Цитаты из книги Дом пепла

Что ж... похоже, у каждого Эша собственные окрававленные тела, которые сняться в кошмарах.
Ну, кроме, может, матери. Или Иисус тоже считается?

Среди Эшей в принципе не было принято открыто выражать эмоции.
На самом деле только с Анаис Даниэль понял, что в объятиях нет ничего страшного. Что обычные прикосновения могут утешить. Что показывать кому-то, как он дорог, - это хорошо и правильно. Он не научился, но хотя бы знал, что так можно и это нормально.

-Ты злобная маленькая горгулья, Мэттью, которая способна откусить руку. Если ты летаешь сам по себе и шипишь на всех, с чего Даниэль должен думать, что его-то ты посыпешь волшебной пыльцой? Ты в последний раз ушёл из этого дома и громко хлопнул дверью. Заявил, что ничего эшевского тебе не нужно.

-В молодости мне на порог подкинули деревянный гроб, заполненный кладбищенской землёй. Маленький, с ладонь. Проклятие не сработало, я разозлился и приказал лоа выяснить, кто это сделал.
-Они узнали?
-Конечно. Мы потом с этим парнем стали лучшими друзьями.

Запах ладана нёс с собой Даниэль, прибавив к нему кофе. Чёрный чай сопровождал мать, а бурбон - отца, хотя сам он почти не пил. Тонкая вуаль сладкого апельсина - это Ли, а суховатоя нота пороха - тётя Вивьен. Когда-то бабушка пахла розмарином, и аромат трав напитывал дом, но сейчас он исчез, испарился, въелся в потолочные балки.

— Бен мертв. Бен Тайлер. — Надрался и упал в канаву? — Перерезали горло. — Звучит ужасно. — Звучит?

Мэтт нахмурился, когда понял, что в формулировке брата что-то его смущает. Будто царапает изнутри.

— Подожди... так ты пишешь?

Даниэль неопределенно пожал плечами, но это тоже не звучало как «нет».
— И не показываешь?

Призраки развернулись, не размыкая рук, и растворились облачками пыли. Даниэль обернулся, и Мэтт мысленно застонал. Он прекрасно знал, что означала эта полная энтузиазма улыбка брата.

- Обязательно надо повторить!

Парк напоминал выброшенного на берег кита. который наблюдал за людьми грустными глазами, уже подернутыми поволокой смерти. Он разлагался, не мое сдвинуться с места, но по-прежнему оставался живым Впервые парк производил на Даниаля удручающее впечатление. В горле как будто запершила невидимая пыль, а рядом замаячила та бездна, в которую Даниэль однажды окунулся. Стоит протянуть руку, порвать хрупкую мембрану, и ты снова ее увидишь.

Смерть.

В тот день Даниаль отпаивал Айвори чаем и ва с него обещание. Если ему будет становиться сушам плохо или мрачно, он должен обязательно зав Даниэлю.

С тех пор такое случалось всего раз, но де аль чувствовал себя спохойнее, зная, что Айвори по-прежнему помнит про обещание.

У каждого собственная бездна: у кого-то смерть, у других травмы, комплексы, болезни. Это часть нас. Но не мы.

Адам, владелец магазина, был давним приятелем тёти Вивьен. Он жил рядом и, кажется, сегодня у них намечалась встреча, которая могла быть как свиданием, так и обсуждением дел. Или визитом на кладбище, чтобы накопать земли с могил трёх преступников. Когда дело касалось тёти Вивьен, ни в чём нельзя быть уверенным.

" - Я думал, материн бог забрал и её, и тебя. Я решил, ты с этой семинарией серьёзно! Я не понимал. Потом по первым рассказам стало очевидно, что вы там чем угодно занимаетесь, но не Писанием. "

" - Эй, вы кто такие? Он твой парень, Ли?
- Хуже. Они мои братья. "