Цитаты из книги Терапія

Надежда — это осколок в пятке. Пока он торчит там, тебе больно при каждом шаге. А если его вытащить, потечет кровь, но через какое-то время все заживет и ты сможешь нормально ходить.

Самые умные люди демонстрируют порой смешное и нелогичное поведение. К примеру, почти каждый обладатель пульта дистанционного управления старается сильнее нажимать на кнопки, когда садятся батарейки. Словно энергию можно выжать из аккумулятора, как сок из лимона.

Между знанием и догадкой лежат жизнь и смерть.

Истории ничего не стоят, пока их кому-то не расскажут.

Каждый роман — это окончание долгого пути.

Ищи не то, что есть, а то, чего не хватает!

Большинство галлюцинаций подчинены одной задаче - внушить больному, что он злое, никчемное, недостойное жизни существо.

«Загадка — это пазл с заранее неизвестным количеством частей. И побеждает тот, кто соберет всю мозаику.»

Надежда - это осколок в пятке. Пока он торчит там, тебе больно при каждом шаге. А если его вытащить, потечет кровь, но через какое-то время все заживает и ты сможешь нормально ходить. Это время называется трауром.

Чем дольше длилась разлука с Жози, тем больше ему приходилось пить, чтобы притупить боль. В первый год хватало одного глотка, чтобы заглушить мрачные мысли, теперь и бокала не достаточно. И алкоголь не только заглушал. Он давал ответы. Более того, он сам был ответом.

Писание и чтение — эти процессы подразумевают одиночество и, следовательно, интимны. (Благодарности)

Двенадцатилетняя дочь известного берлинского психиатра Виктора Ларенца, Жози, исчезла при таинственных обстоятельствах. Прошло четыре года. Скорбящий отец уехал в заброшенный дом на острове. Его общества навязчиво ищет красивая незнакомка, которую мучают видения. Ей является девочка, бесследно пропавшая, как когда-то Жози. Виктор начинает терапию, которая все больше напоминает драматический допрос.

«Риск с этими дневниками был столь велик, что они обязаны были стать настоящими. Поэтому мы никогда не искали следов фальсификации. Наоборот, мы искали исключительно свидетельства того, что это подлинники».

- И зачем вы это сделали?

- Потому что я любила Терри больше всех на свете после папы. В моем детском безумии я решила: раз у меня отобрали самое любимое, то и номер два не имеет права на существование. Я пришла в бешенство оттого, что Терри жив, а папа нет.

Правда стояла передо мной и кричала во все горло.

Большинство водителей ненавидят пробки, потому что им кажется, будто у них отнимают возможность выбора. Поэтому, как только впереди виднеется цепочка красных задних фар, инстинктивно хочется ее объехать. Даже если местность совершенно незнакома, сразу ищешь ближайший съезд.

Женщина — сосуд зла.

Я был мертв. Хотя я дышал, пил, порой даже ел. А иногда и спал пару часов в день. Но меня не было. Я умер в тот день, когда пропала Жозефина.

“Горячие струи воды словно смыли с него боль, и она теперь утекала прочь от него по трубам. К сожалению, мысли вода не могла унести.”