Цитаты из книги Sát Phá Lang - Tập 2

Для усталого человека и радость, и печаль недолги: чувства вспыхивают — и сменяются апатией. Или же его внимание переключается, чтобы разбавить эти эмоции чем-то другим и сохранить рассудок.

Ночью человек склонен мечтать о том же, о чем думает днем

«Каждый в жизни встречается с врагом, который на первый взгляд кажется непобедимым. Иногда это превращается в катастрофу, а иногда — в урок.»

Чангэн улыбнулся и больше ничего не сказал. Его пристальный взгляд напоминал тихую заводь, прошедшую мелкой рябью: «Ечли ты проиграешь, то я взвалю этот позор на свои плечи и буду нести вместе с тобой тысячу лет. А если погибнешь — последую за тобой в могилу».

Можно дурно обходиться с кем угодно, но только не с теми, кто верно тебе служил.

Ты беспокоишься, что нам предстоит еще одно сражение с иностранцами, в то время как других заботит только, как бы сместить тебя с места главнокомандующего. Думаешь, это того стоит?

С одной стороны, они потеряли полстраны, но в глазах знати между проблемами «отступление и перенос столицы» и «отдаленные провинции оккупированы врагом» существовала огромная разница. Последний вопрос казался им менее срочным. В конце концов кости жителей опустевших деревень, чьи слезы высохли под пылью вражеских копыт, не имели никакого отношения к их собственных телам, закутанным в шелк.

- Брат Цзипин, умоляю тебя, из уважения к моей героической попытке отдать жизнь за родину, катись отсюда.

Даже если у тебя появится способность летать в небе, навеки спрятавшись от земли, ты не повредишь ни одной пряди моих волос. Насколько сильным ты можешь быть? Ох, очень сильным, но ни один ребенок не боится человека, который его любит.

Порой миг от расставания до новой встречи пролетает быстро, а порой тянется целую вечность.

Люди — многогранные существа. Бывает, что на публике человек, сохраняя вид крайне величественный, способен во всеуслышание бросить вызов ветру и тучам. Однако, стоит ему оказаться среди домочадцев, как он тут же превращается в невежественного ребенка, которому неведомо, что такое голод и холод.

Чем суровее что-то запрещать, чем дальше уходить от темы, тем больше этого будет хотеться.

Но человеческие эмоции — гнев или радость, печаль или счастье — связаны друг с другом. От постоянного сдерживания обиды и гнева естественным образом постепенно исчезла и радость.

...Если о каком поступке Чан Гэн и сожалел, то точно о том, что вырезал в своем подарке дырки. Знай он заранее, какие чудовищные мелодии будут появляться из этой флейты, ни за что не стал бы этого делать.

Крайне редко кому-то доводилось так сильно любить друг друга, как Чан Гэну и Гу Юню.
Хотя они и не демонстрировали глубину этого чувства при посторонних, Шэнь И хорошо знал Гу Юня. Если тот и пересек черту дозволенного между приемным отцом и сыном, то лишь потому, что не мог разлюбить Чан Гэна.

Закончив свою речь, Чан Гэн решил прочесть новое письмо у всех на виду.

В конверте лежал всего один листок с рисунком — обведенной чернилами рукой. Внизу имелась подпись Гу Юня: «Посылаю свою ладонь в Цзянбэй, чтобы измерить ширину твоего пояса»

Все присутствующие озадаченно уставились на Янь-вана, не зная, куда девать глаза, а потом покраснели.

— Цзипин, — начал Гу Юнь, — неужели ты...
Шэнь И ждал, пока он продолжит мысль.
— ... Неужели ты тоже тайно влюблен в меня?

Шэнь И пнул попавший под ноги камень.
Гу Юнь встряхнул головой и вздохнул:

— Красота — страшная сила. Разве не преступление быть таким красавцем, как я?

Терпение Шэнь И иссякло, он прорычал:

— У тебя, что, совсем стыда нет?!

В мгновение ока все печали и заботы генерала Шэня превратились в глухую ярость! Они переругивались с Гу Юнем всю дорогу до поместья.