Цитаты из книги За солнцем

Клятва жгла руку, жгла сердце. Всё смешалось: злость из-за вынужденной покорности, восторг, с которым смотрела Амия и ребята из звена, счастье, которым сиял мамин взгляд, и незнакомая, необъяснимая теплота, сжавшая сердце, когда Правитель взял его руку, когда сказал: «Хорошо справился». Это не признание, нет, столько раз называл дурной кровью, никогда не признает, Анкарат - просто оружис. Но слова не забывались, не отступали.

"помни: путь покинуть нельзя"

– Атши рассказывала, в путешествиях её всегда удивляло, как далеки друг от друга города и земли. Не только дороги их разделяют, не только дни пути. Каждый город – как отдельный… мир, особое пространство, жители каждого города ничего о других не знают, не представляют чужую жизнь.

В темноте земли гарнизона тянуло тоской самоцвет-сердце. Путешествие, битва в чудно́м саду, даже преступление – всё, что произошло с Анкаратом, стало частью истории этого человека, защитника и жертвы, позабывшего своё имя, но помнящего главную страсть. Он жаждал новых путешествий, новых городов, новых битв, и Анкарат жаждал тоже. Они понимали друг друга, с каждым днём сильней становились созвучны.

– В день пожара, – отвечал Килч спокойно, – тебя это не волновало. И в день, когда ты решил изменить их землю. Это не плохо. Это значит, что Дом тебя примет. Не цепляйся за то, что не имеет значения. Ты, как и все здесь, больше всего любишь своё пламя и солнце, сильнее всего предан собственной силе. Это правильно. Это тебе поможет.

– Ты – оружие Старшего Дома, лучшее оружие, особенный элемент. Для этого ты здесь, для этого создан.

Помнил девушку с глазами яркими, словно звёзды, свет их ещё не разделился на плохой и хороший. Помнил её любовь, невозможную, безграничную, огромнее силы Дома и его правил. Нет, мало просто любви, это лишь сладкая пыль, лишь удовольствие. Разве этого мало? – Смех Правителя, ленивый, раскатистый, её только злил. Конечно, этого мало, отвечала она, я дам тебе что-то большее, что-то важней, сильнее. Оружие, которое не сломать, не остановить.

– Ты жалеешь? О том, что принёс себя в жертву. О том, что был верен городу. Помог ему стать таким, каким он стал, отдал сердце. Жестокий вопрос. Как и всегда, Анкарат услышал свою жестокость после того, как она прозвучала.

«Если захочу, там и окажусь.

И вдруг понял, что это правда».

Позвала силу каньонов, первородную магию древнего народа, и та услышала, поднялась, разрушила несколько шахт, затопила несколько переходов и рынков, вскрыла жилу и пролилась по улицам янтарной кровью.