© Денис Нежилец, 2024
ISBN 978-5-0062-9508-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В мире
За окнами в мире бушует апрель,Саудовцы с Трампом шатают барре́ль,Ведущие в скайпе клянут пандемию —Прочту-ка Исайю, да Иеремию…
Не птицыБезпомощным крикомЗемля изошласьИ в приступе дикомЗахлюпала грязь.Асфальтом дорогаСвела в никуда —По слову пророкаПусты города.Молитвенным стономПредвечную вестьИм колокол звономКричал, что Ты есть.Летели не птицыВ весеннюю хладьИз Рима и Ниццы —Как снег – умирать…
Безпомощным крикомЗемля изошласьИ в приступе дикомЗахлюпала грязь.Асфальтом дорогаСвела в никуда —По слову пророкаПусты города.Молитвенным стономПредвечную вестьИм колокол звономКричал, что Ты есть.Летели не птицыВ весеннюю хладьИз Рима и Ниццы —Как снег – умирать…
БумагаУтром не молился — тяжко на душе,И живёшь, как клоун из папье́-маше́.В спешке, суетливо, вышел без пяти —До метро бы надо как-то доползти.Потускнели краски, притупился взгляд,Голоса в вагоне почему-то злят.В грохоте металла, в тёмной пустоте —Вспыхнула бумага: «Господи Христе…»
Утром не молился — тяжко на душе,И живёшь, как клоун из папье́-маше́.В спешке, суетливо, вышел без пяти —До метро бы надо как-то доползти.Потускнели краски, притупился взгляд,Голоса в вагоне почему-то злят.В грохоте металла, в тёмной пустоте —Вспыхнула бумага: «Господи Христе…»
КаменьОбрести себя непросто —Только камень, для начала,За оградою погоста,Оказалось – мира мало.Облака – грозы пророки,Возвещают, чтоб мы с нимиПроливали слёз потокиНад могилами своими.Дождь оплакивает мёртвых,Попадая на живущих,Смоет пыль имён истёртых,Нашу память стерегущих.Соберут деревья водуПересохшими корнями —И взовьётся к небосводуЗелени живое пламя…
Обрести себя непросто —Только камень, для начала,За оградою погоста,Оказалось – мира мало.Облака – грозы пророки,Возвещают, чтоб мы с нимиПроливали слёз потокиНад могилами своими.Дождь оплакивает мёртвых,Попадая на живущих,Смоет пыль имён истёртых,Нашу память стерегущих.Соберут деревья водуПересохшими корнями —И взовьётся к небосводуЗелени живое пламя…
СбудетсяКружится, кружится стая воронья,Тужится, тужится облако вранья.Мается, мается погасивший свет,Кается, кается — а любви всё нет…«Сбудется, сбудется…» — слышится Петру,Судится, судится криком поутру.Имени, имени удивился я:«Си́моне, Си́моне — лю́биши ли Мя?»…
Кружится, кружится стая воронья,Тужится, тужится облако вранья.Мается, мается погасивший свет,Кается, кается — а любви всё нет…«Сбудется, сбудется…» — слышится Петру,Судится, судится криком поутру.Имени, имени удивился я:«Си́моне, Си́моне — лю́биши ли Мя?»…
ВросТы ответь-ка себе на вопрос:«А насколько я в землю-то врос?»Не по пояс? По плечи? По нос?Без ответа остался вопрос…
Ты ответь-ка себе на вопрос:«А насколько я в землю-то врос?»Не по пояс? По плечи? По нос?Без ответа остался вопрос…
ПроменялиВсепрощения пронзительная нотаВыбивается из общего настроя,Ожиданием ответа — и всего-то,Верой в сердце человека золотое.Доверяешь искренне, безмерно,Не надеясь на отдачу вскоре,Лечишь немощь, очищаешь скверну,Избегая лести в разговоре.А на деле — трусость и изменуПолучаешь, будто бы расплату —Буднично назначенную цену,А потом – в преторию, к Пилату.Так и будет, до скончанья века,Как тогда, кричавшие «Осанна!»,Променяли БогочеловекаНа мятежника-убийцу Варрава́на…
