Цитаты из книги Juliet

Кто знает, может, проклятия и не было. Может, мы сами, все мы, посчитали себя заслуживающими всяческих проклятий.

Мир смертных — это мир праха. Везде, где ты ступаешь, он рассыпается прямо под ногой, и если шагать неосмотрительно, потеряешь равновесие и упадешь за край, прямо в преддверие ада.

Сожаления - пустая трата времени

Не принуждайте людей быть идеальными. Так до самой старости стараться можно.

Единственной, кто углядел в моих бойфрендах нечто общее, была все та же Дженис. — Жаль только, — сказала она однажды вечером, когда мы пытались уснуть в палатке в саду, и она вытянула из меня все секреты в обмен на карамельки, которые вообще-то были мои, — что все они мертвее мертвого. — Неправда! — запротестовала я, уже жалея, что рассказала ей обо всем. — Выдающиеся личности бессмертны! Дженис только фыркнула. — Может, и так, но кто захочет целоваться с мумией?

Жителям Сиены отлично известно, что сплетня может быть и чумой, и мстителем, — смотря кто пал жертвой слухов. Сплетня коварна, прилипчива и фатальна: раз пометив человека, она не отцепится, пока не испортит ему жизнь. Не добившись успеха в первый раз, сплетня слегка изменится и прыгнет на жертву сверху или снизу. Куда бы ты ни уехал, как бы тихо ни притаился, сплетня тебя все равно найдет.

Великая любовь несёт в себе зерно великой скорби.

Есть, знаете ли, распутство, а есть любовь. У них общие черты, но это совершенно разные вещи!

После взаимного признания горячая любовь знает лишь два пути: первый ведёт к удовлетворению желаний, второй - к разочарованию.

Если люди хотят воевать, их не остановишь.

Ночь принадлежит смелым, безумцам и художникам — часто в одном лице, — и это прекрасное время для работы, потому что все заказчики уже дома, едят, пьют и спят. Никто не побеспокоит маэстро после заката.

Проклятия навредят, только если в них верить.

В этом мире есть мужчины, процветающие на пороках и живущие лишь страданиями других.

Не давай обещаний насчет ночного покоя. Ибо если твоя жена будет хоть вполовину так хороша, как ты расхваливаешь, у тебя будет много дела и мало сна.

Здесь правил не закон, но судьба, не право, но шанс, и победителей, как известно, не судят.

— Восхищен вашей смелостью! — сказал он, положив руку на плечо маэстро.

— А что такого замечательного в смелости? — ответил художник, почувствовав, что его приняли за советчика. — По-моему, эта добродетель погубила больше доблестных мужей, чем все пороки, вместе взятые.

— Джульетта поссорилась с Ромео, — объяснила за меня Дженис. — Он сравнил ее с луной и сильно промахнулся.

Что до ее писем Ромео, она получала пылкие ответы на каждое. Она изъяснялась сотнями слов — он отвечал тысячами; когда она писала «нравится», он отвечал «люблю». Она была смелой и называла его пламенем, но он был смелее и называл ее солнцем. Она отваживалась мечтать о танцах с ним в бальном зале, а он не мог думать ни о чем другом, кроме как остаться с ней наедине.