Цитаты из книги Стоик

Чувственное влечение обладает такой силой, что способно восторжествовать и над разумом и над волей.

Делай добро ради добра, и тогда ты достигнешь полной отрешенности.

Главное, что могут дать деньги — власть.

Радуйся, что на пути твоем встретился бедняк, ибо, помогая ему, ты помогаешь себе.

Беда женщин в том,что они все в сущности заняты одним. А у мужчин, видишь ли, интересы довольно разнообразные.

Единственное зло — это мысли или слова, ослабляющие дух

— Что еще, помимо медицины, может восстановить силы больного, хотя бы ненадолго? — Разум! Разум!

Американцы, знаешь, народ невоспитанный, у них нет ни такта, ни той терпимости, которая есть у англичан. У них нету этой нашей грубоватой откровенности, они не так с маху делают выводы. Мы, американцы, захватили дикую страну и развиваем ее, вернее, стараемся развивать, и приступили мы к тому, в сущности, совсем недавно, тогда как англичане насаждают культуру на своем маленьком острове вот уже тысячу лет.

Когда женщина глубоко, по-настоящему любит, она дуется, проливает слезы, устраивает сцены, как бы пагубно ни действовали они на любимого - и в конце концов ее прощаешь!

Этот человек не способен принадлежать одной женщине. От этой чаши можно только пригубить и удовольствоваться уже такой малостью.

Кто не ведает заблуждений и знает, что во мне все сущее, — знает все, что можно познать.

-  Итак, значит, говоря о финансах, вы сейчас очутились на мели? -  Д-да, в этом роде, - криво усмехнувшись, отвечал Толлифер. - Сказать вам по правде, я по-настоящему никогда с этой мели и не съезжал. -  Да, там всегда тесновато, много на ней народу толчется, - философически заметил Каупервуд.

– Тебе нравится их воспитанность, их более древняя культура, – сказал Каупервуд. – У них нет этой нашей грубоватой откровенности, они не так с маху делают выводы. Мы, американцы, захватили дикую страну и развиваем ее, вернее, стараемся развивать, и приступили мы к этому, в сущности, совсем недавно, тогда как англичане насаждают культуру на своем маленьком острове вот уже тысячу лет.

...Ну а я - я смотрю на это как на своего рода игру, в которой я тоже участвую. Конечно, когда-то все это казалось мне гораздо более значительным, чем теперь. Может быть, так оно и было, потому что, если бы я не работал, не появился, жизнь прошла бы мимо меня; я не сделал бы многого из того, что мне удалось сделать. И вот в этом-то, по-моему, вся суть: все время что-нибудь делать. Жизнь - это игра, и хотим мы этого или нет, а приходится в ней участвовать.