Всепрощения пронзительная нотаВыбивается из общего настроя,Ожиданием ответа — и всего-то,Верой в сердце человека золотое.Доверяешь искренне, безмерно,Не надеясь на отдачу вскоре,Лечишь немощь, очищаешь скверну,Избегая лести в разговоре.А на деле — трусость и изменуПолучаешь, будто бы расплату —Буднично назначенную цену,А потом – в преторию, к Пилату.Так и будет, до скончанья века,Как тогда, кричавшие «Осанна!»,Променяли БогочеловекаНа мятежника-убийцу Варрава́на…
Утро ВоскресенияУтро. Воскресение.Тихая заря.Сердцепотрясение…Значит, всё не зря?Слёзы ненапрасные,Причитанье жён,Или громогласное:«Лазарь, иди вон!»Проповедь Нагорная,Сорок дней поста,Даже казнь позорная,Мама у Креста,По вода́м хождение,И Фаворский свет.Жизнеутверждение —Знать, что смерти – нет…
Утро. Воскресение.Тихая заря.Сердцепотрясение…Значит, всё не зря?Слёзы ненапрасные,Причитанье жён,Или громогласное:«Лазарь, иди вон!»Проповедь Нагорная,Сорок дней поста,Даже казнь позорная,Мама у Креста,По вода́м хождение,И Фаворский свет.Жизнеутверждение —Знать, что смерти – нет…
На СветлойМолитвой предстояния —Для света и тепла,Открылась почка ранняя,Ведь зиму – проспала.И радует, душистая,И будит жизнь во мне —Молитва эта чистая,На Светлой, по весне…
Молитвой предстояния —Для света и тепла,Открылась почка ранняя,Ведь зиму – проспала.И радует, душистая,И будит жизнь во мне —Молитва эта чистая,На Светлой, по весне…
Балаган«В шумном балагане
любят собираться…»
Не видит злоба предела,Жадность не пробует дна,Трусость дрожит несмело,А гордость бродит одна.Бесцельно тоска зеленеет,Тщеславие скачет в цене,Медленно зависть тлеет,Разврат мелькает в окне.Кивает надменность спесиво,Ярость пошла вразнос,А лесть так поёт красиво,И лень всё воротит нос.В клубящейся дымке обманаНепросто всех разглядеть,Ведь душный мирок балагана —Грязного сердца подклеть…
«В шумном балагане
любят собираться…»
Не видит злоба предела,Жадность не пробует дна,Трусость дрожит несмело,А гордость бродит одна.Бесцельно тоска зеленеет,Тщеславие скачет в цене,Медленно зависть тлеет,Разврат мелькает в окне.Кивает надменность спесиво,Ярость пошла вразнос,А лесть так поёт красиво,И лень всё воротит нос.В клубящейся дымке обманаНепросто всех разглядеть,Ведь душный мирок балагана —Грязного сердца подклеть…
ПередозСе́рдца остановка,Мимо – полустанки,Станция Сосновка,В тамбуре – цыганки.До стоп-крана вёрстыВспышками мелькали —Хутора, погосты,Да степные дали.Лязг кромсает уши,Трескается нёбо —Отравили душуПередозом злобы.Грозовое эхо —Ругань машиниста,Всё теперь не к спеху,И в карманах – чисто…
Се́рдца остановка,Мимо – полустанки,Станция Сосновка,В тамбуре – цыганки.До стоп-крана вёрстыВспышками мелькали —Хутора, погосты,Да степные дали.Лязг кромсает уши,Трескается нёбо —Отравили душуПередозом злобы.Грозовое эхо —Ругань машиниста,Всё теперь не к спеху,И в карманах – чисто…
СтенаЗа окном стена кирпичная,А вокруг гипсокартон,Где ты, детство закадычное —Макс, Кирюха и Антон?Наш футбол ничьёй кончается,И забот невпроворот,А я помню, что случаетсяПробивать мимо ворот.Нас штормило бессознательноВ суматохе бытия —Пил по-взрослому, старательно,Вино молодости я.В кулера́х вода стерильная,Чайник чёрный «ма́дэ ин»,Где ты, детство моё пыльное? —Лишь с тобой я – не один…
