Цитаты из книги Девятое ноября

- Фээээлооон! Мои глаза резко распахиваются. Оборачиваюсь и вижу Бена, который стоит у вращающейся двери. Он бежит ко мне. Как в замедленной съёмке. Я прикрываю рукой рот и стараюсь не смеяться, когда он медленно протягивает руки, словно пытается дотянуться до меня, и кричит, медленно продвигаясь сквозь толпу людей: - Неее уезжаааай! Люди вокруг останавливаются посмотреть, кто и почему кричит. Хочу выкопать себе яму и спрятаться, но смеюсь слишком сильно, чтобы думать о том, насколько это смущает. Что же он делает? Спустя, кажется, целую вечность, Бен, наконец, подходит ко мне. На его лице сияет огромная улыбка. - Ты же не думала, что я просто привезу тебя в аэропорт и уеду вот так? Я пожимаю плечами, потому что именно так я и подумала. - Тебе следует лучше знать своего парня, - он берёт моё лицо в свои руки. - Я добавил тоски, поэтому могу попытаться сделать этот поцелуй десятибалльным. Бен наклоняется и целует меня так эмоционально, что я забываю обо всём. Абсолютно обо всём. Я забываю, где я, кто я. Это парень, а я девушка, и мы целуемся; чувства, узлы в моём животе, мурашки по коже, его руки в моих волосах, мои руки, которые чувствуются такими тяжёлыми... А потом он ухмыляется напротив моих губ. Я открываю глаза и мои веки трепещут, ведь я даже не догадывалась, что поцелуи могут заставить веки трепетать. Но они могут, и мои веки только что это сделали. - По шкале от одного до десяти? - спрашивает Бен. Меня охватывает чувство, что комната кружится, поэтому я быстро хватаю ртом воздух и стараюсь устоять на ногах. - Девять. Определённо твёрдая девятка. Бен пожимает плечами. - Я соглашусь с этим. Но в следующем году это будет одиннадцать. Обещаю, - Бен целует меня в лоб и отпускает. Он начинает отходить назад, и я знаю, что все люди вокруг смотрят на нас. Прямо перед тем, как пройти через вращающуюся дверь, он складывает руки вокруг своего рта и кричит: - Надеюсь, что весь Нью-Йорк будет смеяться над тобой! Не думаю, что когда-либо так широко улыбалась. Я поднимаю руку и машу на прощание, пока Бен не исчезает. На самом деле это была десятка.

... Все что меня волнует – это ты. Быть с тобой каждый день. Видеть тебя каждый день. Я еще не закончил влюбляться в тебя. Но если ты не хочешь окончательно влюбиться в меня, значит, ты должна мне сказать об этом прямо сейчас. Хочешь ли ты, чтобы я стал частью твоей жизни, больше чем просто Девятое ноября? Если ты скажешь нет, я развернусь и уйду, и все будет так, как было до тех пор, пока ты не объявилась здесь вчера. Я буду дальше работать над книгой, и мы встретимся в следующем году. Если ты скажешь да… если ты скажешь, что хочешь проводить со мной каждый день календаря этого года влюбляясь в меня, я поцелую тебя. И я обещаю, это будет на одиннадцать баллов. Я буду проживать каждый день после сегодняшнего, доказывая тебе, что ты сделала правильный выбор.

