Цитаты из книги Oathbringer. Part Two

«Планируй каждую битву так, словно обязательно придется отступить, но сражайся так, словно отступать некуда».

Использование накопленного опыта не худший способ его пережить.

Невозможно прийти к совершенству, опираясь на усредненное мнение толпы. Совершенство — достижение одиночки, а не плод групповых усилий.

Кого нельзя исцелить от глупости, тому, по крайней мере, надо дать надежду.

Нельзя познать вкус пряности по описанию, ее надо попробовать самому.

Солдат-неудачник зачастую тот кого подвел его командир.

— Сэр, зависит от того, вкусно ли кормят в палатке для темноглазых, — сказал Скар. — Прихватите мне что-нибудь с самой вечеринки, — попросил Дрехи. — Я слыхал, светлоглазым подают очень хорошую выпечку на этих модных пирушках. — Конечно. Скар, тебе что-нибудь нужно? — Череп моего врага в виде пивной кружки, — буркнул тот. — Но если не получится, сойдет и булочка. Штук семь.

— Видите, светлость? — сказал Лейтен. — Новобранцам бывает скучно на дежурстве, но ветеран ни за что не пожалуется на тихий спокойный день, когда его никто не пытался зарезать.

... они чрезвычайно поднаторели в искусстве мало говорить с использованием как можно большего количества слов. Это типичный пример общения с их верховными министрами.

Суть гедонизма не в наслаждении, а в его противоположности. Они берут то чудесное, что есть в жизни, и удовлетворяют свои желания, пока не теряют вкус. Все равно что слушать красивую музыку, которую исполняют так громко, что она утрачивает всякую утонченность, — любую красоту можно превратить в нечто плотское.

— Далинар считает, что бог не мертв, — сказала она. — Он просто полагает, что Всемогущий — Честь — на самом деле никогда не был богом. — Ты часть Чести. Тебя это не оскорбляет? — Каждый ребенок в конце концов понимает, что его отец — не бог.

... Тебя это не оскорбляет? — Каждый ребенок в конце концов понимает, что его отец — не бог. — Она посмотрела на Каладина.

— Есть определенные вещи, которые я знаю. Это одна из них. Ты сможешь. Найди баланс. Прими боль, но не то, что ты заслужила ее.

Стирка — это искусство. Конечно, все знают основы; так каждый ребенок может напеть мотив себе под нос. Но известно ли им, как смягчить волокна жесткого морского шелка, погрузив платье в теплый рассол, а потом восстановить его природную гладкость, прополоскав и очистив зерном? Могут ли они определить разницу между минеральной краской из Азира и цветочной с веденских склонов? А ведь для них нужно разное мыло!

Да, Солнцетворец был монстром. Однако нынешние торговые пути между Гердазом, Йа-Кеведом и Азиром возникли благодаря его тирании. Он вернул искусство и науку в Алеткар. Взрывное развитие современной культуры алети напрямую связано с тем, что он сделал. Мораль и закон строятся на телах убитых.

— Ты выиграла в этом бою. — Я... я не чувствую себя победительницей... — Добро пожаловать на войну. Однозначных побед не бывает. Только такие, после которых у тебя меньше погибших друзей, чем в иных случаях.

Риал ухмыльнулся, и Далинар взмахом руки велел ему открыть большую флягу, а потом принюхался — не пахнет ли алкоголем? — На этот раз все чисто? — Безусловно! Вы же меня в прошлый раз отчитали. Просто вода. — А спиртное ты держишь… — Во фляжке, сэр, — доложил Риал. — В правом кармане брюк. Но не переживайте. Он застегнут на все пуговицы, и я совершенно забыл, что фляжка там есть. Обнаружу ее случайно, когда дежурство закончится. — Не сомневаюсь.

Плохое искусство всегда дает много опыта, ибо твои ошибки важнее успехов. Кроме того, удачные работы обычно пробуждает в людях одинаковые чувства — в большинстве своем хорошие произведения одинаково хороши. Но каждое плохое творение плохо оригинальным, неповторимым образом. Потому я рада, что у нас есть плохое искусство, и уверена, что Всемогущий с этим согласен.