Отзывы о книге Ковчег 47 Либра

Для меня история Бориса Штерна стала очень доброй и душевной. Тут можно поспорить о том, какая здесь душевность, если главные герои первой части романа давно канули в лету. Но посыл у писателя был другой. Да, именно нас не будет дальше, но дело наше, наша цивилизация и память о нас будет жить вечно.

Идея такова, что люди обнаруживают пригодные для жизни планеты. Но они, к большому изумлению ученых, абсолютно стерильны. Хочешь, не хочешь, а многие задумались об уникальности жизни на Земле. И что для людей есть особая миссия, заселить другие миры, распространить жизнь по всей галактике. Так начинается история о совместном большом проекте, который называется Ковчег Либра 47.

Роман делится на несколько частей. Сначала действие происходит на Земле, а потом… потом читателю автор подробно объясняет, что же будет дальше.

Хоть я и написала, что для меня данная работа - это некая душевная история, автору хочется сказать спасибо за хорошую попытку не отходить от реализма и науки. Масштаб истории невозможен без допущений, но те неудачи и трудности, с которыми герои сталкиваются дальше, делают книгу серьезнее и основательней.

Роман Бориса Штерна отличная история для любителей научной фантастики. Именно для тех, кто любит читать о всевозможных интересных авторских идеях и научных допущений. Развлекаться над эпичными боями здесь негде, сопереживать конкретно кому-то, пожалуй, тоже. Но вот сопереживать за судьбу человечества, пожалуй, стоит. Однако автор оставляет надежду на силу человеческого разума и находчивости. И это прекрасно.

Научная фантастика – один из моих любимых жанров в литературе. А тут целая колонизация планеты на расстоянии почти 60 световых лет от Земли. И никаких телепортаций через подпространство, квантовых прыжков, глубоких анабиозов и субсветовой техники. По старинке на космической телеге запряженной ядерной лошадкой. Высокий рейтинг книги и автор по теме не одну собаку сьел.

Борис Евгеньевич Штерн — ученый и журналист, известный российский астрофизик, доктор физико-математических наук, старший научный сотрудник Института ядерных исследований РАН (Троицк) и астрокосмического центра ФИАН

По сюжету в созвездии Весов(Libra) астрономы нашли планету, ну ой как похожую на Землю. Местное солнышко ее равномерно нагревает, горы на ней есть, океаны есть, реки есть, а жизни, увы, нет. Нет кислорода, значит нет и жизни (предположения что есть углеводная, силиконовая или фтороводородная жизнь как варианты не рассматриваются). Ну да ладно, примем мы эту аксиому за аксиому. И вот на Земле небольшой группой энтузиастов предлагается проект полета к этой планете. Прилетим, предлагают они, накидаем водоросли в океан, посадим деревья, кислород до 20,946% поднимем, каждой твари – по паре на планету выпустим и будем лежать на теплом песке на берегу соленого моря. Правда есть проблемы. При нынешнем уровне развития техники лететь туда десятки тысяч лет. Какая техника выдержит такое длительное путешествие, как переправить человека и животных, как осуществить насыщение атмосферы планеты кислородом и еще около миллиона вопросов, на которые нужно не просто дать ответ, но и решить их технически. И где взять нехилый мешок денег для реализации проекта, когда большая часть человечества абсолютно апатично относится к такой затее? Однако земляне с честью выполнили эту задачу даже с учетом непростой социально-политической обстановки в мире. Звездный паровозик (в прямом смысле слова) по маршруту «Земля – 47 Libra» вышел на маршрут и успешно дошел до конечного пункта. А вот колонизация планеты преподнесла сюрприз…

Чем зацепило произведение. В романе, очень много интересной и полезной научно-технической информации. Поражают смелые и оригинальные решения проблем, стоящих перед создателями Ковчега на 47 Libra. Интересна идея экспансии человека во Вселенной не как поглотителя ресурсов, а для продолжения рода человеческого. К сожалению, не дано ответов на многие важные вопросы. Ни слова не сказано о противометеоритной системе Ковчега, а ведь достаточно одного небольшого космического булыжника, чтобы все старания землян пошли насмарку. Обойдена и тема электроники работающей десятки тысяч лет. А ведь после запуска Ковчега всю работу по навигации, управлению, посадке модуля на планету, по терраформированию, выращиванию и воспитанию человеческого потомства выполняет именно электрика, электроника и автоматика. Нет ответа на вопрос, где устройство Реплика хранит весь объем информации? Что за банки памяти, со сроком службы в сотни тысяч лет, оно использует? И еще. Если бы по прибытии к планете были бы обнаружены в составе атмосферы соединения цианида или других вредных для человека газов? А если бы за тот немаленький срок пока Ковчег летел к планете на нее бы свалился нескромный по размерам астероид и нарушил бы равновесие планеты относительно ее солнца. А если бы… Хотя я прекрасно понимаю, что в масштабы книги ответы на все вопросы просто не поместились и тут включается полет фантазии читателя.