- Ты на машине? - спрашивает Гленн, задавая свой вопрос Бену. Бен кивает и отвечает: - Да. Я отвезу вас двоих домой. - Троих, - возражаю я Бену, намекая, что только потому, что он вступился за меня, не значит, что я автоматически еду домой вместе с ним. - Мне нужно, чтобы ты высадил меня у моей квартиры. Эмбер стонет, а затем касается моего плеча, когда проходит ближе. - Да прости ты его уже, - просит она. - Гленн нашел парня, который ему на самом деле понравился, и если ты не простишь Бена, то разобьешь Гленну сердце. Бен и Гленн молча смотрят на меня. Гленн смотрит щенячьим взглядом, а Бен оттопыривает нижнюю губу. Я больше не могу сопротивляться. Сдаваясь, пожимаю плечом. - Ну, хорошо. Раз уж ты понравился Гленну, тогда ладно. Я поеду домой с тобой. Бен даже не разрывает зрительного контакта со мной, когда протягивает руку в сторону Гленна, чтобы удариться кулаками. Гленн протягивает свою и они оба, не говоря ни слова, заканчивают представление. Когда я прохожу мимо Бена и направляюсь на стоянку, я останавливаюсь и сердито щурюсь. - Тебе придется многое объяснить мне. Многое. И ещё больше унижаться. - Я в этом мастер, - соглашается Бен на мои условия, следуя за мной. - И ты должен приготовить мне завтрак, - добавляю я. - Мне нравится хорошо прожаренный бекон и перевернутая глазунья. - Понял, - покорно отвечает Бен. - Объясниться, потом унижаться, потом обнажение-раздевание, яйца и бекон. - Он обнимает меня за плечи и ведет к своей машине. Открывает для меня пассажирскую дверь, но прежде чем я сажусь, он обхватывает мое лицо руками и целует меня. Когда он отстраняется, я шокирована количеством эмоций в выражении его лица после последних смехотворных пятнадцати минут. - Ты не пожалеешь об этом, Фэллон. Обещаю. Надеюсь. Бен целует меня в щеку и ждет, пока я сяду в его автомобиль. Мое плечо сжимает чья-то рука и с заднего сиденья, после чего рядом со мной появляется лицо Гленна. - Я тоже обещаю, - добавляет он, громко чмокая меня в щеку. Когда мы выезжаем со стоянки, я смотрю в окно, из-за того что не хочу, чтобы эти три человека увидели слезы в моих глазах. Потому что если честно, оскорбление Теодора, не просто ранило мои чувства - это был один из самых неловких моментов в моей жизни. Но узнать, что эти трое не раздумывая стали защищать меня, стоило этого оскорбления.

Бен выгибает бровь. - Ты не веришь в родственные души? Теодор обнимает меня одной рукой и откидывается на спинку сиденья. - А ты, как я понял, веришь? Встретил уже свою половинку? - полушутя Теодор оглядывает кабинку. - Она сегодня с тобой здесь? Как ее зовут? Золушка? Я медленно перевожу взгляд на Бена. Не уверена, что хочу слышать ее имя. Бен пристально смотрит на меня, то и дело бросая взгляд на пальцы Теодора, скользящие вверх и вниз по моей руке. - Она здесь не со мной, - отвечает Бен. - На самом деле, сегодня она фактически бросила меня. Я прождал её больше четырех часов, но она так и не появилась. Его слова похожи на сосульки. Красивые и острые, как ножи. Я проглатываю комок в горле. Он все-таки пришел? Даже после того, как в прошлом году я сказала, что не приду? Прямо сейчас его слова слишком сильно давят на меня, и все кажется неправильным, начиная с того, что я сижу рядом с другим парнем, и мне хочется, чтобы он перестал меня трогать. - Какая девушка стоит того, чтобы ждать четыре часа? - отвечает Теодор со смехом. Бен откидывается на спинку сиденья, и я наблюдаю за каждым его движением. - Только одна, - говорит он тихо, чтобы никто не услышал. Или, возможно, его слова были предназначены только для меня.

Я не единственная кто считает, что все происходит не просто так, поэтому отказываюсь верить, что это наша судьба - не быть вместе. Если бы я верила в это, тогда пришлось бы поверить и в то, что Кайлу предназначено было умереть в таком молодом возрасте. Я предпочитаю верить, что дерьмо просто случается. Пострадать во время пожара? Дерьмо случается. Потерять карьеру? Дерьмо случается. Потерять любовь всей своей жизни из-за вдовы с грудным ребенком? Дерьмо случается. Последнее, во что я хочу верить - что моя судьба уже уготована, и у меня нет возможности повлиять на то, где и с кем я в итоге окажусь. А если моя жизнь все-таки предрешена и не важно, какой выбор я сделаю, тогда какая разница, выйду ли я из дома сегодня вечером? Никакой. Но Эмбер, кажется, считает, что разница есть. - Ты не можешь оставаться здесь и хандрить, - возмущается она, плюхнувшись на сиденье рядом со мной. - Я не хандрю. - Хандришь. - Нет.

Я никак не ожидала увидеть облегчение на его лице, когда он открыл дверь. Я никак не ожидала, что он будет целовать меня так, будто скучал так же сильно, как и я. И я никак не ожидала, что он будет стоять и просто обнимать меня так долго, как обнимает сейчас. Бен не произнёс ни слова, но своим поведением, он говорит мне миллион раз спасибо. Я закрываю глаза и удерживаю свою голову на его груди. Одной рукой Бен обнимает меня за затылок, а другой удерживает спину. Я могу стоять здесь всю ночь. Даже если это всё что мы будем делать – даже если он ни скажет ни слова – это стоило моей поездки.