За окном стена кирпичная,А вокруг гипсокартон,Где ты, детство закадычное —Макс, Кирюха и Антон?Наш футбол ничьёй кончается,И забот невпроворот,А я помню, что случаетсяПробивать мимо ворот.Нас штормило бессознательноВ суматохе бытия —Пил по-взрослому, старательно,Вино молодости я.В кулера́х вода стерильная,Чайник чёрный «ма́дэ ин»,Где ты, детство моё пыльное? —Лишь с тобой я – не один…
На полкахНе бродить нам на книжных развалах,Среди полок библиотек —Нас несёт в телеграм-каналахЦифровой бессмысленный век.Мы когда-то читали запоем,А теперь потребляем контент,И свой путь в навигаторе строим,Замотавшись ворохом лент.Мы сослали на дачу героев,В короба́х на пожизненный срок,Книжный шкаф под обувь пристроив,Накачали классиков впрок.Увлекла нас, беспечно-наивных,Виртуальность нолей-единиц,Горизонтом возможностей дивныхИ безличием личных страниц…
Не бродить нам на книжных развалах,Среди полок библиотек —Нас несёт в телеграм-каналахЦифровой бессмысленный век.Мы когда-то читали запоем,А теперь потребляем контент,И свой путь в навигаторе строим,Замотавшись ворохом лент.Мы сослали на дачу героев,В короба́х на пожизненный срок,Книжный шкаф под обувь пристроив,Накачали классиков впрок.Увлекла нас, беспечно-наивных,Виртуальность нолей-единиц,Горизонтом возможностей дивныхИ безличием личных страниц…
ВнутриЕсли день кончается ночью,Значит ночь закончится днём,Убеждаемся мы воочию,Что имеем дело с огнём.Животворным светом лучистымОн даёт нам ещё один шанс,Чтобы сердце сияло чистым,Тем же пламенем — внутри нас…
Если день кончается ночью,Значит ночь закончится днём,Убеждаемся мы воочию,Что имеем дело с огнём.Животворным светом лучистымОн даёт нам ещё один шанс,Чтобы сердце сияло чистым,Тем же пламенем — внутри нас…
Сквозь холодЮные листья дрожат на ветру —У них впереди всё лето,Хоть и гроза пронеслась поутру́ —Зелень их солнцем согрета.Сочные листья дышат прохладой,После зноя дневного,Пение птиц им будет отрадой,Отзвуком счастья земного.Жёлтые листья сохнут, стыдясь —Ждёт их сырость и тление,Но прорастёт сквозь холод и грязьЦветущей весны Воскресение…
Юные листья дрожат на ветру —У них впереди всё лето,Хоть и гроза пронеслась поутру́ —Зелень их солнцем согрета.Сочные листья дышат прохладой,После зноя дневного,Пение птиц им будет отрадой,Отзвуком счастья земного.Жёлтые листья сохнут, стыдясь —Ждёт их сырость и тление,Но прорастёт сквозь холод и грязьЦветущей весны Воскресение…
РасширенияВсе тянут лямку бытия,Скорбя об этой тяжкой доле,И продолжают поневолеРоптать, что грозен Судия.Так извратились – до предела,Впав в допотопный примитив —Друг друга ядом напоив,Смерть игнорируют умело.Чему-то радуются пьяно,Играют, пляшут и поют,В гробах – порядок и уют,Всё идеально, без изъяна.И ждут знамений и чудес,Чтобы поверить без усилий,Но расширения воскрилий —Совсем не пропуск до Небес…
Все тянут лямку бытия,Скорбя об этой тяжкой доле,И продолжают поневолеРоптать, что грозен Судия.Так извратились – до предела,Впав в допотопный примитив —Друг друга ядом напоив,Смерть игнорируют умело.Чему-то радуются пьяно,Играют, пляшут и поют,В гробах – порядок и уют,Всё идеально, без изъяна.И ждут знамений и чудес,Чтобы поверить без усилий,Но расширения воскрилий —Совсем не пропуск до Небес…
НедосказыНедосказы слов,Переборы дел —Скуден наш улов,Горек наш удел.Колосимся в рост,Под корнями – твердь,Выбор очень прост —Это жизнь и смерть.Холод на губах —Поцелуй в чело,Забирает прах,То, что отцвело.Запечатан миг,Остановлен год,Тишины достиг —Впереди – восход…