Подозрительно гладко и без происшествий прошел весь многовековой полет, без проблем родился и освоился человек на планете. И не просто освоился достиг того же уровня развития что и на Земле. И тут автор решил, что «хорошего понемножку» и нам нужна одна, но глобальная проблема. Здесь, по моему мнению, ему нужно было ставить точку. Причем с любым финалом, открытым или из разряда «прилетели братья по разуму с 56 Козерога и всех спасли». Но автор решил звездную экспансию homo sapiens передать по эстафете сanis sapiens. Я медленно выпал в осадок. Последнюю часть дочитывал уже без интереса. Финал полностью испортил впечатление о книге. Даже несмотря на дыры в сюжете, на блекло прописанные персонажи, на заметки автора на полях (что переводит произведение из разряда художественного в научно - популярное), рука была готова поставить высшую оценку. Но, увы, финалом это желание убито полностью. "Хороший физик – не всегда хороший писатель" – зацепила фраза в одной из рецензий.

Борис Евгеньевич Штерн не верит в людей и имеет к этому массу оснований. Но он верит в собак, причём даже больше, чем верил Саймак в своих Псов. В конце романа уже не остаётся сомнений в том, что земная цивилизация погибла. Если бы она не была мертва по прошествии почти миллиона лет с момента отправки Ковчега к Селине, люди уже давно пожаловали бы в гости к потомкам собак. А эти потомки оправдали доверие. Они не только ездят на автомобилях (следовательно создали приличный автопром), но способны поменять всю электронику на старом Ковчеге, выкинув старую к чёрту, как они говорят* (следовательно создали высокотехнологичную микроэлектронную индустрию, а что это значит, — объяснять не нужно). Понятно из текста и то, что «собаки» создали мощный авиапром, и в освоении космоса превзошли достижения людей первой четверти 21-го века (вот что значит не расходовать ни срубля** на вооружение).

Науку аррусихане от людей переняли в полном (на момент отлёта Ковчега) объёме. Но, что самое удивительное, — культуру тоже. В это поверить, конечно, нельзя. Культурное наследие человечества не может прижиться и стать своим в среде потомков собак, которые даже не носят одежду (этот феномен намного важнее, чем может показаться). Исполнение в финале на космодроме Реквиема Моцарта — это действо происходящее только в память о великих Отцах Основателях, недаром же оно довольно быстро (продолжительность реквиема 60 минут, понятно, что полностью он исполняться на космодроме не мог) переходит в песню предков, т. е. в обыкновенный вой.

Но почему на прощании со вторым Ковчегом исполняется заупокойная месса? Эта глубокая (без преувеличения) мысль автора, и понимать её надо так, что на идее распространения человечества по Галактике поставлен крест. На вопрос о возможном воссоздании человека по сохранённому геному профессор-аррусиханин отвечает уклончиво, напоминая, что когда-то людям не удалось воссоздать мамонта, несмотря на наличие генома. Да и захотят ли потомки собак возвращать человека ... на свою голову? Не спокойнее ли оставить Человека только в виде памятника?

Махровый пессимизм под прикрытием густопсового оптимизма — вот самая суть романа, выраженная предельно кратко.

В качестве похоронного колокольного звона в придачу к Моцарту пара слов о твёрдой фантастике. Да, тут она самая и есть, но недостаточно твёрдая. Легко представить нечто ещё более твёрдое, о чём в романе не упомянуто. Это разнообразный космический мусор, летающий по космосу во всех направлениях и в довольно таки немалых количествах. Столкновение Ковчега даже с микрочастицей из метеоритного железа станет роковым для него. По воле автора в романе никто не поднимает вопрос о противометеоритной защите. И понятно, почему — роман закончился бы ответом на этот вопрос.

*) Тут автор слегка недодумал. Собаки наверняка употребляли более энергичное, хотя и унаследованное (как и вообще почти всё) от людей, выражение «к чертям собачьим».

**) В романе мало про экономику и ничего про финансы. Поэтому я придумал название для аррусиханской валюты — срубль, где первая буква значит — собачий). Само же слово срубль выражает одну из сторон моего отношения к этому роману. Очень жаль людей, оказывается — нет у нас будущего. Но всё же планета Собак лучше, чем планета Обезьян.

Другой вариант — смарка. Именно на неё в конечном счёте пошёл триллион долларов. Пол Дорс не пожертвовал бы своим состоянием для создания собачьей цивилизации.

