться выиграть время, найти укромный уголок и как только судно отойдет достаточно далеко от берега выйти из укрытия.

Не выкинут же они ее за борт в конце концов!

Хотя, видя нервно дергающийся глаз рыжего бородача, когда она кричала ему что-то непристойное, все может быть и лучше уж сейчас сигануть в воду, и кое-как до барахтаться к причалу, чем потом утонуть в открытом море.

Остается еще капитан. Может он окажется более рассудительным и охочем к золоту, и согласиться подвезти ее в Англию.

Дождаться его?!

Нет!

Если команда дала понять, что ей здесь не рады, что и говорить о капитане. Наверняка, такой же злостный мелкий старикашка, ненавидящий англичан.

Она слегка свесилась через окно и стала рассматривать воду: «Интересно как лучше прыгать: ногами вниз или вытянув руки?»

Времени на раздумья не оставалось галеон начал движение.

Она перекинула сумку через плечо, подставила ящик ближе к окну и подхватив юбки стала взбираться на него…

– Я бы, на твоем месте, этого не делал! – послышался со стороны двери глубокий спокойный голос.

Однако его владелец говорил с улыбкой – это чувствовалось, даже не глядя на собеседника.

Она вздрогнула, спустила только что поставленную ногу с ящика и медленно повернулась.

«Попалась!» – промелькнуло в ее голове и не видя иного пути стала потихоньку пятиться к стене.

Незнакомец, продолжая улыбаться, отошел от двери и направился к столу сняв шляпу:

– Высота около шестидесяти футов, а может и больше. Если прыгнешь – разобьешься!

Она продолжала пятиться вдоль стены, не сводя с него глаз.

Он красив. Очень красив. Темно русые коротко стриженые волосы, редкость в этих краях. Легкая небритость придавала шарма. Высок. Широкоплеч. Зеленые или серые глаза, так далеко не разобрать.

Она практически дошла до двери и стала нащупывать ручку.

Мужчина уселся на стол и так же непрерывно продолжал смотрел на нее с легкой улыбкой:

– И этого я бы не делал! – он указал на дверь. – Тебя там уже ждут! Ты чем-то сильно расстроила Рыжего Джо, и он не прочь задать тебе порку!

– Вы англичанин?! – тихо спросила она, хотя это совсем не тот вопрос, который нужно было задать.

Он приподнял одну бровь, еще шире улыбнулся и спросил:

– Что меня выдало?

– Ваш акцент.

– Странно, я думал, что уже давно чисто говорю по-испански.

Она пожала плечами:

– Возможно, но Вы тяните некоторые слова. Еще манеры и Вы сказали фут, тогда как здесь принято употреблять такие меры длины как вара, пальмо или кото.

– Учту. Как тебя зовут?!

– Мэйбл! – она соврала. Это имя ей не принадлежало. Она позаимствовала его у женщины в таверне, которая рассказывала про торговые корабли. От нее же она узнала про это судно, которое способно перевезти по воде в родную Англию. Хотя она не была до конца уверена, что Англия была ей домом, но записка, найденная в сумке и золотой медальон свидетельствовали, что ей непременно нужно туда. – Какие у меня варианты?

– Не совсем понял вопрос!

– За борт я прыгнуть уже не могу, судно давно отошло, и я не уверена, что умею плавать, да и, по Вашим словам, непременно разобьюсь о воду. За дверью меня ждет порка. Так какие у меня варианты?

– Можешь остаться моей гостьей до конца плавания. Через пару дней будет остановка для пополнения запасов, захочешь сойдешь там. Или плюс минус через неделю, глядишь, доберемся до Италии при попутном ветре.

Она похолодела:

– Италия! Разве судно не идет в Англию?!

– Нет. Конечная точка Генуя.

Она потеряла дар речи. Дома за окном все отдалялись, а бескрайняя вода постепенно заполняла собой все пространство и скоро ничего кроме нее не будет видно.

– Разве это не Santa Rosa? – чуть не плача спросила она.

– Нет. Это Santa Cruz. Похоже ты перепутала галеоны.

Он перестал улыбаться и на лице появилось что-то вроде сочувствия.

Она опустилась на пол возле двери, сняла с себя сумку, поджала ноги и совсем не понимая, что делать, стала тихонько всхлипывать.

Себастиан

Как же он устал.

Устал от этих странствий, от стычек в команде, от жестокости вокруг и постоянной дележки. От войны и необходимости плавать в чужих водах. От грабежа и смертей.

Он даже устал от этого имени.

Он никогда не считал себя Себастианом и носил это имя вынужденно, поддерживая легенду бравого вояки, а теперь отчаянного корсара.

Хотя он любил покойную матушку и чтил ее испанские корни, но третье имя, вписанное в бумаги о его рождении, было уже перебором.

