Цитаты из книги Люструм

Прежде чем задать вопрос, подумай, хочешь ли ты знать на него ответ.

Образ любого, даже самого великого героя, тускнеет, если видишь его постоянно.

Успешный государственный деятель полностью отделяет свою личную жизнь от публичной.

Даже величайшие скептики в чрезвычайных обстоятельствах начинают молиться всем известным богам подряд, если думают, что это может им помочь.

Чем больше толпа, тем она глупее.

Не долог путь жизни, назначенный нам природой, но беспределен путь славы.

К сожалению, государственная деятельность не похожа на бойцовский поединок. Она не так честна, да и правила постоянно меняются.

Предательство зла есть благодеяние.

В государственных делах добросердечие всегда считается слабостью.

Лишь сумасшедший станет бороться за власть, когда есть возможность сидеть на солнышке и читать книги.

Тогда мне казалось — а с годами я все более убеждаюсь в правильности своего предположения, — что надо быть сумасшедшим, чтобы бороться за власть тогда, когда есть возможность сидеть на солнышке и читать книги.

У нас так много всего — наши искусство и наука, законы, деньги, рабы, красота Италии, колонии по всему миру; почему же какие-то непонятные импульсы в нашем мозгу постоянно заставляют нас гадить в своем собственном гнезде?

Только идиот будет стремиться к власти, когда можно сидеть на солнышке и читать книгу.

Природа наградила человека стремлением к обнаружению истины

Цицерон всегда говорил, что чем больше толпа, тем она глупее.

Обыденность может превратить любую, даже самую замечательную, фигуру в общее место: наверное, человеку надоело бы видеть самого Юпитера Всемогущего, если бы тот каждый день проходил мимо него по улице.

Он обладал самой ценной формой храбрости: храбростью думающего человека. Ведь любой дурак, в принципе, может стать героем, если он ни в грош не ставит свою жизнь. А вот оценить все риски, может быть, даже и заколебаться вначале, а затем собраться с силами и отбросить сомнения — вот это, на мой взгляд, и есть самая похвальная доблесть.