"Хороший физик – не всегда хороший писатель" – такая мысль не покидала меня при чтении первой части. Действительно, если подходить к "Ковчегу..." с чисто литературными критериями, то придраться там можно к много чему. Тут тебе и рыхлая композиция, и совершенно не прописанные персонажи, и корявоватая стилистика... Однако уже с первых страниц становится понятно, что художественные изыски это последнее, о чем думал автор при работе. И чем дальше читаешь, тем больше осознаешь, что формальные недостатки здесь не то что оправданы – они просто неважны.

Книга, безусловно, заслуживает высшей оценки. Уже сама мысль правдоподобно описать межзвездный перелет – то есть безо всяких глупостей, типа сверхсветовых прыжков и анабиозов – заслуживает внимания. Автор подробно осветил все те неимоверные трудности, которые встали бы перед инженерами при реализации такого проекта. Описал весь титанический размах необходимых работ. Наконец нам подана масса настоящих научных фактов и предположений – уже только за это книгу стоит прочесть.

И все же главное достоинство "Ковчега..." не в этом. Есть в творении Бориса Штерна то, что когда-то было в старой советской фантастике и что почти исчезло из фантастики современной. Это что-то – вера в торжество разума и в созидательную мощь науки. За вложенный в "Ковчег..." заряд гуманизма автору можно простить что угодно. Посудите сами – разве не прекрасен замысел колонизировать новый мир не ради его ресурсов, подобно саранче, а просто ради того, чтоб как можно больше разумных существ могло насладиться красотой вселенной? Разве не заслуживает глубочайшего уважения ученый, готовый вложить весь свой талант, всю свою жизнь в проект, результата которого он никогда не увидит? Может я чего-то и не понимаю, но то, о чем пишет Борис Евгеньевич, наверное, единственное в этом мире, ради чего по-настоящему стоит жить.

Я не знаю, действительно ли несовместимы гений и злодейство. Однако такие люди, как Штерн, заставляют меня снова поверить, что слова "ученый" и "благородный" почти синонимы.

Ковчегом в данном случае назвали космический корабль, который полетит к 47 Либра (звезде 47 в созвездии Весов). Но в отличие от подавляющего большинства фантастических романов, туда полетит не толпа землян, в криокамерах или без, и не на скорости, около или превышающей скорость света, а так, тихоходненько, по сути, на современных нам технологиях. Из фантастических допущений в основном то, что можно сделать механизмы, которые будут все это время работать, с запасом прочности на сотни тысяч лет. Ну и вариант ИИ на основе сознаний создателей Ковчега, чтобы было кому воспитывать, обучать и передавать знания и начала цивилизации будущим колонистам. А колонисты туда полетят исключительно в виде семян и генетического материала.

Эта грандиозная по масштабам задача пришла в голову ученым, которые на родной планете, Земле, уже по сути жили в некоем подобии резерваций, специальных Парках, чтобы не смущать умы обывателей и не подрывать главенствующую идеологию глобального гомеостаза цивилизации - существования без прорывов и быстрого прогресса в развитии, но и без кризисов, которые могут возникнуть из-за них. Понятное дело, ни одно государство не выделило бы достаточно средств на такой проект, но тут прилетел вдруг волшебник в голубом вертолете и выдал триллиончик, чтобы ученые себе ни в чем не отказывали, но продвигали проект. Вначале они сомневались, а надо ли это действительно кому-то, весьма много шансов, что те, кто начнет это дело, не доживут до его финала, даже не до колонизации - просто до запуска Ковчега, но в итоге они решились. И, наверное, две трети книги были посвящены строительству Ковчега, ситуациям на Земле - знакомым по окружающему до такой степени, что было то смешно, то горько, - работе ученых - настоящие фанатики, право слово, горящие своим делом, даже если другим это непонятно или не нужно. Прямо в духе старой доброй советской фантастики! Но с учетом самых свежих на момент написания научных изысканий (кроме собственно названия 47 Либра, об этом есть пояснения в предисловии).

Последняя треть книги - собственно колонизация выбранной планеты, жизнь там, ее трудности, и развитие еще одной цивилизации, не похожей на человеческую, но поддержавшую искру разума, попавшую в космос. Так что пусть не все было гладко, но в итоге послевкусие светлое, оптимистичное, хотя и с грустинкой.

Были у меня и другие варианты заголовка: "единственные научно-фантастические романы России", "все, что вам нужно прочитать из российской научной фантастики" и "наконец-то российская научная фантастика!", но в итоге выбор пал на самый корректный — просто в знак уважения к сдержанности, с которой автор говорит о наболевших научных, социальных и литературных проблемах.