Ну, где это слыхано: «Теодор Уильям Себастиан младший!»

Младший ему досталось от испанского деда.

Первые же два имени были даны ему по праву рождения в горячо любимой им Англии. Он всегда чувствовал себя Тео, хотя не стоит отрицать, что доскональное знание испанского сейчас играет ему на руку.

Однако сегодняшние новости совсем выбили его из колеи, и он готов был все бросить и вот прям так, ничего никому не объясняя, поменять курс и направиться в Британию.

Команда как никогда вела себя из ряда вон.

Здоровые взрослые мужики возмущенно наперебой рассказывали о «крысе» на борту, которой удалось нарушить их покой и пробраться незамеченной, да еще иметь наглость обзывать их позорными прозвищами, некоторые из которые, по их уверениям, они слышали впервые.

Как дети, ей Богу!

А сейчас этой девчонки и след простыл.

Только ее мне и не хватало на этом судне с кучей суеверных вояк. Нужно постараться найти ее до отплытия и высадить на берег, пока пьяные матросы не решили пустить ее ради забавы по доске на корм рыбам.

Анелла

Она проснулась за столом в пропахшей спиртом и мужским потом таверне.

Медленно села, совершенно не понимая, где находится. Подтянула ближе лежащую рядом на лавке сумку. Доела завтрак, очень надеясь, что это именно она начала его поедать перед тем, как уснуть и попросив черпак с чистой водой вышла на улицу. Затем тщательно умыв лицо и руки, вернулась на свое место – стол под лестницей и одной лавкой, на которой спала.

Открыла сумку и начала перебирать ее содержимое. Длинная сорочка, комплект нижнего белья и носовой платок с инициалами «А.В.». Мешочек с монетами. Нож с гравировкой на рукоятке. Гребень и небольшое зеркало. Сверток, из грубой ткани, внутри которого оказался золотой медальон и записка на английском с размазанными местами словами: «Этого медальона хватит, чтобы оплатить проезд в Англию! Все будет хорошо, дитя! Люблю тебя и надеюсь на скорую встречу, моя дорогая Анелла!»

Она аккуратно сложила все обратно в сумку и стала осматриваться и прислушиваться. Кругом все говорили по-испански. Удивительно, что она их понимала ведь из записки следовало, что она англичанка и зовут ее Анелла. Однако, вполне возможно, это не ее сумка и содержимое в ней ее никак не касается.

Тогда кто она?

Силясь вспомнить хоть что-то до момента пробуждения в этом месте у нее вспотели ладошки и застучало в висках.

Бесполезно!

Она ничего не помнит!

Единственное, что приходило сейчас на ум и казалось правильным – это добраться до Англии и тут она услышала, как пышная брюнетка взахлеб рассказывает о торговом судне, которое скоро должно отходить, и что они берут на борт всех желающих, кто может оплатить свой проезд до шотландско-английских островов.

Не раздумывая, она схватила сумку, кинула хозяину заведения несколько монет и прихватит на бегу буханку хлеба поспешила в порт.

***

– Если ты планируешь сидеть и хныкать, очень прошу этого не делать! Терпеть не могу женских слез! – он слегка передернул плечами в подтверждение своих слов. – Все уже случилось! Сейчас единственный для тебя вариант это дождаться первой остановки и сойти на берег. А до этого времени можешь находиться в моей каюте и, уверяю, никто тебя не тронет! Ну же, перестань разводить воду!

Он аккуратно приподнял ее подбородок и утер большим пальцем бежавшие по щекам слезы.

«Удивительно, – подумал Себастиан, – такая маленькая и хрупкая. Должно быть невероятно храбрая, раз решила пробраться на военный корабль, да еще и переругаться почти со всеми матросами! Или напротив – сумасшедшая!»

Она перестала всхлипывать и совершенно серьезно спросила:

– На каких условиях я могу здесь остаться? У меня есть деньги, я могу заплатить! – она решила не упоминать медальон, ведь совершенно непонятно сколько потом обойдется путешествие в обратную сторону.

– Мне не нужны твои деньги!

– Тогда что?! – она чуть воинственно скрестила на груди руки, давая понять, что ничего он больше от нее не получить.

– О, я тебя умоляю! Я не сплю с детьми!

Себастиан опять передернул плечами: «Неужели эта девчонка подумала, что я намерен взымать с нее плату в постели! Только этого не хватало!»

– Я не ребенок! Мне двадцать один! – почему-то сказала она сама не веря своим словам.

– А по виду не дашь и шестнадцати!

Она насупилась, больше скрещивая руки, казалось еще чуть-чуть, и они соединяться на спине.

– Ладно, предлагаю в счет оплаты ужин и всякую болтовню, чтобы не скучать. К тому же еду скоро принесут.