Недосказы слов,Переборы дел —Скуден наш улов,Горек наш удел.Колосимся в рост,Под корнями – твердь,Выбор очень прост —Это жизнь и смерть.Холод на губах —Поцелуй в чело,Забирает прах,То, что отцвело.Запечатан миг,Остановлен год,Тишины достиг —Впереди – восход…
В садуСкоро… Скоро… Вечер тих…Поступь вора… Мо́рок лих…Тяжек скрежет — сердце – ржа,Словом режет без ножа…Тенью – холод серебра,Вот и повод — всё, пора…Близко… Близко… Подан знак…Василиска блещет зрак…
Скоро… Скоро… Вечер тих…Поступь вора… Мо́рок лих…Тяжек скрежет — сердце – ржа,Словом режет без ножа…Тенью – холод серебра,Вот и повод — всё, пора…Близко… Близко… Подан знак…Василиска блещет зрак…
«Мы не видим…»Мы не видим протянутых рук,Унываем от саможалений,И среди виртуальных услугУстаём – но, всё больше от лени…Мы не видим плачущих глаз,Разбираем чьи-то полёты,И падения наши для нас —Просто мелкие недочёты…Мы не видим стоптанных ног,И не носим чужие мозоли,Запираем себя на замок,При малейшем предчувствии боли…Мы не видим родственных душ,По привычке живём телесами,Вырывая у ближнего куш,Чтоб опять пренебречь Небесами…
Мы не видим протянутых рук,Унываем от саможалений,И среди виртуальных услугУстаём – но, всё больше от лени…Мы не видим плачущих глаз,Разбираем чьи-то полёты,И падения наши для нас —Просто мелкие недочёты…Мы не видим стоптанных ног,И не носим чужие мозоли,Запираем себя на замок,При малейшем предчувствии боли…Мы не видим родственных душ,По привычке живём телесами,Вырывая у ближнего куш,Чтоб опять пренебречь Небесами…
ДелаПо делам исключительной важностиМы без задней мысли идём —Есть во всём доля куплепродажности,Не заметив её — пропадём.В отношениях доля напряжности —Красоты не добавит судьбе,От пристрастия до вальяжностиЗаявляет она о себе.В голосах есть доля протяжности,Но у каждого — песня своя,А в стихах есть доля бумажности,И чернильности доля моя…
По делам исключительной важностиМы без задней мысли идём —Есть во всём доля куплепродажности,Не заметив её — пропадём.В отношениях доля напряжности —Красоты не добавит судьбе,От пристрастия до вальяжностиЗаявляет она о себе.В голосах есть доля протяжности,Но у каждого — песня своя,А в стихах есть доля бумажности,И чернильности доля моя…
МелочиЗвеню, как все, в карманах мелочами,И лью слова в пустые разговоры,Не откупиться мне от совести свечами,Не спрятаться от мыслей дикой своры.Я впитываю воду через кожу,И лёгкими дышу не в атмосферу,А сердце, как коня, опять треножу,Не принимая истину на веру…
Звеню, как все, в карманах мелочами,И лью слова в пустые разговоры,Не откупиться мне от совести свечами,Не спрятаться от мыслей дикой своры.Я впитываю воду через кожу,И лёгкими дышу не в атмосферу,А сердце, как коня, опять треножу,Не принимая истину на веру…
КлеверЕсли я появился в июле —Значит, мне погибать в декабре?От настигшей вражеской пули,В одинокой и душной норе?Может, я поверну на север —Значит, справа будет восток,Путь укажет мне дикий клевер,В праздник Троицы – Божий листок.А потом, сразу выйду в море —Значит, главное – впереди,За спиной – отгоревшее горе,Только ветер солёный в груди.Если я даже бурю миную,Оказавшись на том берегу —Я действительность встречу иную,Свою смерть прощая врагу…
Если я появился в июле —Значит, мне погибать в декабре?От настигшей вражеской пули,В одинокой и душной норе?Может, я поверну на север —Значит, справа будет восток,Путь укажет мне дикий клевер,В праздник Троицы – Божий листок.А потом, сразу выйду в море —Значит, главное – впереди,За спиной – отгоревшее горе,Только ветер солёный в груди.Если я даже бурю миную,Оказавшись на том берегу —Я действительность встречу иную,Свою смерть прощая врагу…
Отмерло́Кожу рвёт камень-наждак —Я весь вывернут на верстак,В горло колкая брошена горсть —Ко гвоздю прижатый гвоздь,Сердце затянуто в тиски,Давит сила щемящей тоски,Череп буравит тупое сверло —Что-то важное отмерло́…
Кожу рвёт камень-наждак —Я весь вывернут на верстак,В горло колкая брошена горсть —Ко гвоздю прижатый гвоздь,Сердце затянуто в тиски,Давит сила щемящей тоски,Череп буравит тупое сверло —Что-то важное отмерло́…
КаплиКапли-штрихи, пунктирные линии,Окна украсят мёрзлой водой,Чтобы застыв, с узорами инея,Встретить зарю с последней звездой.Капли слёзные — градины-крохиСыпятся вниз из бездонных глазниц,Чтобы умолкли тихие вздохиИз остывающих белых гробниц.Капли-жемчужины, перлы хрустальные,Падают в пыль пересохшей земли,Чтобы холмы и долины печальныеРадостью яркой опять зацвели…
Капли-штрихи, пунктирные линии,Окна украсят мёрзлой водой,Чтобы застыв, с узорами инея,Встретить зарю с последней звездой.Капли слёзные — градины-крохиСыпятся вниз из бездонных глазниц,Чтобы умолкли тихие вздохиИз остывающих белых гробниц.Капли-жемчужины, перлы хрустальные,Падают в пыль пересохшей земли,Чтобы холмы и долины печальныеРадостью яркой опять зацвели…
ЛёгкостьНе вычеркнуть, не вправить,Не закрутить повтор,И взглядом не буравитьСедую зелень штор.Не отмахнуться цепко,Не ухватиться вскользь —Играет с бурей щепкаВ безсмысленный авось.Не закричать уныло,Не промолчать, горя́,Не пролететь безкрылоВ тени от фонаря.Не удержать безвольноБезпомощность руки,И так беззвучно больноОт лёгкости строки…
Не вычеркнуть, не вправить,Не закрутить повтор,И взглядом не буравитьСедую зелень штор.Не отмахнуться цепко,Не ухватиться вскользь —Играет с бурей щепкаВ безсмысленный авось.Не закричать уныло,Не промолчать, горя́,Не пролететь безкрылоВ тени от фонаря.Не удержать безвольноБезпомощность руки,И так беззвучно больноОт лёгкости строки…
«Не спешите друзей ненавидеть…»Не спешите друзей ненавидеть,Торопитесь врагов полюбить,Проще тех, кого любишь, обидеть,И сложнее обиды забыть.Не дано ни понять, ни измеритьКрасоту удивительных слов —Остаётся просто поверитьВ то, что сердце ответит на зов…
Не спешите друзей ненавидеть,Торопитесь врагов полюбить,Проще тех, кого любишь, обидеть,И сложнее обиды забыть.Не дано ни понять, ни измеритьКрасоту удивительных слов —Остаётся просто поверитьВ то, что сердце ответит на зов…
ГоречьОт любви до гробаПерекинут мост —Под ногами злоба —Впереди погост.Чистит ворон перьяНа доске перил,Всколыхнул поверьяВзмахом чёрных крыл.А подъём всё круче,Щерится гроза,Из тяжёлой тучиГрадом, да в глаза.И во льдах туманаСкрылся берег тот —Дрожью из стаканаСердце горечь пьёт…
От любви до гробаПерекинут мост —Под ногами злоба —Впереди погост.Чистит ворон перьяНа доске перил,Всколыхнул поверьяВзмахом чёрных крыл.А подъём всё круче,Щерится гроза,Из тяжёлой тучиГрадом, да в глаза.И во льдах туманаСкрылся берег тот —Дрожью из стаканаСердце горечь пьёт…
Читать фрагменты других книг
Страницаиз9
СкороКнижный режим