При этом все другие варианты — чистая правда. "Ковчег 47 Либра" и "Ледяная скорлупа" — это единственные в своем роде российские романы в поджанре hard science fiction (не космоопера, не science-punk/кибер-панк, не социальная фантастика), демонстрирующие, как можно и желательно в этом поджанре работать. По традиции, это долгожданное в российской фантастической литературе событие осталось почти незамеченным фэндомами. Более чем уверен, что почти никто из вас об этих книгах не слышал, не то что не читал, даже если вы интересуетесь hard-sci-fi и сайенс-панком вроде Питера Уоттса, Ханну Райаниеми, Грега Игана, Яцека Дукая, Аластера Рейнольдса и т. д.

Причина безвестности книг Штерна понятна — это, фактически, самиздат: они выпущены в издательстве при газете научной тематики "Троицкий вариант", где Штерн работает главным редактором. Написано, де-факто, для себя и друзей, просто на совесть, чтоб было, и издано без какой-либо попытки продвижения. "Ковчег 47 Либра" я случайно выцепил на Озоне в разделе "Букинистика", а "Ледяную скорлупу" пришлось заказывать на сайте самого "Троицкого варианта". Хорошо хоть автор сам себя и свои работы добавил на Фантлаб, а то б у меня никаких шансов узнать о нем не было.

Казалось бы, мало, что ли, у нас самиздата, мутным графоманским потоком заливающего Интернет и временами исторгающегося в реальность гейзерами никому, кроме авторов, не нужных печатных тиражей? Ну захотелось некоему взрослому человеку увидеть свои нетленки в бумаге, его право за его деньги, читатели-то тут причем?

В моем случае сработал интерес к автору, настоящему ученому-астрофизику, доктору физико-математических наук и ведущему научному сотруднику Астрокосмического центра ФИАН и Института ядерных исследований РАН, который в какой-то момент решил, мол, хватит это терпеть, и написал научно-фантастический роман так, чтобы он относился именно к НАУЧНОЙ фантастике, а не к латентной технофэнтези. Разумеется, никакие титулы и внелитературные компетенции Штерна не давали гарантию, что получится хоть что-нибудь приличное, и тем не менее, я рискнул.

И не прогадал. Борис Евгеньевич на старости лет оказался неплохим прозаиком, чья полнейшая писательская дикость вывела его, в общем-то, нишевые романы на уровень общезначимой литературы. Я думаю, он сознательно выбрал рискованный путь писать так, как если бы никаких литературных традиций фантастики не существовало — во-первых, чего ему терять-то, будучи полностью самореализованным человеком за шестьдесят; во-вторых, а как иначе рассказать о том, что считаешь действительно важным, не потерять суть за заборами нарративным норм?

Ладно, ближе к делу.

"Ковчег 47 Либра" — это роман о месте и роли науки в жизни человечества, замаскированный под историю о колонизации землянами ближайшей из доказанных землеподобных планет. Маскировочные условия — тот самый hard sci-fi- сюжет — автор задает весьма жесткие: планета удалена от Солнца на 60 световых лет, при этом за прошедшие от наших дней до начала основных событий 150 лет не было изобретено ровно ничего для того, чтобы долететь до этой 47 Либра b в хоть какое-то вменяемое время — и, что принципиально, не открыты никакие новые законы физики или механизмы обхода существующих для путешествий даже с околосветовой скоростью, не говоря о сверхсветовой. Штерн предупреждает с самого начала: извините, уважаемые читатели, но сказки не будет, быстрее света никак, на околосветовой вас зажарит космическими излучениями, ну а кто решит прыгнуть в "кротовую нору", выйдет с другой стороны фаршем из экзотической материи. Таков макгаффин первой, основной части романа; над его достижением, то есть колонизацией 47 Либра b, и будут работать главные герои.

Писательская дикость проявляется с первых же страниц — Штерн не в курсе закона "автор мертв" и начинает повествование с честного дисклеймера, во-первых, что 47 Либра куда дальше 60 световых лет и массивнее/ярче солнца, но ему не хочется менять красивое название, во-вторых, что в книге не будет драк-погонь-терактов, всякого такого оживляжа, потому что — а зачем? Отмечу, что ни любовной линии, ни семейной драмы, которыми принято разбавлять производственную фантастику, в книге тоже нет (один-единственный персонаж разругался с женой, из-за чего, правда, полностью переменилась судьба разумной жизни). Автор игнорирует все шаблоны и общие места, которые для его конкретной истории не требуются, и использует для решения сюжетных задач любые запрещенные приемы, например, останавливает действие и обращается к читателю напрямую или устами персонажей читает лекции по астрофизике/биологии/экзоклиматологии (слышу стон критика Василия Владимирского).

