Цитаты из книги ДПП (НН)

после смерти советский человек живет в плодах своих дел

подлинное понимание философии пробуждается в ученике только тогда, когда он беззаветно принимает в себя пламя, пылающее в наставнике.

-У големов нет проблемов. – А… Это до тех пор, пока у матросов нет вопросов,

Мы еще заставим общество спектакля аплодировать нам стоя

И чем случайней, тем вернее

Смысл жизни только в самовыражении

У слов смысл изменился...Они вроде те же самые, но значат теперь совсем другое.

«Красота – это страшная и ужасная вещь! Страшная, потому что неопределимая, и определить нельзя потому, что Бог задал одни загадки. Тут берега сходятся, тут все противоречия вместе живут… Иной высший даже сердцем человек и с умом высоким, начинает с идеала Мадонны, а кончает идеалом содомским…»

Но пораженья от победы ты сам не должен отличать

Раз у одних нет вопросов, у других не проблемов - все логично.

Человек рожден для счастья, как птица для полета

Ветер в харю, Yahoo! - ярю

Правильно говорят, что зло - это просто зеркальное отражение добра

Смелость города берет. Кто помнит имя слона, на которого лаяла Моська? Никто. А Моську знаю все.

Самый страшный на земле яд - ум

Какая, если вдуматься, мерзость эта красота

Можно быть дельным человеком, ни разу срока не мотав

Рыбка махнула хвостом и отвернулась.

«Ну и жизнь у нее, – подумал Степа. – С одной стороны доска, где таких, как ты, разделывают. С другой стороны стойка, где таких, как ты, едят. Куда ни погляди, или то, или это. У рыб память – три минуты. Но даже это, наверно, не спасает, потому что с одной стороны все время режут, а с другой все время едят. Все как у людей. Плавает посередине, мечет свою икорку и надеется, что дети будут жить лучше… А я еще о чем-то ее прошу».

в конце этого пути можно стать радугой. А в конце твоего пути, Иса, становишься просто трупом.

Числиться негодяем и убийцей было полезно. Это защищало от человеческой подлости: души повышенной конкурентоспособности узнавали демона старше рангом и уходили восвояси – кидать об колено тех, в ком угадывались хоть какие-то черты Спасителя.