- Я напишу, когда прилечу в Нью-Йорк, но ты уже будешь спать в это время. Мама смеётся. - Фэллон, матери не спят, когда их ребёнок рассекает небо со скоростью пятьсот миль в час. Телефон будет около меня, поэтому напиши, как только приземлишься. - Я напишу, обещаю. Бен краем глаза наблюдает за мной, вероятно интересуясь, с кем я разговариваю. - Фэллон, я действительно счастлива, что ты делаешь это, - говорит она. - Но я должна предупредить тебя. Я буду очень скучать, и когда ты будешь звонить, я могу показаться тебе грустной, но ты не впадай в ностальгию по дому. Я буду в порядке. Обещаю. Мне грустно, что мы будем видеться реже, но я рада, что ты решилась на этот шаг. И обещаю, это всё, что я хотела сказать по этому поводу. Я люблю тебя и горжусь тобой, поговорим завтра. - Я тоже тебя люблю, мам. Закончив разговор, опять ловлю на себе взгляд Бена. - Не могу поверить, что ты до сих пор не представила меня своей маме, - упрекает он. - На данный момент мы встречаемся уже десять часов. Если вскоре этого не произойдёт, я начну принимать это на свой счёт.

- По десятибалльной шкале, насколько книжным был наш первый поцелуй?- Он выбрал прекрасное время для шуток. Я улыбаюсь и мягко кусаю его за нижнюю губу. - Как минимум семерка. - Бен в шоке отстраняется назад. - Серьёзно? Это всё, что я получил? Семерку? - Я пожимаю плечами. - Я читала о гораздо лучших поцелуях. - Бен опускает голову в притворном сожалении. - Знаю, что должен был подождать. Я мог сделать это на десятку, если бы у меня был план, - он отступает, выпуская меня. - Мне следовало сначала привезти тебя в аэропорт, и за минуту до твоего прохода на контроль, резко прокричать твоё имя и побежать к тебе в замедленном движении. Он изображает эту сцену, перемещаясь на месте и протягивая руки ко мне. - Фэээллллооооон, - произносит Бен протяжным голосом. - Неее остааавляяяй мееееня! Я смеюсь, когда он прекращает играть свою сценку, и снова обнимает меня за талию. - Если бы ты сделал это в аэропорту, это было бы как минимум на восьмерку. Может быть, на девятку, зависит от правдоподобности. - Девятка? Всего лишь? - переспрашивает он. - Если это девятка, то что, чёрт возьми, нужно сделать для десятки? Задумываюсь над этим. Что делает сцены поцелуев в книгах такими прекрасными? Я много прочитала их, и должна это знать. - Тоска, - заявляю я. - Однозначно нужно немного тоски, чтобы получилась десятка. Бен выглядит растерянным. - Почему тоска гарантирует десятку? Приведи примеры. Я прислоняюсь головой к машине и смотрю на небо, пока думаю. - Не знаю, всё зависит от ситуации. Возможно, пара не может быть вместе, поэтому запретный фактор создаёт тоску. Или, может, они были лучшими друзьями долгие годы, и невысказанное притяжение создаёт достаточно тоски, чтобы сделать поцелуй на десять баллов. Иногда измена создаёт хорошую тоску, в зависимости от характера и ситуации. - Как-то все запутано, - не понимает Бен. - То есть, ты хочешь сказать, что если бы я встречался с другой девушкой, и поцеловал тебя в коридоре, то из семерки поцелуй бы взлетел до десятки? - Начнём с того, что, если бы ты встречался с другой, ты бы никогда не оказался в моей квартире, - я вдруг застываю от этой мысли. - Подожди. У тебя ведь нет девушки, не так ли? Бен пожимает плечами. - Если есть, это сделает наш следующий поцелуй десятибалльным? О, Боже мой. Пожалуйста, только не говори, что я стала просто другой девушкой. Он замечает в моих глазах страх и смеётся. - Расслабься. Ты единственная девушка, которая у меня есть, и ты собираешься порвать со мной и переехать на другой конец страны, - Бен наклоняется и целует меня в висок. - Полегче со мной, Фэллон. У меня слабое сердце. Я прижимаю голову к его груди. Даже зная, что он шутит, мне действительно грустно прощаться с ним. Я прочитала отзывы на многие аудиокниги, которые озвучивала, поэтому видела комментарии о том, на что готовы читатели, чтобы встретить в жизни идеального парня из книги. И я убеждена, что стою в объятиях одного из них и собираюсь уйти от него.