Первая глава — это пейзаж+эссе о (не)зарождении жизни. Вторая глава — это вводная лекция об открытии 47 Либра b, которую дед одного из главных героев рассказывает воображаемому самому себе шестидесятилетней давности. Собственное действие начинается только в третьей главе, да и то речь о сцене, где двое ученых, расслабляясь с коньячком на природе, общаются за все научное подряд и в режиме "почему бы нет" приходят к идее, что надо бы отправить человека на 47 Либра b — просто потому что до них этого никто не сделал и после них, вполне вероятно, никто не захочет впрягаться. А значит, кто, если не они?

В общем, поначалу Штерн оправдывает худшие опасения и упорно отказывается играть с читателем по общепринятым правилам. Только-только он дает в пятой главе любителю сай-фая ожидаемое — конструирование космического корабля — как в шестой предлагает почитать о стихотворной фарсовой постановке "Ноев ковчег" студенческого театра. Что за бардак у вас в романе, Борис Евгеньевич, раз уж вы сами к нам напрямую обращаетесь? Выходит, вы пишете просто бытовуху из жизни ученых — беседы, попойки, мозговые штурмы, заседания кафедр, творческая самодеятельность?

И вы знаете, да, автор и правда пишет только о том, что знает, максимум, о том, о чем проконсультировался с коллегами из других дисциплин. Тут-то бы и умереть читательскому интересу, ведь внутряк какого угодно рабочего коллектива ничем не отличается от любого другого, а тут еще и дистиллированный внутряк, сплошные рабочие отношения и ничего личного — но ровно на шестой главе лекционный капустник заканчивается и начинается то, за чем, собственно, Штерн нас к себе и позвал. История о подвиге ученых во имя разумной жизни.

Фабульный переключатель с плохой прозы на хорошую очень простой: главные герои выходят из тепличных условий насиженных лабораторий в реальный мир и начинают пробивать дорогу к воплощению проекта "Ковчег 47 Либра" сквозь гранитные толщи непонимания и бездонные пропасти пофигизма. Им, кабинетным ученым, приходится заниматься совершенно не научными вещами — рекламировать проект, устраивать пресс-конференции, объяснять потенциальным инвесторам, в чем вообще смысл вкладываться в нечто с двадцатитысячелетним горизонтом исполнения, привлекать сторонников, собирать успехи по крохам и с горечью наблюдать, как мало удалось собрать ресурсов.

А затем, когда происходит один из двух фантдопов первой части романа — вдруг откуда ни возьмись герои получают триллион долларов от мецената-романтика — им становится только хуже, поскольку, по сути, этим триллионом они оказываются приперты к стенке: уже нельзя отступиться или с достоинством проиграть обстоятельствам. Все, ребятки, вот вам деньги, а теперь реально постройте и отправьте на вашу Либру беспилотный корабль с полным комплексом терраформирования и гуманизации этой, как ее там, планеты.

Последние восемьдесят страниц первой части — это, на мой вкус, самый сок романа. Штерн откровенно, беспощадно к героям и едко к противникам рассказывает, как вообще живут ученые, через что им приходится проходить на пути реализации важных и для них лично, и для всего человечества, да и в целом жизни во Вселенной проектов. А проходить приходится через многое. Во-первых, через зависть: а чего это денег, да еще столько, дали непоймикому на фантастическую ерунду, а не нам на полезные обществу вещи — или еще проще — а почему не нам?! Во-вторых, сквозь невежество в верхах и низах, бредовые и завиральные идеи ничего не понявших или не желающих понимать властей и толп.

Зависть и невежество порождают колоссальное сопротивление разработкам, строительству и испытаниям оборудования, на фоне которого сами амбициозные задачи по отправке в десятитысячелетний полет корабля с семенами жизни и разума на борту представляются не такими уж нерешаемыми.

Да, крайне трудно создать программу воспитания первого поколения людей, у которого не будет других воспитателей, кроме роботов и электронных симуляций человека — но выход есть. Сложно сконструировать самовоспроизводящиеся механизмы-строители стартового комплекса на 47 Либра b — но можно. Построить циклопический двигатель без движущихся частей намного тяжелее, чем его спроектировать. Но что действительно трудно, сложно и тяжело — так это удержать самих себя и своих последователей от желаний махнуть на все рукой, десятилетие за десятилетием вести невероятный проект к воплощению в реальность и не ломаться от усталости, отчаяния, естественных и искусственных препятствий.

Ученому недостаточно быть ученым, чтобы вести науку вперед — ему нужно быть талантливым оратором, дипломатом в общении с власть предержащими и проповедником в общении с простыми людьми; нужно иметь бесконечное терпение для контактов со СМИ (на журналистов у автора особый зуб, и я как журналист вполне его понимаю) и незамыливающийся глаз для поиска талантливых специалистов, которых в растущую команду требуется все больше. Становится понятно, почему в начале романа было так много лекций и прочего инфодампа — непосредственно наукой ученый может заниматься только в изолированных условиях, а в открытом мире он куда больше времени занимается пиаром и менеджментом, стараясь не сойти с ума от водоворота встреч, переговоров, претензий и непрестанного потока глупых вопросов.

Когда первая часть подходит к концу и корабль наконец-то улетает (не спойлер), не верится, что у героев и правда все получилось. Это, наверное, второй большой фантдоп в романе. Оба фантдопа (триллион на проект и реализация проекта с 50-летним сроком), кстати, не научно-технические, а социальные, в то время как с технической частью все очень строго: кратко, но емко разобраны все ограничения полета и требования к конструкции корабля и программе терраформирования, в результате перед нами не столько научная фантастика, сколько научный реализм (в противопоставление, например, магическому реализму).

Про приличную вторую и замечательную третью часть книги прямо боюсь что-либо писать, поскольку там как раз спойлер на спойлере. Давайте вы просто будете знать, что там все получилось, но не совсем. В идейном же плане, добравшись до заветной 47 Либра b, Борис Евгеньевич раскрывает все свои мысли о будущем человека и разума, неуместные в пусть планетарных масштабов, но все же сравнительно узком производственном повествовании.

Теперь, когда рассказчику и его героям не мешают ни завистники, ни невежды, можно спокойно понаблюдать за зарождением, развитием, расцветом, упадком и возрождением цивилизации. По сути, эти части — двойная утопия, одну населяют с первого поколения высокообразованные, гармонично развитые интеллектуально и физически, воспитанные на лучших гуманистических принципах люди, а другую — еще более совершенные пост-человеческие существа. Таков ответ автора на вечный вопрос, где же возможна эта вечная мечта о земном рае — за 60 световых лет от Солнца и двести веков от настоящего времени. Там, где есть огромный открытый мир, на котором очень долгое время места хватит всем, и нет никакого культурного опыта войн, убийств и прочих преступлений против человечности. Да, это (почти) голый человек на (почти) голой земле, все, как завещали классики, ради этого-то энтузиасты из первой части и совершили невозможное, сдвинув приунывшее человечество с мертвой точки, эта утопия и стала опорой, с помощью которой они перевернули мир.

О третьей части мне лучше вообще молчать, чтобы не испортить радость читательского открытия, но, поскольку совсем промолчать как-то неловко — вон сколько слов о первой части написал — отмечу лишь, что, на мой взгляд, она пусть и тяжелая для принятия, но совершенно логичная. Оглядываешься назад и становится понятно — да, к этому все и шло еще там, на Земле. Одни могут оступиться или погибнуть случайно, но система продолжит действовать, разум выживет в той или иной форме, в соответствии с ключевым для книги принципом "чтобы как можно больше разумных существ увидели эту Вселенную и воcприняли ее во всей красе". Поэтичная и научно обоснованная история получилась, с должным для sci-fi охватом и качеством теорий и технологий, вполне приличной литературной работой и честными, откровенными взглядами на человека и его перспективы. И с кучей иллюстраций, кстати!

Однажды читал статью, что вся фантастика называется научной. Потому что когда в XIX в. формировался такой литературный жанр, важно было популяризировать научные знания. Произведения Жуль Верна тому яркий пример… Не будучи литератором, мне сложно счесть всю фантастическую литературу научной. Например, Хаксли и Оруэлл, сочиняя свои произведения, разве пытались популяризировать некие научные знания? Скорее речь идет об озарении. Ну, или экзоскелет Хайнлайна из «Звездного десанта». Сейчас эта оригинальная придумка кажется чуть ли не вполне естественной для любого фантастического боевика, хотя на практике что-то подобное если и создано, то до уровня практического использования еще не доведено. Конечно, такой, как Кларк явно занимался популяризацией научных знаний. Прослеживается это в ряде произведений Стругацких. Но, по-моему, в большинстве случаев авторов интересует оригинальная идея, а ни желание что-то популяризировать. К тому же основная масса фантастической литературы, как и любой другой направлена на зарабатывание денег писателем и издательством. Сложно представить, что в книге «Эльфы в Великой отечественной войне» (примерно такого названия книгу мне посчастливилось видеть) есть некая популяризация научных знаний. Поэтому я считаю, что большинство произведений, относимых к жанру научной фантастики, даже если они считаются выдающимися, далеко не всегда должны нести приставку «научная». Но в случае рассматриваемой книги, это есть самая, что ни на есть научная фантастика. Правда, заключительная часть отходит от научности, но это уже детали. Об этой книге узнал, слушая лекцию о возможности заселения других миров, которую рассказывал автор. – Астрофизик, доктор физ. мат. наук. Он там в конце ее и рекламировал. Оказалось, что книжка пользуется спросом, и я не сразу смог ее купить. Потом был период простаивания на полке. Потому что как-то не было подходящего настроения. Но вот оно пришло.

Идея книги – как люди отправили корабль с поселенцами к звезде 47 Либра. Сочинение делится на 4 части. Первая посвящена подготовке. Вторая полету и началу колонизации. Потом ретроспективно показан процесс заселения планеты. И, наконец, что из этого вышло. Здесь нет закрученного сюжета, основных главных героев, и вообще литературная составляющая уступает научности. В тот же момент книга не лишена некоторых неожиданных изменений сюжета, и присутствует юмор. Работа немало говорит и о самом писателе. Его отношение (здорового и здравомыслящего человека) к окружающей действительности и в частности к политике. Явное стремление показать, что ученые это никакие не «ботаники», а обычные люди. Они ходят в походы, употребляют алкогольные напитки, и не лишены драм в личной жизни, а еще очень любят собак. Вернее автор любит собак. По-моему, многие ученые из книги, имеют реальный прообраз из коллег автора. Заметно противопоставление научной общественности всему миру. Причем автор дважды, или может трижды создает утопию для ученых. Сначала это научный центр в Монголии, где живут и работают только ученые – специалисты естественных наук. Потом, созданный на базе этого центра КБ по проектированию звездолета. И, наконец, общество, сформировавшееся на новой планете. Мне понравилась больше всего первая часть. Хотя события в ней разворачиваются в XXII в., но мир и проблемы науки явно скопированы с того, что есть сейчас. В ситуации с одной государственной космической организацией в Воронеже явно охарактеризован Роскосмос. Однако интересно здесь другое. Фантастические книги и фильмы приучили нас считать, что для заселения другой планеты нужно всего лишь желание. Уже есть быстрый звездолет, уже решены все сопутствующие с длительным перелетом технологические проблемы. Осталось лишь придумать чужого или Звезду смерти, чтоб полет к другим мирам не оказался слишком скучным. Здесь же автор популярно и подробно объясняет, как сложно создать космический корабль. Да и звездолет этот не похож на стильные корабли из голливудских фильмов. Кроме того, не забываем, что скорости света достичь нельзя, а значит, мы обречены ползти даже до ближайших звезд. Да и создание звездолета, дело весьма длительное. Если всерьез подумать, даже не имея особых знаний в физике и астрономии, то все так и получается. Автору же спасибо, что он, как специалист все объяснил, разложив по полочкам. Еще он подкидывает различные идеи. Например, устройство «личный ангел», думаю, может стать реальностью.

Не считаю, что раскрываю сюжет, и укажу важный для меня момент. Люди, точнее их эмбрионы доставляются на новую планету. Благодаря технологиям и друзьям человека они вырастают сознательными людьми, которым не терпится открыть для себя весь созданный мир. И вот уже группа энтузиастов пересекает тысячу километров, чтоб создать новое поселение. Эти главы вызвали во мне сомнения. Очевидно, что автору надо было консультироваться не только с биологами, но и с представителями обществоведческих наук, о которых ни слова и в самой книге. Во-первых, отсутствие того, как эмбрион выращивается до человека, а его воспитание указано в самых общих чертах, показывает, что автор сам не знал, как это преподнести, и просто опустил. Во-вторых, любое общество имеет как лидеров, так и аутсайдеров. Причем средь детей это выражено очень контрастно. Мне много лет довелось проводить детские полевые экспедиции, я сам вышел из таких, поэтому знаю, о чем говорю. В оторванности от дома и родителей, при ограниченности педсостава дети начинают самоорганизовываться. Меня всегда удивляло, что и лидером и «лохом» становятся добровольно (на подсознательном уровне). Один назначает себя главным, и большинство вдруг с этим молча соглашаются, а тот, кого обижают, вроде и расстроен таким положением, но не предпринимает ничего для изменения ситуации. Причем этот процесс запускается с группы в 4-5 человек. Просто в небольшой группе аутсайдер обычно выступает на уровне «ну ты как всегда». Кстати, в другом объединении аутсайдер может оказаться в ином положении, как и лидер. Но есть и те, кто таковыми выступают от рождения. Педагогический контроль может только сглаживать противоречия, не доводить их до крайности, но изменить полностью ситуацию не способен. У ребят, оказавшихся на другой планете, все это обязательно проявилось бы, и они сумели б обойти надзор роботов. В-третьих, человеческое общество всегда включает в себя экономические отношения. Поэтому, как только люди бы вышли за пределы базы, эти отношения стали главными. Автор слишком уповает на процесс обучения. Один герой легко заявляет, что проблему голода в походе решит охотой и рыбалкой. Как сын охотника могу уверенно заявить, что знать, как охотиться, и самому охотиться, это ни одно и то же. Это умение далеко не всегда передается на уровне обучения. Нужно стремление и стимул. Это же правило относимо к земледелию и скотоводству. Из того, что написано в книге, создание базы основывается на очень ограниченной сырьевой основе. Следовательно, для развития и поддержания инфраструктуры первым людям пришлось заниматься не походами в неведомые земли, а поиском ресурсов. И именно их поиск стал бы практической целесообразностью осваивания новых территорий. Причем процесс этот был крайне поступательным. Обратимся к истории. Выжившие Дежнев и сотоварищи жаловались в своих отписках, что они несколько лет не ели хлеба. Хотя охота и рыбалка позволили им не только выжить, но и собрать много пушнины и особенно моржового бивня (очень ценимого в те времена). Почему ж казаки жаловались? – Потому что главная для них проблема была в оторванности от коммуникаций. Жизнь за счет присваивающих форм хозяйств ограничивала в основной их деятельности. Именно из-за отсутствия устойчивых коммуникационных связей Чукотка длительное время лишь формально входила в состав Российской империи. Или заселение европейцами Северной Америки. Сначала было обжито восточное побережье, а уж потом двинулись на запад. Причем местный контингент первоначально не представлял проблем в этом продвижении. Все опять же упиралось в отсутствие коммуникаций, позволявших новых поселенцев обеспечить всем необходимым. Поэтому отправившиеся за сотни километров путники столкнулись бы с такой же проблемой. Кроме того, автор довольно легкомысленно представляет себе столь длительный поход. То есть я считаю, что в реалии произошел бы определенный процесс деградации уровня цивилизованности новых поселенцев. В дикарей бы они не превратились, но строить интеллектуальное общество без государств и границ им бы было сначала некогда. Это неминуемо привело б к формированию политических взаимоотношений, далеких от описываемого идеала. Однако то, что люди эти все равно развивались на значительном базисе знаний, могло бы избежать появления таких объединений как государство. Опущены в книге и формирование денежных отношений, зато присутствуют кредиты. Я же считаю, что кредитование на физическом уровне одно из уродливых проявлений капиталистического общества. Для организаций (юр. лиц), пожалуй, это обязательная вещь. Можно сказать – зачем это все я пишу? Что за скукотища? Но ведь автор сам задал высокую планку своему произведению. Если он критикует земное общество, то должен был конкретно показать преимущества нового. Поэтому отсутствие социальных взаимоотношений, воспринимаю как недостаток книги. И да, мне такие детали были бы очень интересны.

