Ночь в музее,. или Код Леонардо да Винчи
Открытие выставки российских фотографов «Особенности субъективного реализма» в старинной вилле Бруньера во Фриули прошло успешно. Было много именитых гостей и просто любопытных посетителей. Из России были приглашены два автора: Павел Кузнецов и Илона Суркис. Для них была организована экскурсионная программа знакомства с культурой Италии.
– Какой город вы бы хотели посетить в Италии?
– Конечно Венецию! – не задумываясь, ответил Кузнецов.
– А я бы поспорила! Меня больше привлекает Рим и Ватиканские музеи, – улыбалась публике Илона.
Местный фотоклуб, который организовал встречу, немного озадачился. Удовлетворить сразу два запроса казалось затруднительно.
– А что вас привлекает в музее Ватикана?
– Работы Леонардо да Винчи. Для нас, фотографов, очень важна выработанная им теория золотого сечения, – настаивала Суркис.
Вечером Илона получила сообщение:
«Жду тебя завтра вечером в Венеции в Галерее Академии изящных искусств. Леонардо».
– Что за шутка?! – Она показала СМС Леночке, переводчице, у которой гостила на время выставки.
– О, как интересно! Завтра в Венеции ночь открытых музеев. А в Академии искусств даже дают оперу «Севильский цирюльник» Россини. Вход рекомендуют в венецианских масках.
– Лена, едем! Это же моя мечта посмотреть что-то подобное венецианскому карнавалу, – загорелась Илона, уже не вспоминая о Риме и Ватиканских музеях.
– Едем, конечно, но напиши, кто он такой и как мы его узнаем?
Ответ пришёл сразу: «Узнаешь меня по коду да Винчи в музее и по наколке на плече. Amore mio».
– О, у тебя уже поклонник в Италии появился, да ещё такой замысловатый! – улыбалась Леночка.
Венецию Илона любила по фильмам, стихам, фотографиям. «Единственной вещью, способной превзойти этот водный город, был бы город, построенный в воздухе». Иосиф Бродский так любил Венецию, что она могла бы ему заменить любовь к женщине. «Интересно, а я смогу так влюбиться в этот город?» – медитировала Илона, подъезжая через лагуну на поезде к Венеции.
Вокзал Санта-Лючия был прямо в центре города. Сели на вапоретто – это речной трамвайчик, основной транспорт Венеции, кроме гондол и катеров. По Большому каналу отправились к Дорсодуро, где находилась Академия.
Илона не выпускала из рук фотоаппарата. Элегантно-вычурные здания венецианского барокко, стоящие глубоко в воде и подсвеченные заходящими лучами солнца, были вожделением для любого фотографа. «Зачем нам идти в какой-то музей? Вся Венеция – это сплошной музей под открытым небом!» – опять медитировала Илона.
Вдохнув ещё раз этой красоты с горбатого мостика через Большой канал, девушки вошли в здание Академии.
Собиралась интересная публика в масках и в затейливых головных уборах. В большом зале, увешанном маститыми картинами художников Ренессанса, начался первый акт оперы Россини. Актёры в красивых костюмах расхаживали среди публики, и их голоса при хорошей акустике разносились по всему музею.
– Лена, где мы его найдём? Столько народу!
– Он написал, по коду да Винчи, ищем этот рисунок Витрувианского человека.
Наконец-то они увидели скромный рисунок 1492 года, написанный пером Леонардо да Винчи, изображающий человека с четырьмя руками и ногами. Около него стояла группа мужчин в масках.
– Кто, кто из них Леонардо?
У одного, с бородкой, мелькнула наколка, а может, переводка на плече с изображением квадратного человека.
Стиль casuale совсем не портил его, напротив, придавал брутальность.
Илона замерла на месте. Мужчина повернулся к ней, широко улыбаясь.
– Вот оно чудное мгновение, передо мной явилась ты!
– Пашка! – узнала Илона своего коллегу-фотографа. – Зачем весь этот спектакль?
– А разве ты не рада увидеть оригинальный рисунок Леонардо да Винчи, создавшего гармонию золотого сечения, которой мы, фотографы, так успешно пользуемся?
В музее звучали красивые голоса артистов, всё соединилось в этом симбиозе искусств: живописи, театра и музыки.
– Ну ты задал задачу, а проще нельзя было?
– Проще?! Илона, я тебя люблю больше, чем Венецию, больше, чем искусство, больше, чем фотографию! Выходи за меня!
И он протянул ей изящную коробочку с колечком. Друзья захлопали, захлопала публика. Опера Россини закончилась воссоединением влюблённых, несмотря на все перипетии судьбы.
На них смотрела тёплая желтоглазая венецианская ночь, вздыхая всплесками волн в своих многочисленных каналах, располагая к любви и признаниям.
Познакомиться с творчеством автора можно,
набрав ник в соцсетях:
@veravakhova, .
