Цитаты из книги Ларк-Райз

The husband's sacrifices, the wife's romance, are as though they had never been--'melted into air, into thin air'.

Счастье в большей степени зависит от состояния души (а возможно, и тела), чем от обстоятельств и событий.

"Бедность не порок, но большое неудобство"

There was no Victoria in the school, nor was there a Miss Victoria or a Lady Victoria in any of the farmhouses, rectories, or mansions in the district, nor did Laura ever meet a Victoria in later life. That great name was sacred to the Queen and was not copied by her subjects to the extent imagined by period novelists of today.

Предупреждение не брать чужие книги. =)

Steal not this book for fear of shame, For in it doth stand the owner's name, And at the last day God will say 'Where is that book you stole away?' And if you say, 'I cannot tell; He'll say, 'Thou cursed, go to hell.

These had to be in pairs, and lovers' meetings lovers' partings, brides in their wedding gowns, widows standing by newly made graves, children begging in the snow or playing with puppies or kittens in nurseries were the favourite subjects.

When King Arthur first did reign, He ru-led like a king; He bought three sacks of barley meal To make a plum pud-ding. The pudding it was made And duly stuffed with plums, And lumps of suet put in it As big as my two thumbs. The king and queen sat down to it And all the lords beside: And what they couldn't eat that night The queen next morning fried.

The nickname of 'Old Monday', or 'Old Monday Morning', had been bestowed upon him years before when some hitch had occurred and he was said to have cried: 'Ten o'clock Monday morning! To-day's Monday, to-morrow's Tuesday, next day's Wednesday--half the week gone and nothing done!'

"Poverty's no disgrace, but 'tis a great inconvenience..." was a common saying among the Lark Rise people.

Говорили, что это был великий — величайший — день, подобного которому тут, вероятно, больше никогда не увидят, сколько бы ни довелось прожить; но вот он закончился, семья возвратилась домой, а лучше дома нет ничего на свете.

...Лора и Эдмунд не стали сверхчувствительными, непонятыми и отверженными подростками, которые, по мнению нынешних писателей, являют собой характерную примету той эпохи. ... Когда их звонко шлепали по мягкому месту, что случалось не так уж редко, они, вместо того чтобы накапливать в душе комплексы, способные испортить им дальнейшую жизнь, брали себе на заметку не повторять проступок, повлекший кару

Немного позднее, памятуя о земном происхождении человека – «прах ты и в прах возвратишься», – брат с сестрой любили воображать себя пузырями земли. Когда они были в поле одни и их никто не видел, они скакали и прыгали, стараясь как можно легче касаться земли, и кричали: «Мы – пузыри земли! Пузыри земли! Пузыри земли!»

Люди были беднее и не располагали теми удобствами, развлечениями и познаниями, которые есть у нас сегодня; но они были счастливее. И это наводит на мысль, что счастье в большей степени зависит от состояния души (а возможно, и тела), чем от обстоятельств и событий.

Их идеал заключался в том, чтобы они и их дети приближались к общепринятым нормам. Выдающиеся способности в их глазах были ничем не лучше выдающейся глупости.