Хотя Павел никогда не бывал на наших ужинах, ему бы понравилась их символичность. Он сказал бы, что Христос делает для нас в точности то же самое, что делали для меня эти женщины. Он приглашает нас к Своему столу из любви к нам и по нашей просьбе. Место на пиршестве нам обеспечивает вовсе не то, что мы приносим с собой, — в самом деле, что бы мы ни принесли, на Его столе это будет выглядеть убого.
Единственное, что от нас требуется, — признать свой голод, ведь «блаженны алчущие и
жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф. 5:6).
Таким образом, наш голод — не вожделение, которым следует терзаться, а данное Богом желание, которое необходимо удовлетворить. Нашу слабость нужно не отрицать, а исповедовать. Не в этом ли самая суть слов Павла, который пишет: «...Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых.