Цитаты из книги Женщина

На заре любви мужчина боготворит женщину, но наступает жаркий полдень - и тот же самый мужчина вдруг начинает презирать и всячески унижать ее.

Женщина непременно должна рассмотреть одежду других женщин, какой бы неизящной и безвкусной она ни была.

Чего стоит тихая, похожая на загробную, жизнь? Чего стоит чистая любовь, от которой ни холодно, ни жарко? Если жить, то жить так, чтобы ощущать, что живешь! Если любить, то любить, не жалея жизни!

Йоко одолевали мрачные, теряющиеся где-то в глубине сознания, перехлестывающие друг друга сомнения, сомнения человека, ставшего рабом любви, - казалось, сердце ее от этой изнурительной досады разорвётся на части.

Они не знали, где вершина их счастья, кроме них, в мире никого не существовало. Они удивительно одинаково думали и чувствовали. Его «я хочу» становилось ее «я сделаю». Так было во всем. Что бы Йоко ни делала: расставляла ли чашки на столе перед завтраком, складывала ли одежду - все нравилось Курати, все было ему по душе.

У мужчин, обративших женщину в рабство, нет и доли той честности, что была у древнего Адама. Пока женщина покорна, они учтивы с нею, но стоит ей проявить малейшую самостоятельность, как они превращаются в деспотов. И находятся малодушные женщины, которые поощряют это.

Ненависть, эта оборотная сторона горячей привязанности, обожгла сердце Йоко

Говоря откровенно, я очень не люблю подобных людей, но именно к ним меня и влечет.

«Быть искренней с Курати – значит сказать ему: играй мною, как хочешь»

"Да, кажется, я нашла наконец то, что искала всю жизнь. Как удивительно и странно, что счастье почти в моих руках, но если кто-нибудь мне скажет, что я достигла его вершины, я умру в тот же миг. Познать высшее блаженство, а потом смотреть, как оно уходит... Да и может ли оно когда-нибудь уйти? " - размышляла Йоко, словно погруженная в сладостный сон.

Когда женщина говорит, что должна кое-что сказать, не жди разговора, а будь готов к объятиям или к тому, чтобы уйти ни с чем.

Курати, продолжая любить жену, любит и ее, Йоко. Мужчинам, должно быть, свойственна такая циничная раздвоенность.

Чтобы исправить ошибки прошлого, надо начать жить по-новому. Иного пути нет. При этой мысли сердце Йоко похолодело от отчаяния.

В её сознании странным образом уживались два взаимно исключающих стремления. И она со свойственной ей широтой души легко переходила от одного к другому. Чаще всего у неё это получалось бессознательно. Она могла быть бесконечно сентиментальной и жестокой. Порой ей даже казалось, что в ней живут два разных человека: Йоко то гордилась собой, то себя презирала.

Но почему-то мужчина может позволить себе все, что ему в голову придет, a женщина... скольких мучений стоит ей добиться права поступать по собственной воле.

Почему в мире так много людей, которые мешают жить?

Его простодушный смех был как-то неуловимо созвучен сухому, ясному небу осеннего утра.

Мысли эти были словно заплаты на покрывале тревоги, окутавшем ее сердце.

Пусть я не знаю жизни. Зато у меня острый ум, прекрасное тело (сила женщины именно в этом, хотя некоторые совсем иного мнения) и способность сильно чувствовать.