Она опустила взгляд и со вздохом произнесла:

– Я не могу с Вами поужинать!

– Это от чего так?!

– Я не голодна!

– Странно, а твой живой, в котором вот уже добрых полчаса воздух перебирает пустые кишки, издает такой страшный урчащий звук, что явно говорит об обратном. Есть еще причина, по которой ты не собираешься есть? Если боишься отравиться, то вероятность конечно велика, однако эта участь постигнет всю команду, если, вдруг, старина Джек решит сэкономить и вместо свежего мяса сунуть прошлогодние сушеные потроха. Очень надеюсь, что этого не произойдет в первый же день плавания.

Она чуть улыбнулась, раскраснелась и продолжая смотреть в пол еле слышно сказала:

– Нет, я не боюсь отравиться. Я просто не могу сесть с Вами за стол в таком виде как сейчас. От меня так воняет, что этим смрадом пропиталась вся каюта. Я даже не знаю, когда в последний раз мылась.

Себастиан заметил, что ее щеки стали пунцово цвета и это было так мила, что он еле удержался, чтобы не дотронуться до нее и не погладить по мягкой коже.

– Это не проблема. Ты можешь помыться. За ширмой есть ванная. Я велю принести пару ведер воды, на большее, к сожалению, не рассчитывай – запас ограничен. Как ты сказала тебя зовут?

– Мэйбл.

– Это точно твое имя?

Она кивнула.

– Оно тебе не идет, ну да ладно. Мэйбл так Мэйбл. Я Себастиан.

– Это имя Вам не идет.

Он улыбнулся:

– Можешь звать меня Тео. Это мое второе имя. Так зовет меня отец. Но при команде лучше его не произносить.

– Ладно. Тогда Вы можете звать меня Анелла.

– Анелла? Так тебя зовут на самом деле?

Она опять пожала плечами:

– Скорее всего, но не уверена.

– Что значит не уверена? Ты не знаешь как тебя зовут или ведешь какую-то игру? – спросил слегка раздражающийся Себастиан, а про себя подумал, что, возможно, она и вправду с приветом.

– Это имя было в записке, которую я нашла в сумке. Сумка лежала возле меня в таверне, когда я проснулась, до этого момента я ничего не помню.

Сейчас раздражение сменилось на беспокойство и Себастиан аккуратно спросил:

– У нас на борту есть врач. Я могу попросить, чтобы он тебя осмотрел?

– И что он должен сказать?! Поздравляю, Вы идиотка!

– Я о другом. Может тебя ударили или что-то еще случилось и твой разум отключился, чтобы не вспоминать плохое?!

– Физически со мной все в полном порядке! Спасибо! Если Вы еще не передумали, я бы хотела воспользоваться предложением помыться!

– Как скажешь. Сейчас принесут воду.

Он вышел из каюты и через несколько минут в дверь без стука ввалился парнишка-матрос, еле протиснувшийся в проем отчасти из-за двух ведер в руках, отчасти из-за своего тучного тела.

Он неожиданно добродушно улыбнулся, поставил свою ношу возле металлической ванны, больше напоминающей глубокий таз и поклонившись вышел.

«Что ж, хотя бе не все желают меня отдубасить!» – подумала Анелла и принялась осматривать содержимое ящиков, в надежде найти мыло.

Ей повезло и на одной из полок оказалось мыло и пару льняных полотенец. Вооружившись находкой, она поправила ширму, стараясь поставить ее так, чтобы оградиться от посторонних глаз, сняла с себя платье и оказавшись в нижнем белье, больше напоминающие крошечные треугольнички, стала наливать воду в ванную.

Ванная была маленькой и очень странно устроенной. С боковой стороны в ней было отверстие, сейчас закрытое пробкой, от которого тянулся металлический желоб до самой стены каюты и уходил куда-то в пол.

Полностью раздевшись и усевшись, она стала методично себя намыливать, стараясь не пропустить ни единого сантиметра тела от макушки до кончиков пальцев ног. Мыло было душистым и хорошо пенилось и в самый разгар «пенной вечеринки» в каюте послышались шаги и несколько голосов. Анелла инстинктивно прикрылась руками и замерла.

Через минуту дверь хлопнула и наступила тишина, а потом смеющийся голос Себастиана донесся из глубины каюты:

– Продолжай! Никто на тебя не смотрит! Когда вымоешься, грязную воду можешь слить. Сбоку есть пробка, открой ее и вода уйдет по желобу.

«Так вот почему такая странная конструкция, – подумала Анелла. – Чтобы сливать воду!»

Она продолжила мыться, потом спустила грязную воду налив внутрь чистой из оставшегося ведра, ополоснулась, вылезла из ванной, и укуталась в льняную ткань. Затем подумав несколько секунд взяла грязное белье и постирав его развесила на ширму.