Цитаты из книги Missing Person

- Моя жена намного моложе меня... Тридцать лет разницы... Никогда не следует жениться на женщине намного моложе себя... Никогда. - Он положил мне руку на плечо. - Все равно ничего не выйдет. Не было еще случая, чтобы вышло... Запомните это, старина...

Я отпил глоток кофе, твёрдо решив дать ему спокойно выговориться, потому что следующий вопрос мог бы его напугать.

Она спросила так настойчиво, что я впервые ощутил, как меня охватывает отчаяние, и даже не отчаяние, а чувство полной безнадёжности, настигающее в тот момент, когда внезапно понимаешь, что никакие усилия, никакие душевные качества и благие порывы не помогут побороть непреодолимое препятствие.

- Она покончила с собой. - Почему? - Она часто мне говорила, что боится постареть.

Почему какие-то сцены из прошлого проступают внезапно с такой фотографической четкостью?

Ну почему я начинаю так робеть и бояться, когда наконец подхожу к тому, что меня действительно глубоко волнует? Но она тоже, я понял это по ее взгляду, ждала от меня объяснений. Мы оба молчали...я впервые ощутил, как меня охватывает отчаяние, и даже не отчаяние, а чувство полной безнадежности, настигающее в тот момент, когда внезапно понимаешь, что никакие усилия, никакие душевные качества и благие порывы не помогут побороть непреодолимое препятствие.

— Знаете, — сказал я, — бывают минуты, когда мне кажется, что я живу словно в тумане. У меня какие-то провалы в памяти… Периоды хандры… Проходя по этой улице, я позволил себе… подняться… чтобы… чтобы… вернуть… Я тщетно искал точное слово, но это уже не имело значения, потому что она улыбалась, и по этой улыбке я понял, что мой поступок ее не удивил. — Вы хотите сказать — вернуть доброе старое время?

Авеню Маршала Лиоте огибает скаковой круг ипподрома в Отее. С правой стороны — беговая дорожка, с левой — дома, построенные по одному проекту и разделенные скверами...Ее окна выходили на скаковой круг. Странно, наверное, было наблюдать скачки отсюда, сверху, крошечные лошадки и жокеи двигались, словно фигурки в тире, по кругу, собьешь все мишени — выигрыш твой.

Я смотрел на него. Он весь состоял из круглых линий. Лицо, голубые глаза и даже дугообразные усики. И рот, и пухлые руки. Он напоминал воздушный шар на ниточке, который дети иногда отпускают, чтобы проверить как высоко он поднимется в небо. И имя его, Уолдо Блант, казалось надутым, как такой вот шар... Я чувствовал, что он отяжелел от усталости и отчаяния, но не сводил с него пристального взгляда, боясь, что при малейшем порыве ветра он улетит, оставив меня наедине с моими вопросами

Мы прошли по эспланаде Музея современного искусства и сели на ступеньки. Я видел, как внизу, по Нью-Йоркской авеню, проносятся машины, и это был единственный здесь признак жизни. Вокруг нас ни души, все замерло. Даже Эйфелева башня на другом берегу Сены — Эйфелева башня, обычно такая незыблемая, — походила на груду железного лома.

— Дорогой мой Ги Ролан, с этой минуты перестаньте оглядываться назад, думайте о настоящем и будущем. Я предлагаю вам работать со мной.

— А вы-то что будете делать, Ги? — спросил он, отпив глоток коньяка, разбавленного водой. — Я? Пойду по следу. — По следу? — Ну да. По следу своего прошлого. Я произнес эту фразу торжественным тоном, и он улыбнулся. — Я всегда верил, что в конце концов вы отыщете свое прошлое. Теперь он был серьезен, и это меня тронуло. — Но видите ли, Ги, я спрашиваю себя, стоит ли его искать…

- Лично я на десерт всегда беру банан, - сказал он. - А вы? - Я тоже. Мы съели по банану.

И он тут же повесил трубку; от волнения у меня по вискам струился пот. Перед тем как набрать номер, я выпил для храбрости рюмку коньяка. Ну почему даже такой пустяк, простой звонок по телефону, стоит мне мучительных усилий и напряжения?

И наши жизни, не рассеиваются ли они в вечерних сумерках так же стремительно, как детская обида?