Цитаты из книги Η Παναγία των Παρισίων

Человечество имеет две книги, два списка, два завета – библию каменную и библию бумажную: зодчество и печать.

Мода наделала вреда больше, чем революция.

искушения плоти всегда гибельны

не достаточно жить, надо суметь сохранить жизнь

Так провели они весь день: Квазимодо - около тумбы, Эсмеральда - на крыше собора, Феб, по всей вероятности, - у ног Флер-де-Лис.

Пока дьявол искушал меня смутными видениями, проходившими перед моими глазами то в храме, то на улице, то в лугах, они лишь мельком возникали в моих сновидениях, и я легко побеждал их. Увы, если ныне я сражен, то в этом повинен бог, который, сотворив человека и дьявола, не одарил их равной силой.

Он бросился бежать по церкви. Но ему почудилось, что храм заколебался, зашевелился, задвигался, ожил, что каждая толстая колонна превратилась в громадную лапу, которая топала по полу своей каменной ступней, что весь гигантский собор превратился в сказочного слона, который пыхтя переступал своими колоннами-ногами, с двумя башнями вместо хобота и с огромной черной драпировкой вместо попоны.

О каким пустым звуком кажется наука, когда в отчаянии прибегаешь к ней с головой, полной страстей!

В те времена на все явления жизни смотрели без всяких мудрствований, без увеличительных стекол - так сказать, простым, невооружённым глазом. Микроскоп в ту пору ещё не был изобретен ни для предметов мира вещественного, ни для явлений мира духовного.

Человек становится смелее, когда его карманы пусты.

Прилив и отлив - вот он, вечный закон народного расположения.

– А я изучал и медицину, и астрологию, и герметику. Но истина только вот в чем! – С этими словами он взял с ларя стоявший на нем пузырек, полный того порошка, о котором мы упоминали выше. – Только в этом свет! Гиппократ – мечта, Урания – мечта; Гермес – мысль Золото – это солнце, уметь делать золото – значит быть равным богу. Вот единственная наука! Повторяю, я исследовал глубины астрологии и медицины, – все это ничто! Ничто! Человеческое тело – потемки! Светила – тоже потемки!

– Послушайте, мессир Жак. Я сказал то, что думаю. Я не лекарь короля, и его величество не подарил мне сада Дедала, чтобы я мог наблюдать там созвездия… Не сердитесь и выслушайте меня. Я уже не говорю о медицине, которая вовсе лишена смысла, но скажите, какие истины вы извлекли из астрологии? Укажите мне свойства вертикального бустрофедона, укажите открытия, сделанные при помощи чисел зируф и зефирот!

Многие серьезные люди утверждали, что, исчерпав все fas человеческого познания, он осмелился проникнуть в nefas. Говорили, что, последовательно вкусив от всех плодов древа познания, он, то ли не насытившись, то ли пресытившись, кончил тем, что дерзнул вкусить от плода запретного.

В Египте его почитали бы за божество этого храма; в средние века его считали демоном; на самом же деле он был душой собора. Для всех, кто знал о существовании Квазимодо, Собор богоматери кажется теперь пустынным, бездыханным, мертвым

Из того, что ты маленький человечек, еще не следует, что ты станешь бояться больших дел.

Хорошо умереть так, как жил!

Продолжая говорить с ней самым сладким голосом, он совсем близко придвинулся к цыганке, его ласковые руки вновь обвили ее тонкий, гибкий стан. Взор его разгорался с каждой минутой, и все говорило о том, что для Феба наступило мгновение, когда даже сам Юпитер совершает немало глупостей, и добряку Гомеру приходится звать себе на помощь облако.

Все мое несчастье в том, что я слишком похож на человека. Мне бы хотелось простл быть животным, вот как эта козочка