Цитаты из книги Η Παναγία των Παρισίων

Мы о нем совершенно позабыли! А именно этого-то он и опасался.

Измена супружеской верности - это удовлетворённое любопытство к наслаждению, которое испытывает другой...

несчастье. – День сияет для всех. Отчего же мне дана только ночь?

— Виселица – коромысло весов, к одному концу которого подвешен человек, а к другому – вселенная! Даже лестно быть таким человеком.

Любовь – это когда двое едины.

Звук человеческого голоса - это музыка для человеческого слуха.

Да и что такое смерть в конце концов? - с увлечением продолжал Гренгуар. - Неприятное мгновение, дорожная пошлина, переход из ничтожества в небытие. Некто спросил Керкидаса мегалополийца, желает ли он умереть. «Почему бы и нет? — ответил тот. — Ибо в загробной жизни я увижу великих людей: Пифагора — среди философов, Гекатея — среди историков, Гомера - среди поэтов, Олимпия — среди музыкантов».

Я имею, счастье проводить время с утра и до вечера в обществе гениального человека, то есть с самим собой, а это чертовски приятно.

... Он понял, что человек нуждается в привязанности, что жизнь, лишённая нежности и любви, не что и иное, как окровавленный визжащий и скрипучий механизм.

Тут между доктором и архидьяконом начался обмен комплиментами, которые, по обычаю того времени, были обязательны при встрече ученых, что однако, нисколько не мешало им совершенно искренне ненавидеть друг друга.

Печать, этот гигантский механизм, безостановочно выкачивающий все умственные соки общества, неустанно извергает из своих недр новый строительные материалы.

– Кстати, дражайший капитан, вы только что упомянули об улице Перерезанных глоток. Так не говорят. Мы уже не варвары. Надо говорить: улица Перерезанного горла.

...наделенного крайне неустойчивым, нерешительным и сложным умом, который совмещал все крайности, беспрестанно колебался между всеми человеческими склонностями и подавлял одну при помощи другой.

Была ли она человеческим существом, феей или ангелом, этого Гренгуар, философ-скептик, иронического склада поэт, сразу определить не мог.

В каждом из нас существует известное соотношение между нашим непрерывно разрушающимся умом, склонностями и характером, которое нарушается лишь при крупных жизненных нарушениях.

Немає сумніву, що в убогому тілі убожіє й дух.

Тaк уже ведеться споконвіку: король тільки тоді дaє, коли нaрод виривaє.

О, это поистине клещи, раскаленные на адском пламени! Как счастлив тот, кого распиливают надвое или четвертуют лошадьми! Знаешь ли ты муку, которую испытывает человек долгими ночами, когда кипит кровь, когда сердце разрывается, голова раскалывается, зубы впиваются в руки, когда эти яростные палачи, словно на огненной решетке, без устали пытают его любовной грезой, ревностью, отчаянием!