Касаясь заключительной части, ничего раскрывать не буду, ограничившись двумя примечаниями. Эту часть я воспринимаю как легкую добрую наркоманию. Смеялся до слез. Ну и видно, что автор пытался использовать идею из «2001: Космическая одиссея». На мой взгляд, так же не безупречно, как и в оригинале (о чем я уже писал в соответствующем отзыве). Тем ни менее, если сначала книгу оценивал на «4», то благодаря четвертой части решил поставить «5».

С порога: твердота в книге - ее выдающаяся черта. Физика, биология, все разжевано, реалистично и научно. Но автор, будучи ученым сам, до крайности наивен во всем что касается человеческой истории, человечьего рода, и в целом тех социально-экономических волн, что несут на себе человеческий дух. Самые сильные ассоциации - с Саймаком, и не только потому что собака -друг человека, но и по тому же уровню пиетета, что автор испытывает перед Светлейшими Учеными и презрения ко всему остальному, что составляет человека. Или торжество великого разума, или «средневековье» - третьего не дано. У человека не должно быть иных дерзаний, кроме как мучать матан, и упаси его Бог испытывать что-то более низменное - гнев, желание власти, ревность, веру: все только ради науки, и только холодный научный разум покорит вселенную. Иногда книга по сути начинает читать тебе нотации в духе унылого советского оптимизм-материализма, от чего становится совсем тошно; Автор совсем отказывает человеку в праве быть чем-то более сложным, чем восторженный студент физмата в душе. В общем, твердота-твердотой, но ни оригинальных идей, ни качественной литературы не получилось. Больше от автора ничего читать не хочется.

Колонизация экзопланеты, похожей на Землю, из другой звездной системы – это прекрасная идея для сюжета. А если писать все по настоящей науке, то за это еще дополнительный бонус. Поэтому я в рад, что прочитал эту небольшую книжку – она позволяет более подробно задуматься и пофантазировать о вдохновляющей идее колонизации удаленных планет и всех сопутствующих этому событий.

Единственный большой минус книжки – ее художественная часть. Почти все персонажи довольно картонные и слишком похожие друг на друга. С другой стороны, это действительно сложно писать, так как научный метод у всех один, и многие основные ценности и стремления у ученых схожи между собой, а особенно если они вместе занимаются одним научным проектом. Тем не менее, высокую оценку этой книжке поставить не могу, но спасибо автору за идею и порцию вдохновения.